Моей соседке по театральному ложе лет под 65, она в очках и, скорее всего, не является театральным критиком, для нашего города это большая редкость и, если уж в город приезжает судья театрального искусства , то только на премьерные спектакли или на крупный фестиваль, да и благодаря СМИ приезд становится заранее известен каждому.
Однако мадам на протяжении всего спектакля, как свойственно циничному критику, старалась не упустить ни одну мелочь на сцене, и, как мне показалось, даже, что-то записала, был момент когда ею овладел Морфей, но ненадолго, яркий свет вернул ее обратно, а вот удивление с ее лица не сходило даже во время сна.
Время от времени она всматривалась в программку и на билет.
– Вам помочь? – обратилась я к мадам.
– тссс. Тише… Вот, посмотрите, очень мелко там написано.
– Позвольте. Спектакль «Свидетель обвинения. Агата Кристи». 7 ряд, 15-е место.
-Тсс. Тише. Все верно.
Происходящее на сцене приводило женщину в замешательство.
Она мне напомнила двух театралок в театре Ленсовета, которые пришли на классический спектакль под названием «Все мы хорошие люди» по произведению «Месяц в деревне» И.С.Тургенева.
Несмотря на то, что со времен императорских театров они видели, наверное, разное в храмах искусств, но на той постановке они явно сильно сдали.
От неожиданных авангардных выпадов в виде людей в противогазах, обнаженных тел в тазиках, космонавтов, танцующих под тяжелый рок, одна из них достала таблетку валидола и поделилась со своей подругой, переглянувшись они вздохнули, уже не веря, что доживут до окончания спектакля.
Два места после антракта были пусты.
Надеюсь, тогда обошлось без инфаркта.
Ну что не так на этой сцене? Чему удивлена мадам? Кажется, я начинаю понимать в чем дело!
Я не узнаю героев романа Агаты Кристи, ну, если только врач и Ромейн Воул мне знакомы, а где мой любимый адвокат Сэр Уилфред?
– Леонард Воул? Да, я вижу их на сцене, но это не они.
На сцене персонажи из другого романа или их роли перепутали местами.
Куда пропал английский тонкий юмор?
Мотивы, сценические действия не объяснимы, логическая связь где-то оборвалась.
Свет, дым, декорации, конечно, впечатляют, но атмосфера не английского суда, а цирка, балагана, хотя публика довольна.
Может, зрители не читали Агату Кристи?
И не увидели подлога?
Сейчас проверим, судья попросила присяжных вынести свой приговор.
Пристав пошел с ящиком по зрительным рядам, минутку, да, это все объясняет: почти все кидают белую бумажку – оправдательный приговор.
Значит, не читали. А, может, зритель вжился в роль и уже сам, как актер, играет по классическому исходу?
Все тайны остались за кулисами театра.
Уже спускаясь по лестнице, меня каким-то образом догнала та старушка.
– Подскажите, кто режиссер спектакля?
– Кто режиссер? – вопрос меня заставил на миг задуматься.
Действительно, кто режиссер спектакля?
Я посмотрела три спектакля одного театра, работы трех разных режиссеров, возможно, знакомых друг с другом, но прошедших школу разных мастеров, а, значит, их постановки должны иметь свою изюминку, свой стиль, но все три спектакля имеют один почерк!
Фарс!
Кто или что стоит за именами режиссеров, вписанных в программку? Коммерция?
Самодур?
Как это возможно?
Режиссеры, ставившие спектакли, которые заставляли спорить, размышлять, находить ответы, разом начинают балагурить и шлепать фарс, от которого, наверное, и актеры уже устали.
– Так как его зовут его? – мадам ткнула меня в бок.
– А? Что? Кто режиссер? Я не знаю.
–Так прочтите, пожалуйста, я без очков не вижу.
– Режиссер Ливи… Ливиц.... не прочту, тут не разборчиво, извините…
На душе у меня было ощущение, что меня обманули.
Спектакли никогда не повторяются, а с годами, как и вино, становятся только лучше, но далеко не все.
После просмотра такой изощренной интерпретации у меня пропало желание прийти на повторный просмотр, но возникло желание перечитать роман, может быть, я что-то подзабыла.
А какого автора? По отношению к нему, искаженная версия, ни что иное как оскорбление, можно сказать даже преступление, так как автор не может постоять за себя по причине того, что давно ушел в мир иной.
Выйти из театра оказалось непростой задачей.