Невилл ничего не ответил, но мысленно был солидарен с товарищем. А еще Лонгботтом был практически уверен, да и сам тон письма об этом говорил, что Министр выбрал жесткую политику, и будет вербовать Избранного в свои ряды, чтобы через него еще больше утвердиться на занимаемом посту. Гарри прав: как когда-то Фадж, Скримджер также захочет контролировать мессию. И если предыдущий Министр имел гибкую политику и некоторые называли его мягкотелым и своевольным, то нынешний Министр был бывшим мракоборцем, а, значит, и методы у него жестче. Невилл только надеялся, что Скримджер все же понимает, что Гарри ему нужен как союзник и сильно давить авторитетом не будет.
========== Рождество ==========
Комментарий к Рождество
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь - неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!
Северус не любил Рождество. Тобиас Снейп, отец будущего мастера зелий, считал этот праздник пустой тратой денег и не понимал, почему этому дню уделяют такое повышенное внимание. Эйлин, находясь под жестким прессингом мужа-тирана, боялась ему перечить. Но все равно, укладывая сына спать в эту особенную ночь, женщина целовала его в лоб и тихо шептала: «Счастливого Рождества». А утром мальчик находил под подушкой небольшой подарочный сверток, подвязанный праздничным бантом. Это была их маленькая тайна. Узнай Тобиас об этом своеволии, обоим не избежать его тяжелой руки.
Потом, когда маленький Северус пошел в школу, он оставался на Рождество в Хогвартсе. Об этом его просила сама миссис Снейп. Ей очень хотелось, чтобы сын все же насладился чудесным духом особенного волшебного праздника. Вот только этот запрет на праздник с малых лет наложил неприятный отпечаток на восприятие юного студента. Друзей, кроме Лили Эванс, у него не было, а девочка, хоть и проводила с ним время в стенах школы, все же на сочельник отправлялась домой. Так слизеринец, которого даже на своем факультете недолюбливали, проводил рождественские каникулы в одиночестве. И, конечно, радости ему это не доставляло. О чем он и рассказал матери, когда возвращался домой на летние каникулы. Эйлин тяжко вздыхала, конечно, переживая, что ее сын - изгой в школе.
Впрочем, и сам Северус не стремился обзаводиться друзьями, предпочитая проводить время в самосовершенствовании на поприще магических наук. Но все же он, хоть и в тайне, но держался до последнего за свою дружбу с Лили, а потом и с Сириусом. Затем, когда он заявил о себе на факультете, дав отпор своим обидчикам, на него посмотрели иначе, а сам Люциус Малфой, принц «змеек», подошел к нему и завел разговор, который превратился в дружбу, что не прекратилась даже после того, как молодые люди закончили Хогвартс. Именно он привел его в организацию Пожирателей Смерти, когда отношения Снейпа с Эванс и Блэком разладились. Но даже при этом Северус оставался один в праздник. Со временем юный слизеринец вообще возненавидел Рождество, разделив тем самым, и сам того не заметив, мнение своего отца-магла.
И вот его впервые пригласили на праздник. И не куда-то, а в семью Петтигрю. Направляясь к дому бывшего школьного недруга, а потом и товарища в стане Пожирателей, Снейп усмехнулся. Скажи ему, что его будут ждать в доме Питера, одного из Мародеров, он бы никогда не поверил. И он бы сейчас с удовольствием остался, как всегда, в замке Хогвартс, а лучше дома в одиночестве, но ему не хотелось отказывать Стефани, когда та попросила составить ей компанию, не желая тихо сидеть в сторонке, когда ее кузен воркует со своей будущей женой. Сейчас зельевар даже не мог объяснить свое решение. Словно что-то двигало им, повелевая сорваться с губ словам согласия. Почему-то ему стало не безразлично, что Стефани станет грустно в праздник, хотя раньше Снейп не сильно переживал, игнорируя чувства окружающих его людей.
Он даже приоделся по этому поводу. Нет, от своей излюбленной черной мантии он не отказался, но в этот раз одел мантию на меху, все же был разгар зимы, а под ней облачился в белоснежную рубашку, повязав воротник шейным черным платочком и строгие брюки со стрелками. Даже волосы, что раньше засаленными паклями свисали на его плечи, были тщательно вымыты и завязаны в хвост черной ленточкой, прямо как предпочитал убирать свои длинные волосы Люциус Малфой.
Снаружи дом Питера Петтигрю сверкал гирляндами, развешанными по крыше и вокруг окон. На двери висел большой рождественский венок с колокольчиками на ветках и изображением Санта Клауса посередине. Подойдя к двери, Северус переложил в другую руку перевязанные свертки в подарочных упаковках и нажал пальцем на дверной звонок. Дверь открыла Стефани, что прибыла к кузену раньше положенного времени, чтобы помочь тому подготовиться к празднованию.
- Привет, - растянула она губы в счастливой улыбке, увидев коллегу на пороге. – Рада, что ты все-таки пришел. Ты меня просто спас. Заходи скорее, - пригласила она, отходя в сторону.
Гость улыбнулся в ответ и, поздоровавшись, зашел в дом. Внутри тот изобиловал рождественскими украшениями. В гостиной возвышалась пышная елка, сверкающая разноцветными пластмассовыми свечами, заряженными маленькими электронными лампочками. Над камином были развешаны настоящие рождественские носки в количестве четырех штук, а на самом камине гордо стояла фигурка Санта Клауса, за его спиной свисал красный мешок для подарков, который он придерживал одной рукой, а во второй руке был зажат колокольчик.
- О, Северус, привет, - из недр смежной с гостиной кухни вышел Питер, облаченный в теплый красный рождественский свитер с изображением Санты на санях, запряженные оленьей связкой. Северус заметил, что и Стефани была так же в свитере рождественской тематики, надетый поверх ее розового платья. – Рад тебе, - добродушно улыбнулся хозяин дома и, подойдя к гостю, неожиданно заключил его в крепкие объятия. Северус, совсем не ожидая такого теплого приветствия, сначала опешил, а потом выдавил из себя улыбку и похлопал Петтигрю по плечу. – Так, что это на тебе? – отстранившись, спросил бывший Мародер, критически осмотрев облачение гостя. – Стеф, ты его не предупредила о дресс-коде? – шутливо отчитал он кузину, посмотрев на нее. – Так, снимай это, - практически приказал он Снейпу, а сам, подойдя к длинному дивану в гостиной, взял с него квадратный сверток, завернутый в шуршавшую бумажную упаковку и подвязанный красной праздничной лентой.
Зельевар недоуменно обернулся на Стефани, но та тихо хихикнула и развела руки в стороны, мол, дресс-код не подлежит обсуждению. Между тем Питер впихнул в руки брюнета сверток и в ожидании его открытия улыбнулся. Северус распаковал свой подарок и достал, как он и предполагал, свитер с рождественской тематикой. Под ободряющие голоса кузенов Петтигрю, Снейпу пришлось снять свою мантию и, поставив у ног сверток с подарками, чтобы не мешали переоблачаться, одеть на рубашку бордового цвета свитер с изображением…
- Олень? – выпалил Северус, породив громкий, как не пыталась его скрыть, смешок со стороны Стефани. – Еще и бордового цвета, - убитым голосом продолжил он, уже пожалев, что пошел на поводу у просящего взгляда молодой женщины и согласился прийти на праздник.
- А что не так? – удивленно переспросил бывший Мародер, не поняв такой реакции. – Это же Рудольф, - пояснил он, тыкнув пальцем в изображение мордочки оленя на свитере. – Самый главный олень из связки Санты. Прекрасно смотрится, - ободряюще подмигнул он гостю. – Стеф, устраивай гостя за столом, - добавил он, указывая на сервированный на четыре персоны небольшой обеденный стол в гостиной.