«10 октября 2002 года.
Отец разбудил меня ни свет ни заря, чем-то очень взволнованный.
— У нас новое дело, Артур, собирайся скорее, — торопливо проговорил он.
В полудрёме я собрался и спустился к отцу, который уже ждал меня у своего старенького форда. По дороге он объяснил мне, к чему такая спешка. В церковь среди ночи заявился знакомый Карлосу офицер полиции Николас Блэк и поведал, что на местной заброшенной стройке были обнаружены изувеченные тела группы подростков, и лишь один из них сумел выжить. Как рассказал полицейский, парень был белый, как мел, и нёс бессвязный бред про ворона, который и убил всех. Разумеется, ему не поверили, признали невменяемым и виновным в смерти ребят. Масло в огонь подливал сильный запах алкоголя и положительный тест на наркотики. Тем не менее офицер попросил поговорить с уцелевшим.
Мы подъехали к полицейскому участку и прошли в комнату допросов. За столом сидел подросток семнадцати лет и тупо смотрел в одну точку. Его одежда была запачкана кровью, дрожащие руки прикованы к столу.
— Ты уверен, что стоило приводить сюда такого мальца? — обратился офицер к отцу, указывая на меня.
— Он — мой приемник. Всё будет хорошо, — ответил тот.
Николас открыл нам дверь и сказал:
— Патрик, к тебе пришёл священник.
Парень никак не отреагировал. Он находился в глубоком шоке.
— Я бы ему не доверял. Как ни крути, всё указывает на его вину. Вряд ли тут имела место какая-то сверхъестественная сила, — шёпотом заявил офицер.
— Разберёмся с этим, — сухо сказал Карлос и мы вошли внутрь.
Мы сели напротив молодого человека и тот поднял полные страха глаза на священника.
— Привет, Патрик, меня зовут Карлос, а со мной — мой приемник Артур, — представил он. — Расскажи нам, пожалуйста, что произошло.
Парень помолчал и скорбно сказал:
— Какая разница? Может, это действительно я убил их? Я просто… ничего не понимаю. Может, этот чёртов ворон просто галлюцинация?
— Что ты видел, сын мой? — мягко сказал отец. — Если расскажешь нам, уверен, мы сможем тебе помочь. Прошу, попытайся.
Юноша с надеждой посмотрел на меня. Ему явно больше хотелось поделиться со мной, чем с полицейскими и священником. Карлос тоже уловил сей жест и поручил этот разговор мне. Отец вышел из комнаты, оставив нас наедине. Парень облегчённо выдохнул и стал менее зажатым.
— Приятно видеть хоть одну светлую голову, — заявил он. — Ты учишься у этого священника?
— Вроде того, — пожал плечами я.
— Никогда им не доверял. Только делают вид, что святые и всем помогают, а на деле такие же грязные сволочи, как и все, тебе не кажется?
Эти слова меня задели, но я не подал виду. Я спокойно сказал:
— Люди разные, Патрик. Когда я был маленьким, потерял родителей, а отец Карлос приютил меня и вырастил. На его счёт я никогда не сомневался. Он всегда может помочь, что бы ни случилось.
— Мне никто не верит, считают меня убийцей. Ты представляешь, через что я прошёл за эту ночь? Не уверен. А вот, в чём я точно уверен, так это в том, что любой священник, или полицейский даст дёру, как только запахнет жареным. Гораздо проще найти крайнего и повесить всё на него.
— Я прекрасно понимаю твоё отчаяние. Ты можешь рассказать всё мне, ведь, следуя твоему взгляду, такому пацану, как я, тоже никто не поверит, так что твой рассказ уйдёт со мной в могилу.
Патрик немного посидел, подумал и наконец решился рассказать мне, что произошло в эту злополучную ночь.
— Нас было шестеро: я, Дилан, Реджи, Лейла, Кристи и Элис. Мы решили потусить где-нибудь, где нас не заметят и пошли на ту стройку. Было много выпивки, а Реджи ещё и принёс с собой травку. Когда мы уже были навеселе, Элис предложила ради забавы вызвать духа, и мы охотно согласились. Это ведь просто ребячество, правда? Что могло случиться? Она достала из своей сумки какую-то книгу по оккультизму, свечи и мел, которые купила в какой-то лавке; выбрала случайное заклинание, нарисовала… как это называется… пентаграмму, расставила свечи, прочитала заклинание, порезала руку и накапала в центр круга немного крови. Как ты думаешь, что-то произошло? Конечно же, нет. Мы просто ржали, как кони над всем этим. Пробовали одно заклинание за другим, а после последнего услышали какой-то шорох, но не придали этому никакого значения. Думали, мол, крысы — их там было много. И тут показался он — здоровенный, мать его, ворон. Он пялился на Элис, а она, как оцепенелая смотрела на него. Вдруг она закричала так, что, кажется, было слышно на всю ближайшую округу. Мы даже заметить не успели, как эта тварь распорола ей горло, столько крови… — юноша накрыл голову руками и стал покачиваться.