Дмитриев рисовал Булгакова в последние дни его жизни, рисовал по памяти в первые дни после смерти и похорон. Дмитриеву принадлежит небольшое живописное полотно, которое в каталогах Бахрушинского музея значится под глухим названием «Интерьер», а по существу представляет собою пронзительный по взволнованности портрет Булгакова: до боли узнаваемая фигура, со спины, во весь рост, в проеме дверей — с рыжеватыми, примятыми от лежанья волосами на затылке. Булгаков, может быть, в последний раз входящий в свою комнату.
…Афиногенов послал в МХАТ просьбу не ставить его «Ложь». — Свою пьесу «Ложь» А. Н. Афиногенов посылал Сталину. Сталин прочел ее и вернул с многочисленными пометами в тексте и записями на полях: «Ха-ха!», «Чепуха», «Тарабарщина» и др. Драматург переработал пьесу, послал ее Сталину вторично. Второй вариант также не получил одобрения. Афиногенов обратился к Сталину с письмом: «Уважаемый Иосиф Виссарионович! Т. Киршон сообщил мне, что Вы остались недовольны вторым вариантом пьесы «Семья Ивановых» («Ложь»). Прежде чем снять пьесу — хотелось бы показать Вам результат работы над ней актеров МХАТ 1-го и 2-го (в первых числах декабря с. г.). Если же Вы находите это излишним, — я немедленно сам сниму пьесу. Прошу Вас сообщить мне Ваше мнение по данному вопросу. С коммунистическим приветом. А. Афиногенов». Письмо вернулось с резолюцией: «Т. Афиногенов! Пьесу во втором варианте считаю неудачной. И. Сталин».
Тогда Афиногенов пьесу снял. В Харькове (см. запись 16 ноября) успела пройти премьера.
…роль судьи в «Пиквикском клубе». — Инсценировку «Пиквикского клуба» для МХАТа сделала Наталия Алексеевна Венкстерн (1893–1957), писательница, драматург, принадлежавшая к кругу близких друзей Булгакова. Очень любивший и отлично знавший Диккенса Булгаков принимал близко к сердцу и инсценировку и спектакль. Л. Е. Белозерская-Булгакова рассказывает: «Московский Художественный театр заказал писательнице инсценировку «Пиквикского клуба» Диккенса. По Москве тогда пошли слухи, что пьесу написал Булгаков. Это неправда: Москва любит посплетничать. Наташа приносила готовые куски, в которых она добросовестно старалась сохранить длинные диккенсовские периоды, а М. А. молниеносно переделывал их в короткие сценические диалоги. Было очень интересно наблюдать за этим колдовским превращением. Но Наталия Венкстерн, женщина умная и способная, очень скоро уловила, чего добивался Булгаков» (О, мед воспоминаний. С. 102).
…на открытии театра Рубена Симонова… — Р. Н. Симонов, актер и режиссер Театра им. Вахтангова (блестящий исполнитель роли Аметистова в пьесе Булгакова «Зойкина квартира»), с 1928 г., одновременно с работой в театре, руководил театром-студией, носившей его имя.
Свечины — давние друзья Елены Сергеевны; упоминаются в ее письмах 20-х гг.
Комедия «Полоумный Журден. Мольериана в трех действиях» написана Булгаковым в 1932 г. для театра-студии Ю. Завадского. При жизни Булгакова не ставилась.
Мордвинов Б. А. — режиссер МХАТа.
…возобновляются мольеровские репетиции. — Договор на постановку «Мольера» во МХАТе Булгаков подписал 20 октября 1931 г., но только 31 марта 1932 г. начались репетиции. Девять репетиций прошли в марте — июне 1932 г. и еще тридцать четыре — в январе — июне 1933-го.
Николай Михайлович Горчаков (1898–1958) — режиссер спектакля.
Нусинов И. М. — критик. В статье «Булгаков» (Литературная энциклопедия. 1929. Т. 1) писал: «Весь творческий путь Б[улгакова] — путь классово враждебного советской действительности человека. Б[улгаков] — типичный представитель тенденций «внутренней эмиграции»». О пьесе «Дни Турбиных» — в статье «Путь М. Булгакова» (Печать и революция. 1929. № 4): Булгаков «перешел в идеологическое наступление. Он из своего романа сделал театральную агитку, написанную не для красноармейской аудитории, а на вкус того класса, из которого Булгаков вышел», «лишь острую законченную агитку, имеющую целью показать, что обитатели дома Турбиных были почти что святые, а народ, погубивший их, — дьявол».