– Почему мы едем по центру? Вы живёте на другом конце города? – смущается она.
– Мы уже подъезжаем, – я поворачиваю машину к элитному дому и заезжаю на подземную стоянку.
– Ого! Неужели на книгах можно заработать?! – её красивые глаза округляются.
– Я везунчик.
Рёв мотора затихает. Я выхожу. Обогнув капот, открываю дверь со стороны Миланы.
– Прошу, мадам, – протягиваю ей руку, чтобы помочь выйти из салона.
Милана подаёт мне ладонь и грациозно выходит из машины. Алые губы обнажают зубки в обворожительной улыбке.
Я не верю, что держу свой идеал женщины за руку. Не отпуская её ладонь, я веду Милану к лифту. Мы заходим в кабину. Милана её осматривает.
– В первый раз вижу такой уютный лифт! – восхищается она.
Каждая стена кабинки зеркальная, вставки между ними отделаны красным бархатом. Кнопочная панель платиновая, пол выложен мраморной плиткой. Я давно не придаю должного значения роскоши лифта, но сейчас смотрю на него, словно глазами Миланы – замечаю каждую деталь.
Двери закрываются. Я прикасаюсь карточкой-ключом к коду, чтобы лифт поднялся на верхний этаж в мою квартиру. Милана находится со мной в закрытом пространстве, здесь она никуда от меня не денется. Я держу себя в руках, но в трусах пульсирует. Она поднимает на меня лазурные глаза. Я чувствую, что от чрезвычайного волнения мне не хватает воздуха.
«Фу, наконец лифт поднялся на мой этаж!»
Мы выходим и сразу попадаем в квартиру.
– Ого! Какая большая! – глаза Миланы радостно светятся, брови в изумлении изгибаются.
– Она занимает целый этаж! Пятьсот квадратных метров!
– Как же вы её убираете?!
Я смеюсь над её детской непосредственностью.
– За порядком в доме следит уборщица!
– Ничего себе!!! Зачем вам одному столько много пространства?!
– Милана, это моя галактика. Здесь я не только живу, но и работаю!
– Понимаю, для творчества! – она протягивает слова.
– Правильно.
Мы разуваемся. Я помогаю ей снять плащ и вешаю одежду в встроенный шкаф. Остаюсь в белой рубашке и синих джинсах.
– Вы голодны? – спрашиваю я с заботой.
– Немного, – кивает она.
Я веду её через гостиную в кухню. Открываю холодильник. Домработница купила еду и аккуратно разложила её на полках.
– Яичницу с беконом будете? – несмело предлагаю я.
– Давайте перейдём на «ты»?! – вдруг произносит она. – Я не привыкла, когда мне выкают.
Я поворачиваюсь к ней. Моё лицо расцветает.
– Конечно. Для меня огромная честь, – бормочу я.
Она смущённо заправляет за ухо локон волос.
– Ну что, приготовить яичницу? – повторяюсь я, озабоченный тем, что девушка голодна.
– Я не ем ночью яйца. У тебя есть йогурт?
Я внимательно изучаю продукты. В дальнем углу нахожу питьевой йогурт. Радуюсь, как мальчишка, что он оказался в холодильнике.
– Вот, возьми, – протягиваю яркую бутылку Милане.
– Благодарю! – она обнажает в улыбке ровные белые зубы.
Я наблюдаю за Миланой. Она длинными тонкими пальцами изящно откручивает крышку от бутылки и жадно начинает сосать молочную жидкость. Моё тело вспыхивает в желании. Меня охватывает пламя страсти. Хочу Милану до безумия. Пытаюсь обуздать свой пыл, чтобы не спугнуть девушку.
Я включаю плиту и ставлю чайник.
– Что будешь пить? – спрашиваю, боясь взглянуть на девушку.
– Я уже пью, – говорит Милана, цокая язычком.
– Да, – отвечаю, сдерживая растущее влечение.
«Не ожидал, что будет так трудно контролировать себя».
– Расскажи, как ты стал писателем? – интересуется она.
«Похоже, она взяла на себя роль журналиста».
– Я много говорил о своём пути в СМИ.
– А теперь расскажи мне правдивую историю.
«Она ещё и хороший психолог».
– Ты думаешь, я приукрашиваю свою жизнь?
Милана кивает.
– Все так делают, иначе интервью будет скучным! – заключает она.
– Интересное предположение, – я ухмыляюсь и достаю из шкафа кружку. – Ты точно чай не будешь?