Пламя свечи осветило комнату мягким светом, который казался почти тёплым. Ирина держала её в руках, наблюдая за тенями. И тут произошло нечто странное: при свете свечи тени начали исчезать. Сначала медленно, затем всё быстрее, пока их не осталось вовсе.
— Видишь? — произнесла она. — Свет прогоняет их.
Андрей чувствовал облегчение, но вместе с ним пришло и новое беспокойство. Если свет действительно способен прогнать эти тени, значит, они реальны. Значит, всё, что он видел и чувствовал, не было плодом его воображения.
— Но что это? — спросил он, глядя на Ирину.
Она покачала головой.
— Я не знаю. Но это нечто… древнее. Оно здесь не случайно.
Андрей задумался. Его квартира, которая всегда была для него убежищем, теперь казалась чужой. Он чувствовал, что эти тени — лишь часть чего-то большего. Ирина, заметив его состояние, положила руку ему на плечо.
— Мы справимся, — сказала она. — Но ты должен быть осторожен.
Андрей кивнул, но внутри него росло чувство, что осторожности может быть недостаточно. Что-то уже проникло в его жизнь, и он не знал, как с этим бороться.
Глава 34. След самурая
Андрей не мог вспомнить, когда именно начались странности, которые теперь стали частью его повседневной жизни. Он засыпал с тяжестью на душе, зная, что очередной сон принесёт ему нечто большее, чем просто бессознательные образы. В ту ночь он оказался в Японии, в эпохе самураев.
Ему снилось, что он стоит на вершине холма, окружённый цветущими деревьями сакуры. В руках он держал катану, её лезвие блестело в свете заходящего солнца. Вокруг него раздавались звуки битвы — крики, звон мечей и топот ног. Андрей чувствовал, что он не просто наблюдатель в этом сне, но участник событий. Его сердце билось учащённо, мышцы напрягались, словно готовясь к бою.
Перед ним появился человек в доспехах, лицо которого скрывал шлем. Этот неизвестный смотрел прямо на него, и хотя лица было не видно, его взгляд ощущался, как тяжёлый груз. В следующее мгновение незнакомец бросился на Андрея, их мечи столкнулись. Удар был настолько сильным, что Андрей почувствовал боль в руке. Он пытался защититься, но его противник был слишком быстр. Последний удар пришёлся на предплечье, и Андрей упал на землю.
Когда он проснулся, его сердце всё ещё колотилось, а рука горела от боли. Он посмотрел на своё предплечье и заметил красный след — длинную линию, будто от удара меча. Андрей потрогал его, ожидая, что это всего лишь иллюзия, но боль была реальной. Этот след не исчезал, как и чувство тревоги, которое он испытал во сне.
Ирина пришла к нему утром, чтобы узнать, как он себя чувствует. Андрей показал ей руку, и её лицо побледнело.
— Это… это не может быть правдой, — прошептала она. — Ты уверен, что не получил эту рану наяву?
— Я уверен, — ответил Андрей. — Это произошло во сне. Я был самураем. Меня предали.
Ирина нахмурилась, изучая след.
— Возможно, это не просто сон. Ты ведь говорил, что твои регрессии становятся всё глубже. Может быть, ты действительно пережил воспоминание из прошлой жизни?
Андрей кивнул, хотя в глубине души ему было страшно. Если его сны и регрессии могли оставлять физические следы, что ещё они могли сделать? Что, если его тело и разум действительно становились частью этих воспоминаний?
Позже он решил обратиться к Кириллу, чтобы обсудить произошедшее. Тот был скептичен, как всегда, но на этот раз его голос звучал менее уверенно.
— Это странно, — сказал Кирилл, рассматривая след на руке Андрея. — Если это не физическая травма, то как она могла появиться? Ты знаешь, что такое психосоматическая реакция?
Андрей кивнул.
— Но это не объясняет всё. Я чувствовал этот удар, Кирилл. Я был там. Это было реально.
Кирилл вздохнул и взглянул на Андрея с тревогой.
— Ты всё глубже погружаешься в эти регрессии. Я боюсь, что однажды ты можешь не вернуться.
Эти слова застряли в голове Андрея. Он не мог избавиться от мысли, что его сны — это не просто воспоминания, а нечто большее. Они становились частью его настоящего, и это пугало его.
Вечером он снова почувствовал странное напряжение воздухе. Казалось, что тени в комнате становятся длиннее, а свет лампы тускнеет. Андрей смотрел на свою руку, где след от меча всё ещё был виден, и думал о том, что его жизнь теперь разделена на две части: реальность и то, что находится за её пределами.
Глава 35. Легенда о Преследователе Времени
Андрей сидел напротив историка, чьи глаза горели любопытством и тревогой. Комната была наполнена запахом старых книг, а на столе лежала стопка пожелтевших страниц, исписанных древними символами. Историк, человек седыми волосами и острыми чертами лица, говорил тихо, словно боялся, что кто-то может услышать.