Еще никогда Гарри так не ждал почты. Утром Золотое Трио держало путь в Главный зал, чтобы начать с завтрака очередной учебный день. Зал постепенно заполнялся студентами, а вот преподаватели приходили самыми первыми, включая директора. Расторопные домовики уже накрыли на столы, и стекающиеся на вкусные запахи студенты спешили наполнить свои желудки перед долгими часами лекций.
Как раз во время завтрака в Главный Зал прилетали совы, разнося своим хозяевам газеты и передавая «привет» из дома в виде разных гостинцев. Услышав звуки рассекающих воздух крыльев, Поттер оторвался от яичницы с беконом и принялся озираться по сторонам. Вот несколько сов сбросили свои ноши на стол Слизерина и Когтервана. На Гриффиндоре тоже кто-то получил посылки, в том числе рядом с Гермионой упал свежий выпуск «Пророка». Девушка отставила в сторону бокал с соком, которым сейчас наслаждалась и, опустив в футляр совы пару монеток, оплатив прессу, развернула газету.
- Фто там? – как всегда с набитым ртом спросил Рон, наклоняясь к газете.
Гермиона только вздохнула. Ей уже надоело вечно одергивать рыжего товарища, пытаясь привить ему нормы элементарного этикета.
- Слава Мерлину, ничего, чтобы вызывало волнение, - ответила девушка, пробежавшись взглядом по строчкам и, прошуршав страницами, открыла новый разворот газеты. Гарри без особого энтузиазма покосился на газету. Он не верил, что Фадж неожиданно «прозреет», а остальное его не интересовало. – Наверно, Министерство пока успокоилось, – озвучила общие мысли Грейнджер.
Завтрак постепенно подходил к концу, и студенты с преподавателями стали покидать свои места, чтобы приступить к рутине учебного дня. Те совы, у кого были посылки к своим хозяевам, также давно улетели, а Гарри все продолжал озираться по сторонам, надеясь, что к нему уже спешит сова с посланием от крестного.
- Гарри, ты идешь? – спросила Гермиона.
Брюнет вздрогнул и перевел взгляд на лучших друзей, что уже поднялись со своих мест. Конечно, девушка понимала, что ждет ее друг, и ей было больно наблюдать, что в его зеленых глазах отразилась грусть, что его надежды не оправдались.
- Да, конечно, - криво улыбнулся Гарри и, встав со скамьи, последовал за друзьями к выходу из Главного Зала.
Все время до обеда юноша не мог сосредоточиться. Конечно, Сириус не сказал, когда именно в «ближайшее время» он сможет прислать порт-ключ, но завтра будет воскресенье, и назначен поход в Хогсмид. А это прекрасная возможность уйти из Хогвартса и, затерявшись на улочках деревни подальше от людских глаз, перенестись в место, где его будет ожидать Блэк. Гарри очень расстроился, а потому ни о каком учебном настрое не могло быть и речи.
От обеда брюнет отказался, сказав друзьям, что не голоден. Рон посмотрел на него, как на сумасшедшего, а Гермиона только вздохнула. Сказав, что захватят что-нибудь, чтобы друг совсем не оголодал, Грейнджер и Уизли отправились с остальными гриффиндорцами в Главный зал. Поттер воспользовался тем, что в спальне он сейчас один и нет смысла прятаться, и, забравшись с ногами на свою кровать, достал дневник матери. Пролистав страницы, он расправил плечи, готовясь к очередному переходу.
27 мая 1975
Гарри оказался на полянке близ Хогвартса. Рядом находилась хозяйка дневника в компании сокурсниц. Юноша даже не стал прислушиваться к девчачьим разговорам, заметив, что и его будущая родительница не очень-то и заинтересована в поддержании беседы. Оглянувшись по сторонам, брюнет с улыбкой заметил разомлевшую в тени какого-то высокого дерева четверку Мародеров. А неподалеку от них, облокотившись о ствол дерева поменьше, сидел Северус. В руках он держал какую-то книгу и, склонившись почти к самим страницам, читал ее. Именно на него и был направлен взгляд рыжеволосой волшебницы. Очень грустный взгляд. Там смотрят, сожалея о чем-то, но не знают, как исправить сложившуюся ситуацию. Гарри предположил, что попал в тот момент взаимоотношения между матерью и ненавистным мастером зелий, когда они поссорились. В ином случае, догадался юноша, мама бы сейчас сидела рядом с другом, а не предпочла компанию сокурсниц, что ее не очень радовало.
Вдруг со стороны, где расположились Мародеры, раздался противный писк. Это Петтигрю, выражая свое восхищение ловким движениям Джеймса, когда тот подбрасывал снитч в руке и снова его ловил. По самодовольному лицу Сохатого, ему очень импонировала такая реакция Хвоста. Гарри подошел немного ближе, насколько это было возможно. Брюнет знал, что находясь в чьем-то воспоминании, он не мог отойти далеко от этого человека. Но, на его удачу, полянка была не очень большая, и спокойно вмещала в себя всех желающих студентов, что решили понежиться под теплыми лучами солнца, отдыхая от уроков.
- Смотри не описайся от счастья, Хвост, - снисходительно усмехнулся Сириус, срывая какую-то травинку и зажимая ее кончик зубами. Питер только зло зыркнул в его сторону, а потом снова зааплодировал Джеймсу, когда тот, отпустив от себя юркий золотой шарик довольно далеко по сравнению с предыдущими разами, ловко поймал его. Ремус, периодически отрываясь от учебника по ЗОТИ, чтобы понаблюдать за манипуляциями очкастого друга, только вздыхал. – Скучно, друзья мои, – едва не простонал от безделья Блэк, забрасывая ногу на ногу. – Давно мы не придумывали что-то этакое, чтобы расшевелить Хогвартс.
- Тогда повеселимся, - воскликнул Джеймс и, убрав снитч в карман брюк, достал из кармана мантии свою волшебную палочку и направился в сторону Снейпа. Друзья двинулись за ним. Слизеринец, ни о чем не подозревая, спокойно читал. – Левиокорпус, – выкрикнул Сохатый и взмахнул палочкой.
Словно какая-то сила подняла Северуса с земли и перевернула вниз головой. Книга и его волшебная палочка, что находилась в кармане его мантии, упали на землю, а мантия черноволосого мага задралась, оголяя его худые голые ноги и старые серые подштанники.
К месту веселья уже стали стекаться остальные студенты и все, некрасиво тыкая в сторону подвешенного волшебника, заливались смехом. Покраснев от злости и стыда, будущий мастер зелий извивался в воздухе, пытаясь обернуться в мантию, чтобы скрыть позор.
- Ой, умора, - хохотал Джеймс, держа заклинанием волшебника.
Гарри в шоке смотрел на своего молодого отца. До этого момента все вокруг говорили ему, каким великим человеком был Джеймс Поттер. Как самоотверженно он сражался против тирании Волан-де-Морта. Что он пожертвовал своей жизнью, чтобы попытаться задержать темного волшебника, и его супруга попыталась спастись с маленьким сыном. Но сейчас, смотря, какое удовольствие Сохатый испытывал, унижая кого-то, юноша просто не мог поверить, что оба этих Поттера один и тот же человек. Гарри перевел взгляд на крестного и удивленно вскинул брови. Блэк с грустью смотрел на мучения Северуса, значит, ему было не безразлично, что испытывает слизеринец. Но вот Джеймс обернулся на него, видимо, ожидая, когда Бродяга присоединится к общему веселью, и тот показательно засмеялся.
- Отпусти его, Поттер, - раздался строгий голос Лили Эванс, которая вместе со своими подругами спешила к месту событий.
- Если ты очень настаиваешь, Эванс, - довольно оскалился Сохатый и отменил заклинание.
Северус, рухнув на землю, быстро вскочил на ноги и, схватив с земли свою волшебную палочку, направил ее на обидчика. Джеймс быстро сориентировался, а рядом с ним так же вытащили палочки Петтигрю и Люпин. Поняв, что силы не равны, Снейп зарычал со злобы и перевел гневный взгляд на подругу.
- Я не нуждаюсь в помощи, - процедил он слова сквозь сжатые зубы. – Особенно, когда она исходит от проклятых грязнокровок.
Лили распахнула в неверии глаза. Она не знала, обиды от чего именно она больше испытала. То ли от того, что это слово прозвучало, то ли от того, кто произнес это обидное слово. Гарри понимал ее состояние. Его подруга Гермиона тоже неоднократно слышала это ужасное оскорбление из уст чистокровного слизеринца Драко Малфоя.