Гарри с Гермионой переглянулись и улыбнулись. Они понимали, что каждая из реликвий Основателей считалась нечто священным для представителя того или иного факультета. Как для Гарри в свое время было трепетно и гордо сжимать в своей руке рукоять меча, принадлежавшего когда-то самому Годрику Гриффиндору, так для Элоизы чаша была исключительной и неприкосновенной. Потому для нее стало настоящим ударом то, как Том Реддл очернил эту святыню, прокляв ее посредством создания крестража.
Успокоившись через некоторое время, Фоули снова уселась вместе с Сириусом на диван, и Поттер-Блэк смог продолжить рассказ.
- И плохая часть этой новости то, что директор не знает, где чаша сейчас, - с грустью произнес он. – Он почему-то думает, что я могу знать.
- Откуда? – переспросил Лорд Блэк.
- Все дело в этом шраме, - ответил юноша и, подняв руку, коснулся кончиками пальцев своего знаменитого шрама на лбу. – Дамблдор думает, что это работает, как связь между мной и Волан-де-Мортом. На четвертом курсе мне постоянно снились реалистичные сны о Нем до того, как Хвост, проведя ритуал воскрешения, помог тому возродиться. И после Волан-де-Морт посылал видения мне. Одно из них было о похищении Гермионы, чтобы выманить меня в Министерство и заставить принести ему Пророчество о нас. Но у меня с тех пор не было видений. Мне кажется, что Волан-де-Морт закрыл свое сознание. Он боится, что и я смогу увидеть то, что мне не нужно увидеть. Возможно, это касается как раз крестражей.
- Мда, - задумчиво протянул Сириус. – Действительно, плохо, что мы не знаем, где эта чаша.
Остальные замолчали, и этим затишьем воспользовался Кричер, материализовавшись посреди гостиной.
- Простите, что Кричер вмешивается, Господин, - произнес он, низко поклонившись – но Кричер, кажется, знает, где может находиться то, о чем Господин, Хозяин и их гости говорят.
- Слушаем тебя внимательно, Кричер, - вскинув брови вверх, разрешил хозяин дома.
- Однажды Кричер стал невольным свидетелем разговора между хозяйкой Беллатрисой и молодым хозяином Регулусом, состоявшимся в Малфой-мэноре - еще раз поклонившись, принялся рассказывать дух. – Юный хозяин делился радостью, что Темный Повелитель оказал ему великую честь, доверив задание, которое Кричер показывал Господину. В ответ на это хозяйка Беллатриса заявила, что Темный Повелитель жалует ее больше прочих своих сторонников, ибо доверил хозяйке Беллатрисе очень ценную вещь. Некую исключительную реликвию, равной которой нет среди других артефактов. И хозяйка Беллатриса упоминала именно одну из Основательниц магической школы Хогвартс. Пенелопу Пуффендуй.
- Чаша у Беллатрисы Лестрейндж? – теперь уже выпалил Гарри, вскочив со своего места и во все глаза смотря на слугу.
- Кричер понял именно так, - подтвердил тот. – Увы, но Кричер не смог узнать, где чаша находится конкретно, Кричера позвала к себе хозяйка Нарцисса. После этого Кричер вместе с молодым хозяином Регулусом вернулся в имение Уважаемого и Благородного Рода Блэк.
- Вот ведь Мордред и Моргана, - выругался Сириус, с досады цокнув языком и хлопнув ладонью по своему колену. – Знал бы, что Белла еще пригодится, не спешил бы ее к предкам отправлять. Так, ладно, подумаем. Если Белла так гордилась оказанной честью, то вряд ли она хранила эту чашу дома и засыпала с ней в обнимку. Скорее всего, она хранила эту реликвию в очень надежном месте. Думаю, она и сейчас там хранится. Как и все волшебники, Белла считала, что места, надежнее банка Гринготтс, не существует. Там хранится все имущество и никто, кроме самого хозяина и доверенного лица, не может проникнуть в хранилище.
- И как туда проникнуть? – спросил юноша с азартом, словно собирался хоть сейчас отправиться в банк, чтобы добыть следующий крестраж.
- А вот тут уже не все так просто, - вздохнул мужчина и откинулся на спинку дивана. – Это проблема.
- А ты не можешь, пап? – подался вперед Гарри, облокотившись ладонями о поверхность чайного столика. - Она же была Блэк и, значит, членом семьи. Как это не прискорбно осознавать, - закончил он с нотками сожаления в голосе.
- Увы, проникнуть внутрь ячейки могут только те, кто указан в доверенности, - развел руками Лорд Блэк. – И у кого есть ключ. Вряд ли Белла указала в списке избранных меня. Придется проникать туда незаконно, - продолжил он и перевел взгляд хитрых глаз на Элоизу, ожидая, что та выступит с категорическим отказом.
Правда, это не остановило бы Мародера, в голове которого уже созревал план очередной шалости. Сириусу порядком надоело сидеть в четырех стенах своего имения и возможность размяться и устроить вылазку, особенно рискованную, будоражила его кровь.
- Я бы могла добыть законный способ, - проговорила Фоули. – Белла считается приговоренной Пожирательницей Смерти, и все ее имущество подлежит конфискации.
- Это если бы у нее не было законных наследников, - тут же отозвался мужчина, наклоняясь вперед и ставя локти на разведенные колени.
- Ага, - фыркнула служащая Министерства. – Рабастан и Родольфус Лестрейндж, которые также считаются приговоренными Пожирателями. Можно сказать, что ты, Сириус, избавил суд Визенгамота от лишней волокиты по делу Беллы, а потому он может пойти навстречу и по ходатайству главы Департамента выдать бумагу, разрешающую проникнуть в ячейку и извлечь оттуда все имущество на благо магического общества. С Пием я смогу договориться.
- Жаль тебя разочаровывать, Лиз, но это не сработает, - почему-то обрадовался Сириус, и в его глазах зажглись озорные огоньки.
- Почему?
- Да потому что гоблинам в банке все равно на наши законы. Они подчиняются только экономически-договорным отношениям со своими клиентами. И пусть хозяин ячейки хоть умер, хоть приговорен к поцелую дементора, гоблин откроет хранилище только перед тем, кого клиент указал в доверенности. В ином случае хранимое в ячейке имущество переходит во владение гоблинов банка. И, как понимаешь, гоблины никогда не расстанутся со своими сокровищами добровольно. Даже если ты им сотню таких бумаг принесешь.
- Я не знала, - расстроилась Фоули, опустив голову. – Я с подобным еще не сталкивалась. Что же тогда делать?
- Проникнуть в ячейку под видом того, кому Белла могла доверять, - ответил Лорд Блэк, растянув губы в счастливой улыбке.
- Оборотное зелье? – догадался Гарри, поняв, к чему клонит родитель. – Но как? Нужен же волос того человека.
- У нас есть шпион в стане врага, - игриво подмигнул сыну Сириус. – Как ты правильно заметила, Лиз, имущество приговоренных Пожирателей Смерти подлежит изъятию, а потому в имении Рода Лестрейндж Рабастана и Родольфуса авроры будут искать в первую очередь. Это если они уже не дежурят там денно и нощно с момента их побега из тюрьмы Азкабан. А потому братья Лестрейндж сейчас, скорее всего, находятся рядом со своим Повелителем в Малфой-мэноре, куда, увы, попасть могут только приспешники Волан-де-Морта. Северус имеет туда доступ, как обладатель Метки Смерти. Думаю, для него не возникнет проблем выдернуть волосок с головы вдовца или деверя моей дорогой почившей кузины. Он же сварит Оборотное зелье, а я под личиной Рабастана или Родольфуса отправлюсь в банк.
- Рискованно, - пробормотала Элоиза. – В банке есть охранники. И они обычные волшебники, которые прекрасно знают в лицо всех разыскиваемых преступников. Да, гоблины тебя встретят и даже проводят к ячейке, вот только выйдя оттуда, тебя встретят авроры, которые тут же тебя повяжут. И ты никак не докажешь им, что ты тут не при чем. В этот раз ты не сможешь убедить суд, что не причастен к Пожирателям, ибо как-то смог добыть волос одного из них.
- А кто сказал, что я оттуда выйду, - довольная улыбка Мародера стала еще шире. – Правда, Кричер?
Включая самого Сириуса, на духа выжидающе посмотрели все присутствующие волшебники. Тот сначала опешил от подобного внимания к своей скромной персоне, а потом неожиданно выпрямился, гордо выпятив грудь вперед.