ианной так похожи, будто кровные сестры. Ах, да! Это я уже говорила… Я не посмела съесть Дори, когда обнаружила ее тело… Но это неважно… Не удивлена, что Зак, движимой нездоровой тягой ко всему прекрасному, возжелал Дорианну, чтобы, добившись любви, растоптать ее чувства. Он наплел небылиц о своем пленении, выдавая обычные шрамы от порезов за увечья от побега. Ведь это так романтично – выжить в экстремальных условиях! Попади этот двурушник к нам в плен, живым бы он не ушел. И наивная Дорианна поверила его сказочкам, не догадываясь об измене. Этой небылицей он снял с себя подозрения в глазах доверчивого подростка. Конечно, широко афишировать свое геройство он не мог, ведь его отец знал, что сын ни в каком плену не был. К каждому Зак подбирал особый подход: на отца действовали уговоры, на женщин – обаяние, Фроди он запугивал, а с некоторыми умел договариваться. Ах, слышал бы ты, с каким упоением он рассказывал нам, как ему удалось всех обхитрить! Одна история про псов чего стоит! Собаки представляли для нас угрозу. Зак отравил их, но по злосчастной ошибке пострадала вся община: этот неудачник спутал черпак и нефильтрованная вода смешалась с питьевой. Они чуть не умерли! Мы испугались нападать, приняв отравление за заразное заболевание. Один пес все-таки издох, но второй оказался выносливым. Спустя несколько дней он предпринял очередную попытку покончить со Стиксом. Он отвел его подальше, привязал и полоснул ножом, чтобы выглядело так, будто собака поранилась и умерла. Пес освободился. Прибежав в лагерь, он набросился на Дику, но та была ни при чем. Бесконечные провалы Зака Стилски действовали на нервы, а голод становился невыносимее. Терпение кончилось под Таскалузой. Мы условились, что атакуем посреди поля. Притаились в подземном парке аттракционов и стали ждать. Зак отошел в сторону, чтобы переждать, пока его сородичей будут пленить и кромсать. Дорианну просил не трогать, на нее у него были особые планы. Она-то все и испортила, проснувшись в самый неподходящий момент. Она перепугалась, что Зак потерялся, и отправилась на его поиски. Мы не осмелились атаковать. Кто знал, может она подняла своих сородичей и те, заподозрив что-то неладное, уже поджидали нас во всеоружии, как это случилось на химзаводе? Момент неожиданности был упущен. Уничтожение отложили до Бирмингема, где они окопались в прочном здании. Зак ослабил укрепление и обезопасил ловушки. И опять провал! Макс, услышав, как мы крадемся, поднял шум. Мы убили его и съели. Вкус его копченых ребрышек до сих пор у меня на устах… И вроде победа была близка: они безоружны, обессилены, окружены, но появился ты – вооруженный, бесстрашный, дерзкий. От тебя пахло свежим пластиком нового салона. Ах, этот аромат новизны… И все бы ничего, будь ты обычным человеком – гомосапом. По-моему, так вы нас называете? О, нет! Не разыгрывай удивление. Мне, как посвященному в некоторые тайны медработнику, многое известно об экспериментах. Я вам не враг. Наоборот, я защищала Даниэллу от нападок ее же сородичей. Я допустила непростительную ошибку, не рассказав правды об ее истинной природе. Когда она активировала имплантат, было поздно… Что-то я опять отвлеклась… Так вот, ты пришел из-за Стены и это было понятно даже мне, старой и слепой хрычовке. Мы были бессильны перед твоим оружием и благоразумно отступили. А затем Стилски потеряли власть… Патологическое невезение! Вмешиваться не стали, рассчитывая на то, что внутренние противоречия ослабят их окончательно, что, собственно и произошло. Но нам, занятым Расмусом, уже было не до Стилски. Дорианна подавила бунт и сумела разглядеть за множеством масок истинное лицо Зака. Чтобы развеять сомнения, она оставила открытый дневник, в котором описала свои подозрения касательно Дики. Эта запись предназначалась для Зака, который разбудил ее посреди ночи, чтобы та сменила его на дежурстве. Она рассчитывала подловить Зака, но тот обхитрил ее, избавившись от последовательницы Говы, перерезав ей горло. Он особо гордился своим первым убийством. По вечерам, сидя с нами у костра, он хвастливо мусолил каждую деталь, хотя особого повода для бахвальства я не вижу. Когда его община засела в небоскребе, он передал нам подробный план обороны. Тем не менее, штурм обошелся нам слишком дорого: про некоторые ловушки он умолчал. По-моему, этого он и добивался: ослабить нас. Ты, конечно, удивишься, зачем я это рассказываю в таких подробностях. Ответ прост: Зак Стилски – двурушник, коварнейший тип. Он ловко манипулировал обеими общинами, как ни досадно мне это сознавать. Он захватил власть над моими людьми. Они были преданы мне десять лет! Чем он их подкупил? Сказкой о каком-то мифическом бункере! Ты будешь смеяться. Слушай! Якобы глубоко в скалистом побережье выдолблено множество военных доков. Добравшись до одного из них, можно бежать на подводной лодке. Ну разве не бред? За долгие годы, проведенные в окружении Стены, я была вдоволь наслышана о безумных теориях: мессиях, гиперлупах, военно-транспортных самолетах. Кто-то даже предложил отыскать шахту с атомной боеголовкой и взорвать ее у Стены. И вот опять: новая теория про бункеры с субмаринами, блэк-джеком и шлюхами. Неисчерпаемая фантазия! Я догадываюсь, почему Стилски обрел популярность: люди вымотаны, истощены, они хотят надежду, чего я предложить им никак не могу. Опять отвлеклась… Кёртис, предлагаю сотрудничество: ты поможешь вернуть мне власть, а взамен получишь Дорианну, и можешь идти с ней на все четыре стороны. Я и Стейси отдала бы, но вряд ли она в твоем вкусе, да и сердце твое не свободно… Не отрицай. Кто из нас, как не я, хорошо разбирается во внутренних органах?.. Между прочим, я никогда не разлучала влюбленных. Делала это в один день и быстро… Я бессердечная ведьма? Неужто я так состарилась! Но вернемся к моему плану. Он прост: я доверяю одному типу, с его помощью мы устраним Стилски. Мы вернемся, будто я пленила тебя и…»