— Это всё я, — прошептал он, глядя на капли, которые медленно стекали по его ладоням.
Ирина была права — всё это вело к последнему испытанию. Но теперь Андрей понимал, что испытание не было внешним. Оно всегда было внутри него.
Он закрыл глаза и почувствовал, как дождь становится теплее. Это было не просто вода. Это была энергия, которая очищала его, смывала его сомнения и страхи. Тени вокруг него начали растворяться, становясь частью света. Отражения в зеркалах перестали показывать его прошлые жизни. Они показывали только одно — его истинное лицо.
— Я вижу, — сказал он, открывая глаза.
Теперь он знал, что делать.
Глава 92. Последняя регрессия открывает правду: его преследователь — его собственная тёмная сторона
Андрей сидел в пустой комнате, освещённой мягким светом, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно. В его сознании происходила последняя регрессия — процесс, который он уже не мог остановить. Это была не просто вспышка воспоминаний, а погружение в самую глубину его существа, туда, где переплетались страх, боль, надежда и тёмные желания.
Его глаза закрылись, но он всё равно видел. Перед ним возникли образы, которые он давно пытался забыть. Моменты, когда он совершал ошибки, предавал близких, выбирал себе дорогу, зная, что она приведёт к разрушению. Всё это было частью его, но он всегда старался дистанцироваться от этих воспоминаний, списывая их на обстоятельства или чужие влияния.
Теперь же он понял, что всё это время его преследовал не кто-то внешний, а его собственная тёмная сторона. Тот голос, что шептал ему в моменты слабости, та тень, которая следовала за ним, тот страх, который он ощущал, когда смотрел в зеркало. Это был он сам — часть его души, которую он отвергал и пытался уничтожить.
Комната вокруг начала меняться. Стены растворялись, а вместо них возникали сцены из его жизни: детство, где он впервые почувствовал зависть; юность, когда он предал друга ради собственной выгоды; взрослость, где он выбрал карьеру, зная, что это приведёт к разрушению семьи. Все эти моменты были яркими, болезненными, но теперь он видел их иначе. Это был не просто набор ошибок — это была его история.
Перед ним появилась фигура, тёмная, но знакомая до боли. Это было его отражение, но не физическое. Она была воплощением всего, что он ненавидел в себе: слабости, страха, эгоизма. Фигура заговорила, её голос был глубоким, как эхо в пустоте.
— Ты бежал от меня всю жизнь, — сказала она. — Ты винил других, обстоятельства, судьбу. Но я — это ты. И ты не сможешь двигаться дальше, пока не примешь меня.
Андрей почувствовал, как его сердце сжимается. Он хотел отвергнуть эту фигуру, как делал это всегда, но что-то внутри него остановило. Он понял, что если он снова отвернётся, цикл продолжится. Все его попытки изменить свою судьбу были напрасны, потому что он никогда не принимал себя полностью.
— Ты — моя тёмная сторона, — тихо сказал он. — Ты — мои ошибки, мои страхи, моя боль. Но ты также — моя сила, мой опыт, моя способность быть честным собой.
Фигура сделала шаг вперёд, и Андрей почувствовал, как она становится частью него. Не врагом, не чужим, а чем-то, что всегда было внутри. В этот момент он понял, что цель его пути — не уничтожение тьмы, а её принятие. Только так он сможет выйти из бесконечного цикла перерождений.
Комната снова начала растворяться, но теперь не в хаос, а в свет. Андрей чувствовал, как его душа становится целостной. Все фрагменты, которые он отвергал, теперь складывались в одно целое. Это было не просто ощущение — это было осознание.
Последняя регрессия закончилась, оставив его с неизменным вопросом: сможет ли он жить, принимая свою истинную природу?
Глава 93. Принятие своей истинной природы
Андрей стоял посреди пустоты, окружённый бесконечным пространством, которое медленно переливалось оттенками света и тьмы. Здесь не было ни времени, ни формы, ни привычных ориентиров. Всё, что оставалось, — это он сам, его мысли, его память и ощущение чего-то великого, неуловимого. Перед ним возникла фигура — не физическая, но осязаемая, словно отражение его собственной души. Это была его тёмная сторона, та часть, которую он всегда отвергал, боялся и пытался скрыть.
— Ты знаешь, кто я, — произнесла фигура. Её голос звучал одновременно внутри Андрея и снаружи, словно эхо его собственных мыслей.
— Ты — это я, — ответил он, не отводя взгляда.
— Да, я — та часть тебя, которую ты всегда отрицал. Я — твои страхи, твои сомнения, твоя боль. Я — твои ошибки, твоя ярость и твоя слабость. Но я также твоя сила, твоя решительность и твоя способность выстоять, когда всё рушится.