Оба некоторое время восстанавливали дыхание, не меняя позы, а потом, укрывшись простыней, слились в нежном поцелуе. Перевернувшись на спину, Гарри обнял Гермиону, укладывая ее голову на свое плечо и, прижавшись друг к другу, влюбленные со счастливыми улыбками на губах провалились в блаженную негу сна.
========== Ложное воспоминание ==========
Комментарий к Ложное воспоминание
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь - неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!
Рождественские каникулы закончились, и Хогвартс вновь наполнился студентами, распахнув для них свои двери. Встречаясь, юные волшебники делились друг с другом своими впечатлениями о прошедшем праздновании.
Но был и тот, кто с крайней неохотой возвращался в школу. В жизни Рональда Уизли прошедшие дни были самыми ужасными. Наслав проклятье Отчуждения и ощутив его свойства на своей шкуре, юноша и представить себе не мог, что проклятье распространяется на всех людей, что контактируют с ним. В том числе и на членов семьи, и даже его собственных родителей, которые обязаны любить свое чадо, несмотря ни на что. Но, к сожалению, проклятье не действует избирательно, оказывая влияние на каждого человека. И, вернувшись в Нору в надежде, что хоть здесь к нему будут относиться хорошо, Рон ощутил в полной мере ненависть и презрение от домочадцев. Даже домовики, угнетенные своими хозяевами-волшебниками, узнай они об отношении членов семьи Уизли к Рону, решили бы, что с ними очень даже неплохо обращаются. Бедный рыжий боялся даже покинуть пределы чердака, куда его заселили, решив, что выделить ему целую комнату слишком шикарно, а делить спальню с ним никто из детей Молли и Артура не захотел, чтобы не стать жертвой издевательства со стороны своих братьев и презрительного взгляда сестры и родителей. Конечно, подарков он лишился, как и возможности праздновать Рождество вместе со всеми. Впрочем, Молли выделила ему скупой ужин с условием, что шестой сын не будет портить всем праздник и не покажется вплоть до следующего дня. Юноше пришлось согласиться, чтобы не голодать. В результате он провел в отшельничестве все дни до возвращения в Хогвартс.
И все эти дни Рон продолжал вынашивать план мести Гарри Поттеру, которого считал виновным в том, что с ним произошло. Он все еще не понимал, как проклятье отрикошетило по своему хозяину, но все больше он склонялся к тому, что просто его эмоции были недостаточно сильными.
- Наверно, это как с Непростительными, - размышлял он, лежа на развалюхе-кровати и смотря в потолок. – Нужно очень сильно возненавидеть человека, чтобы желать ему мучения и смерти. Тогда я недостаточно сильно ненавидел Поттера, но сейчас должно получиться. И проклятье будет сильнее.
Как зная, что ему может пригодиться довести свою жажду мести до конца, Рон выписал из книг, находящихся в Запретной секции библиотеки Хогвартса, несколько проклятий. И, вернувшись в школу, юноша намеревался довести начатую задумку до конца. В замке он снова столкнулся с презрением бывших товарищей, а первой же ночью ему был устроен бойкот парнями в совместной спальне. Едва он вошел внутрь, чтобы лечь спать, как его тут же грубо выгнали. Пришлось Рону коротать ночь, свернувшись калачиком на диване в гостиной. Понятное дело, что здоровому сну это неудобство не способствовало. За завтраком, да и прочими приемами пищи, от рыжего отсаживались, а его еду и питье старательно пытались испортить, подбрасывая какую-то гадость. И, естественно, у профессоров справедливости шестой Уизли найти не смог. Его же собственные братья-близнецы провернули неплохой маркетинговый ход по сбыту своей продукции. С условием, что их изобретения будут использоваться в ущерб Рону, Фред с Джорджем предоставляли всем студентам, а особенно гриффиндорцам, скидки, чтобы каждый студент с первого до последнего курса смог выразить Рону свое отношение. Отверженному всеми Рону пришлось искать приют в одном заброшенном помещении Хогвартса, оборудовав его под комнатку и наложив все возможные заклинания уединения на свое пристанище, чтобы иметь возможность хоть где-то отдохнуть от всеобщей ненависти окружающих, обрушившейся на волшебника, что по не знанию и собственной глупости связался с такой ужасной вещью, как Темная магия. Увы, первый опыт не убедил юного мага, что игры с Темной магией плохо заканчиваются именно для того, кто ею пользуется.
Подкараулив Гарри и Гермиону, когда те возвращались после очередной тренировки сборной команды по квиддичу, Уизли, сжимая в кулаке свою волшебную палочку, двинулся за ними. Членства запасного игрока в команде его лишили, как и значка старосты, из-за действия проклятья, а потому, не имея возможности даже иногда играть в свою любимую игру, Рональдом окончательно овладело отчаяние. А чувство ненависти, которое, как ему казалось, до этого было недостаточно сильное, теперь выплескивалось из него, как жидкость из переполненной чаши.
- Будь ты проклят, Гарри Поттер, - выкрикнул Рон, поднимая свою палочку и направляя ее кончик на бывшего лучшего друга.
Гарри с Гермионой успели повернуться на крик, но Уизли уже быстро проговорил новое двустрочие еще более ужасного проклятья. Даже если бы Избранный попытался защититься, он бы не смог. Но этого не потребовалось. Принадлежность к Роду Блэк, что знают толк в проклятьях и способах от них защититься, будучи одним из Темных Родов, надежно оградила юного члена семьи от мести сокурсника. Никто из троих гриффиндорцев не успел ничего понять, как Рон отлетел назад, словно по нему ударили отбрасывающим заклинанием. Это проклятье, как и до него первое, ударило по своему же создателю. Но пока об этом никто не знал. Гарри с Гермионой непонимающе смотрели на сокурсника, а тот медленно встал на четвереньки и снова направил палочку на бывшего товарища.
- Тогда по-старинке, - мстительно процедил он сквозь зубы, подумав, что Темная магия ему не подчиняется и нужно возвращаться к обычным заклинаниям. – Круцио.
В этот момент он не думал, что использовать Непростительное, как учил лже-Грюм, все равно что выдать себе билет в Азкабан. Ему хотелось мести, остальное неважно. Вот только пыточное заклятье не сработало. Рон удивленно смотрел на противника, который и не думал содрогаться в мучительных конвульсиях, как нужно.
- Экспульсо. Экспеллиармус. Орбис.
Уизли выкрикивал заклинания, но никакого эффекта не следовало. Гарри даже не пытался защититься, его губы скривились в снисходительной и мстительной усмешке. Взгляд Гермионы, направленный на рыжего, выражал крайнюю степень недоумения даже немного грусти.
- Что происходит? – выкрикнул Рон, поднимаясь на ноги.
Он смотрел на свою палочку, вот только дело уже было не в ее работоспособности. С ней как раз все было в порядке, а вот с самим юным магом…
- Происходит то, что ты болван, Уизли, - выпалил Поттер-Блэк, складывая руки на груди и продолжая усмехаться. – Шутки с Темной магией плохо заканчиваются. Думаешь, будешь разбрасываться направо и налево проклятьями и счастливо жить? Спешу тебя разочаровать: это не так.