Уже в конце апреля наступил тот момент, когда в школе царили только обсуждения предстоящих экзаменов и поступления в университет. В воздухе отчетливо ощущалось напряжение и волнение, а так же предвкушение новой университетской жизни. Конечно же, в нашей школе обсуждались только самые лучшие, элитные вузы Европы, США и мира в целом. Я все так же была одержима уверенностью в том, что я поступаю в местный университет, который когда-то заканчивали мои родители и Хейли. Пришлось правда их расстроить своим заявлением о том, что на экономический факультет я не пойду никогда, даже под страхом смерти. В итоге выяснилось, что я и не смогу, мои оценки по математике серьезно не дотягивали до необходимого порога. Так как я всегда любила литературу, и только по этому предмету у меня сохранился высший бал, решено было поступать на факультет журналистики. Чем больше я обмозговывала эту идею, тем больше я приходила в восторг от нее. Я даже уже размечталась о том, что когда-нибудь стану редактором в каком-нибудь авторитетном издательстве или даже автором бестселлера, о котором будет судачить весь мир, а потом какой-нибудь режиссер и вовсе предложит мне сделать экранизацию.
Мечты мечтами, а серьезно призадуматься все же пришлось. Я бы действительно очень хотела стать когда-нибудь писателем. Но о чем бы я писала? Хороший вопрос. Мне бы так хотелось написать что-то, что я могла бы посвятить ей. Элле. Историю о нас, о самом волшебном чувстве в мире – первой любви, нежной как прикосновение ангельского крыла, болезненной, как удар кинжала в самое сердце. Так и будет, я напишу свой дневник и расскажу о том, как все было. Наверное, он никому не будет интересен и затеряется среди сотен, тысяч таких же несчастных историй о первой любви, но по-крайней мере мне будет согревать душу мысль, что возможно, где-то на другом конце страны или мира, Элла Харрис прочитает это и поймет, насколько сильно я ее любила, что она была для меня целым миром, моей отдельной вселенной, в которой всегда царил мир и покой. А может быть, к тому времени, как я выпущу эту книгу, она и думать забудет о моем существовании. Кто знает.
Идея заняться писательством не покидала меня до самого начала выпускных экзаменов. Мне просто хотелось поскорее со всем этим покончить и приступить к написанию моей истории, нашей истории. Экзамены пролетели (а точнее проползли) в виде одного большого полотна, сотканного из нервов, стресса и недосыпов. В принципе, я была собой горда, ведь я сделала все, что было в моих силах, чтобы получить как можно более высокий балл. Родные очень сильно меня поддерживали и не переставали говорить мне, какая я молодец и как сильно они мной гордятся. Это придало мне сил и уверенности, чтобы не опускать руки. Я знаю, как им пришлось нелегко со мной все это время. Они ужасно за меня волновались и делали все, чтобы я почувствовала себя лучше. Я безмерно благодарна им за это, если бы не они, я бы вряд ли пришла в себя.
День икс настал. Последний этап будет пройден, и школа останется далеко позади. Все собрались в школе, чтобы узнать результаты экзаменов. Не буду скрывать, у меня внутри все переворачивалось, заставляя меня испытывать ужасное волнение и даже приступы тошноты. Хотя внешне я пыталась сохранять спокойствие.
– Я ужасно волнуюсь, вдруг я и вправду потратил лучшие годы своей жизни зря, – скулит Алекс.
– А ты никогда не задумывался, что ты в общем-то и родился зря? – раздраженно отвечает Софи.
– Ауч, вот это было ниже пояса вообще-то.
– Да, прости. Это все нервы.
Кажется, она никогда не перестанет на него огрызаться, но такое чувство, что и он никогда не обижается и не обидится на нее.
Ожидание и всеобщее волнение тягучей массой повисло в воздухе. Я смотрю на лица одноклассников и понимаю, что даже самые способные и академически успешные ребята одержимы тревогой.
Наконец в коридоре появляется директор и вывешивает листы с оценками на стенде. Все собравшиеся сразу же в едином порыве спешат к доске, и лишь мы с Алексом остаемся стоять на месте.
– Знаешь, мне и вправду страшно. Я уверен в своих знаниях, – тихо говорит он мне, – Но что если по какой-то совершенно нелепой случайности, я увижу там те оценки, которые на протяжении всей сдачи экзаменов преследовали меня в кошмарах.
– Успокойся, – мягко отвечаю я ему, – Я более чем уверена, что ты прекрасно справился. Я заметила, что ты серьезно отнесся к экзаменам, а это не может не принести плоды.
Он выдает слабую улыбку и делает пару шагов навстречу своей судьбе. Я замираю, как и весь мир вокруг меня, меня вновь охватывают болезненные мысли о том, что все могло бы сложится совсем иначе. Что рядом со мной могла бы быть она. Мы бы переживали вместе, она успокаивала бы меня, пыталась бы держаться, не выдавая ни единой нотки беспокойства и тревоги. Мы бы подошли туда вместе, и конечно же, у нее были бы просто великолепные оценки, высший балл, и может быть, даже у меня все было бы хорошо, ведь я бы не потратила столько времени на саморазрушение. Но как говорится, имеем, что имеем.
Ребята постепенно расходятся – кто-то светится радостью, кто-то со спокойным видом выдает "ну как я и думал", а кто-то разочарованно отходит в сторонку с помрачневшим видом, держась за голову.
– Эмбер, иди сюда, – Софи машет мне, она просто излучает счастье.
Я на ватных ногах приближаюсь к доске и начинаю сосредоточенно искать свое имя. Алекс с воплем радости подпрыгивает до самого потолка и вопреки всем угрозам Софи, подхватывает ее на руки и начинает кружить. Я чувствую, как мои губы расплываются в улыбке. Я безмерно рада за них обоих. Это уже хорошая новость, даже если у меня не все так радужно.
Я нахожу свое имя и вижу то, чего ну никак не ожидала увидеть. Почти все экзамены сданы на отлично. Что?! Я не могу поверить своим глазам. Я рассчитывала хотя бы на средний результат. Но это превзошло все мои ожидания. Откуда-то из глубины моей души, словно свежий росток травы сквозь бетонное покрытие, прорывается чувство, о котором я уже успела позабыть. Искренняя душевная радость. Мое лицо озаряется самой светлой из улыбок и я не могу сдержать эмоций. Я кидаюсь к друзьям, они сжимают меня в объятьях, рассыпаясь поздравлениями и похвалами.
Сквозь плотную завесу безразличия ко всему происходящему, которую выстроило мое разбитое сердце, прорезается светлый луч надежды на новую жизнь и прекрасное, наполненное самыми потрясающими моментами, будущее. Что ж. Кажется, я действительно смогу жить дальше. И что самое главное, я хочу жить дальше.
***
Мы втроем выходим из школы, радостные как никогда. Кажется, даже солнце сегодня светит как-то по-особенному, да и все вокруг кажется мне совершенно другим, не таким серым, каким его воспринимал мой мозг. Все пестрит красками, в каждой, даже самой маленькой детали я вижу надежду. Внутри меня словно сработал переключатель и я воспряла духом.
Когда мы расходимся по разным сторонам, и я остаюсь наедине с самой собой, я замедляю шаг. Именно сейчас, именно в этот момент я вдруг чувствую резкую необходимость принять окончательное решение. Я немного медлю, а мое сознание насторожившись ждет моих дальнейших действий.
Вывод вдруг приходит сам собой. Я любила Эллу Харрис и была безмерно счастлива рядом с ней. Она показала мне, что такое настоящая первая любовь, с ее появлением в моей жизни, все круто изменилось. Я была полностью поглощена мыслями и мечтами только о ней. И я бы сделала все, чтобы мы были вместе, чтобы она была со мной счастлива так же, как я была счастлива рядом с ней. Но судьба распорядилась иначе, и к сожалению, я действительно была слишком слаба, чтобы что-то исправить. Я вдруг осознаю, что во всем произошедшем не было ни ее, ни моей вины, и чувствую как один из камней, сдавливавших все это время мою грудную клетку, рассыпается и исчезает.