Когда миссис Финли открыла нам дверь на цепочке, то я увидела ее болезненную бледность, как на выцветшей фотографии девятнадцатого века. Ее усталые пустые глаза остановились на мне, но у меня возникло впечатление, что они не в состоянии воспринимать информацию.
— Я бы хотела увидеть ваши значки, — сказала она напряженным от страха голосом.
Я достала значок и показала ей.
— Мы были у вас вчера.
Через щель мне было видно, как тускло поблескивает стальное мачете в ее правой руке. Оно казалось до смешного огромным в ее миниатюрных хрупких пальчиках. Вряд ли у нее хватит силенок даже, чтобы разрезать им апельсин.
— Вы меня помните?
Она кивнула, но выражение лица осталось тем же.
— Опустите, пожалуйста, оружие и откройте дверь, чтобы мы могли поговорить.
Миссис Финли замялась, а потом поставила мачете в подставку для зонтов, закрыла дверь и сняла цепочку.
Воздух в доме был спертым и безжизненным, как в закрытом чулане. На обеденном столе куча пустых папок и ящиков, в которых порылись детективы во время обыска. Я заметила, что в оконную раму криво вбиты несколько здоровенных гвоздей, очевидно, чтобы закрыть их наглухо. На темном дубе виднелись следы молотка.
— Я не понимаю, почему они ничего не убрали за собой, — сказала миссис Финли, глядя на беспорядок на столе. При этом она продолжала идти маленькими шажочками, как будто стоять на месте опасно.
— Вы чего-то боитесь, миссис Финли? — спросила я.
Ее взгляд скользнул к окнам и обратно.
— Ну, береженого Бог бережет.
— Вы заколотили окна и расхаживаете с мачете в руках.
Миссис Финли вскинула руки и схватилась за грудь.
— Мой муж убит, — тихо заметила она, глядя куда-то вдаль.
— И не только.
Она потупилась и прошептала:
— И не только.
— Вы участвовали в деятельности, которую вел ваш муж?
Она все так же тупо смотрела в пол.
— Возможно, вы знаете что-то, что может нам помочь, и сами того не понимаете. Мне нужно, чтобы вы ответили на несколько вопросов.
— Ну, в колледже мы иногда устраивали всякие там акции, но по мелочи, короче, глупости всякие. Но я давным-давно перестала верить, что мы можем изменить мир.
— А в последнее время, миссис Финли? Вы знали о том, чем занимается ваш муж?
— Я уже отвечала на эти вопросы.
— И солгали.
Она вскинула голову, в ее глазах застыло нечто большее, чем просто скорбь.
— Вы участвовали в планах вашего мужа касательно Парада роз?
— Нет, у меня вообще не осталось с ним ничего общего…
И тут я узнала этот взгляд. Такое же выражение я видела в глазах своего мужа, очень-очень давно. Так выглядит любовь, когда на место светлого чувства приходит обман.
— Расскажите мне о временном сотруднике по фамилии Суини, — попросила я.
— Я не понимаю, о чем вы.
— Ложь никому не поможет.
Миссис Финли смотрела меня с вызовом, пытаясь спрятаться в свой панцирь, но тут он дал трещину и развалился как рухнувшее здание.
— Мы были вместе всего пару раз.
— Когда в последний раз?
Ей не хотелось отвечать, но потом в одном усталом выдохе выпустила остатки своей решимости.
— Позавчера.
— Где?
— Где и всегда, в мотеле на Колорадо.
Гаррисон посмотрел в мою сторону:
— «Виста Палмс».
Она молча кивнула.
— Я хотела порвать с ним… Для этого и пошла туда.
Ее глаза наполнились слезами, и она спрятала лицо в ладонях. Очевидно, ей не удалось справиться с этой задачей.
— А Суини принимал участие в том, что задумал ваш муж?
Миссис Финли покачала головой.
— Но почему вы завели роман именно с ним?
— Потому что он для меня ничего не значил. Потому что я злилась. Мне хотелось ударить своего мужа побольнее. Вам что, нужно на пальцах объяснять?
Она едва заметно качала головой.
— Что я наделала?
— Вашего мужа убили не потому, что вы изменили ему с Суини, — успокоила ее я.
Ее затравленный взгляд напоминал взгляд животного, запертого в клетке.
— Откуда вы знаете… откуда вы знаете, почему это произошло?
Я вытащила из кармана фотографию Лэйси и портрет Габриеля и положила на стол перед ней.
— Вы видели кого-то из них?
Миссис Финли посмотрела и покачала головой.
— Вы мне уже это показывали.
Она взяла в руки снимок Лэйси и уставилась на него: