Он был рыцарем. Это не вызывало сомнений. На его груди блестела эмблема, которую он не мог сразу распознать, но которая вызывала странное чувство принадлежности, словно он носил её всю жизнь. Вокруг него бушевала битва. Мужчины в кольчугах и шлемах сражались, выкрикивая команды на языке, который Андрей не понимал, но каким-то образом инстинктивно знал.
Меч в его руке был тяжёлым, но движения казались естественными, словно он тренировался годами. Андрей отбивал удары противников, уворачивался от копий, и в какой-то момент заметил фигурку молодого оруженосца, который пытался защитить павшего рыцаря. Андрей бросился на помощь, но почувствовал острую боль в руке — удар меча противника пришёлся прямо по доспеху. Он вскрикнул, но не упал, продолжая сражаться.
Битва закончилась так же внезапно, как началась. Андрей оказался на коленях, его дыхание было тяжёлым, а рука пульсировала от боли. Вокруг лежали тела, некоторые из которых казались ему пугающе знакомыми, хотя он не мог вспомнить, где и когда видел этих людей. Над полем битвы медленно опускалось солнце, окрашивая всё в багровые тона.
И тут он услышал голос. Женский, мягкий, но настойчивый. Он обернулся, и перед ним стояла женщина в длинном плаще, её лицо было скрыто капюшоном. Она протянула руку к нему и произнесла слова, которые он не мог понять, но которые заставили его сердце сжаться. В её глазах он увидел что-то, что напоминало Ирину — ту самую девушку, которую он встретил в настоящем времени. Но это была не она, а кто-то другой, кто-то из прошлого.
Внезапно всё закружилось. Звуки битвы исчезли, поле растворилось, и Андрей очнулся в кабинете гипнолога. Он тяжело дышал, его рука всё ещё болела, хотя никакой раны на ней не было. Гипнолог выглядел обеспокоенным. Свечи в комнате мерцали так, словно их пытался задуть невидимый ветер.
— Андрей, вы в порядке? — спросил гипнолог, но голос звучал приглушённо, будто через толщу воды.
Андрей поднял руку. Боль была реальной. Он посмотрел на неё и заметил слабый след, похожий на царапину, хотя он точно знал, что ничего подобного не было до сеанса. Его сознание металось между двумя реальностями — той, что он видел в гипнозе, и той, где он находился сейчас.
— Я был там, — сказал Андрей, его голос дрожал. — Это было реально. Я чувствовал всё. Я… я был рыцарем.
Гипнолог нахмурился, но ничего не сказал. Вместо этого он начал проверять записи, сделанные во время сеанса. Андрей поднялся, всё ещё ощущая слабость в теле. Он посмотрел на свои руки, пытаясь понять, как возможно чувствовать боль от раны, которой не существовало.
Когда он вышел на улицу, его встретил лёгкий дождь. Капли падали на его лицо, словно пытаясь что-то прошептать. Андрей остановился, закрыв глаза, и внезапно в его сознании всплыли слова женщины с поля битвы — те, что он не смог понять. Но теперь они звучали отчётливо, словно дождь переводил их для него.
"Ты должен помнить."
Глава 13. Пыль дорог прошлого
Андрей проснулся от странного ощущения. Его тело казалось тяжёлым, а воздухе витал запах старой земли, пыли и чего-то металлического. Он сел на кровати, пытаясь сфокусироваться, и заметил, что его джинсы, оставленные на стуле, покрыты тонким слоем сероватой пыли. Это было странно: он не выходил из дома, а уборку делал всего пару дней назад.
Он подошёл к одежде, провёл пальцем по ткани. Пыль была настоящая, сухая и грубая, словно принесённая издалека. Андрей вспомнил сон, который видел этой ночью: он шёл по узкой дороге, покрытой песком и гравием, вдоль старинных домов с покосившимися крышами. Дорога казалась бесконечной, а его шаги оставляли глубокие следы на её поверхности. В какой-то момент он остановился, чтобы посмотреть на свои руки, и заметил, что они покрыты той же пылью, которая теперь была на его одежде.
Его сердце забилось быстрее. Он подошёл к зеркалу, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. На его лице не было следов пыли, но волосы казались немного спутанными, как будто он действительно провёл несколько часов под палящим солнцем. Андрей почувствовал, как страх медленно захватывает его сознание.
В этот момент раздался звонок в дверь. Это был Кирилл. Андрей пригласил друга внутрь, быстро объясняя ему происходящее. Кирилл, как всегда, был скептичен:
— Ты говоришь, что пыль осталась на твоей одежде после сна? — переспросил он, нахмурившись. — Это звучит как классический случай психосоматической реакции. Твой разум настолько погрузился в переживания, что тело начало реагировать на них физически.