- Я должна поговорить с Сириусом, - решительно заявила она. – Я буду просить его, как Главу своего Рода по крови. Если он смог запечатать Метку Северуса, то сможет и твою. И даже Люциуса. И мы будем спасены. Ты можешь с ним встретиться? Нет, мы с ним встретимся. Немедленно.
Она вскочила со своего места и остервенело вытерла дорожки слез со своего лица. Документы и мешочек с деньгами она положила в ящик стола, запечатав его на всякий случай с помощью заклинания, вооружившись палочкой, что лежала на полочке трюмо. После, пригладив волосы и упрямо вскинув подбородок, она повернулась к сыну, выражая свою готовность к встрече с кузеном.
- Нет, первый иду я, - возразил Драко. – У меня есть порт-ключ и допуск, а тебе дядя Сириус должен разрешить перенестись на Гриммо.
- Да, Белла что-то такое как-то говорила, - припомнила Леди Малфой. – Про то, что ее даже дух дома не мог перенести, потому что нет допуска. Хорошо, тогда ты сначала, а я подожду твоего возвращения.
Блондин кивнул и достал из кармана брюк всегда держащий наготове, если потребуется срочно спасаться от карающей длани Повелителя, как сейчас, порт-ключ. Сжав в кулаке обычный сикль, он еще раз глянул на мать, что ободряюще улыбнулась ему. Драко понимал, что сейчас именно от него зависит судьба всей его семьи.
Гостиная Родового имения Блэк встретила его тишиной. Юноша впервые находился здесь, но сейчас не время было оглядываться и просить хозяев дома провести ему экскурсию. Долго в одиночестве ему не пришлось скучать. Приветствовать гостя явился дух дома Кричер.
- Кричер рад приветствовать юного хозяина Драко, - учтиво поклонился он, и юный маг ответил на приветствие, стараясь быть максимально вежливым даже с домовым, к которым до этого особого расположения не испытывал. – Господин скоро будет, а пока может Кричер что-то предложить юному хозяину Драко?
- Нет, благодарю тебя, Кричер. Я подожду дядю, не волнуйся.
Дух поклонился и повернулся к проему комнаты, откуда как раз показался хозяин дома. Домовик, давая волшебникам возможность пообщаться, исчез.
- Дядя, здравствуй, я пришел умолять тебя о помощи, - просительно посмотрел на родственника блондин. – Мне и матери грозит смертельная опасность.
- Да, я так и понял, - ответил мужчина и, пройдя вглубь комнаты, опустился на диван. Именно для такого случая он и сделал для двоюродного племянника порт-ключ и дал допуск в родовое имение. Об этом его особенно просил Северус и, что странно, Гарри. Но и без того Сириус не мог бросить на растерзание Волан-де-Морту свою кузину и племянника. Все же семья для него значила очень многое. – Расскажи подробнее.
- Темный Лорд дал…
- Я не потерплю раболепства перед этим ничтожеством в моем доме, - грубо одернул юношу Лорд Блэк.
- Прости, дядя, - повинился Драко и шумно выдохнул, перед тем как продолжить, словно собирался с силами. – Он дал отцу задание, выполнить которое отец не может. Он приказал нам с матерью бежать в наше имение в Париже, а сам останется тянуть время и делать вид, что занят выполнением приказа, пока мы не обоснуемся на новом месте. Он дал нам все необходимые разъяснения. Даже свое завещание вручил.
- Завещание это серьезно, - согласился Сириус, понимая, что семья кузины действительно в настоящей опасности.
- Я пришел, чтобы просить тебя дать разрешение маме на посещение имения. И чтобы ты так же запечатал мою и метку отца, чтобы он с матерью мог уехать.
- А ты? Ты не поедешь с родителями?
- Я хочу остаться и помочь победить его, - ответил Драко спустя пару мгновений.
В этот момент в гостиную вошел Гарри, и последние слова блондин произнес, смотря в глаза кузена по крови. Сириус так же мельком глянул на сына, а потом снова перевел взгляд на Малфоя. Ничего не говоря, Избранный приветливо кивнул товарищу и, подойдя к дивану, опустился рядом с крестным. Драко терпеливо ожидал ответа.
- Хорошо, - наконец произнес Сириус. – Я дам допуск Нарциссе к имению, но не твоему отцу, Драко. Уж прости, но ноги Люциуса в Родовом имении Блэк не будет. Однако Метку я его запечатаю. Как и твою. Место, где я проведу ритуал, мне не важно. Твоей Меткой могу заняться хоть сейчас, а к твоему отцу перенесусь, куда скажете.
- Спасибо, дядя, - облегченно выдохнул Драко и расслабленно улыбнулся. – Я тогда за мамой и вернусь вместе с ней.
Лорд Блэк кивнул, и юноша исчез, снова активировав порт-ключ, что продолжал сжимать в кулаке. Мужчина прикрыл глаза и замер, исполняя просьбу племянника. Гарри, понимая, что отвлекать отца нельзя, молча сидел рядом. Намерение Драко его обрадовало. Он был счастлив, наконец, подружиться и пересмотреть свое отношение к сокурснику, и был доволен тем, что они в конечном итоге оказались по одну сторону баррикад.
Его мысли прервал двойной хлопок аппарации, и посреди комнаты появились мать и сын Малфои. У Нарциссы были заплаканные глаза, что еще больше убедило Блэков, что ситуация, в которой оказалось семейство блондинов, очень удручающее.
- Кузен, - сложила женщина в молитвенном жесте руки – я обращаюсь к тебе, как к Главе моего Рода по рождению. Защити моего сына. Я готова сделать все, что ты попросишь.
- Мне ничего не нужно, дорогая кузина, - улыбнулся Сириус, поднимаясь с дивана. – Когда член семьи в опасности, никакой платы за помощь не требуется. Как я уже сказал Драко, я запечатаю его Метку. И, чтобы вы спрятались в своем имении от расправы Волан-де-Морта, я запечатаю и Метку Люциуса. Когда переговоришь с мужем, передадите мне, где я проведу ритуал над Меткой Люциуса.
Казалось, Нарцисса окаменела. Она в неверии смотрела на кузена, не понимая, почему тот так просто согласился помочь, даже ничего не запросив взамен. Да, они были одной семьей, все же их отцы были родными братьями, однако семьей в истинном ее понятии никогда не были. В детстве они особенно не общались, а уж в юности и того меньше. В школе они чуть ли не враждовали, а потом стали врагами по-настоящему, когда Белла, а потом и сама Нарцисса оказались на стороне Волан-де-Морта, в то время как сам Сириус вместе со своими лучшими друзьями-Мародерами предпочел бороться с этим монстром. Сама Нарцисса и представить себе не могла, что когда-то окажется в ситуации, когда единственным спасением для нее и ее семьи станет Сириус. Но, находясь в отчаянном состоянии, женщина была готова на что угодно. Однако бескорыстность мужчины ее очень озадачила.
Отмерев, она взяла кузена за руку и крепко сжала. Ее серые, почти прозрачные, как у сына глаза, сейчас выражали всю гамму чувств от мольбы о прощении за все прошлые распри до истинной благодарности за помощь. Сириус ласково улыбнулся, отвечая на рукопожатие сестры. Саму Нарциссу он никогда не винил. По сути, у нее не было выбора, к какой стороне примкнуть. Как примерная жена, она встала на сторону мужа. А сейчас обвинять ее в прошлых грехах было бы совсем бессердечно. Женщина спасала своего сына и мужа, как поступила бы любая любящая мать и жена на ее месте. И как бы Сириус ни ненавидел Люциуса за то, что он обрек свою семью на подобное жалкое существование при диктатуре Волан-де-Морта, он не мог отвернуться от кузины и ее сына.
Когда Нарцисса смогла взять себя в руки, Лорд Блэк попросил Драко занять одно из кресел, а сам мысленно обратился к дому, прося нужную ему книгу. Леди Блэк отошла в сторону и смущенно посмотрела на Избранного. И в тот же момент ее накрыла еще большая волна вины. Именно перед этим юношей, что все это время она поддерживала противоборствующую сторону. Однако и во взгляде брюнета не было упрека, что снова заставило женщину недоумевать. Такого понимания и дружелюбия она не ожидала встретить, готовясь к встрече с кровными родственниками.
Драко закатал рукав, демонстрируя присутствующим уродливую Метку Смерти. Сириус положил на журнальный столик прилетевшую к нему на зов книгу и, обхватив предплечье юноши, принялся еле слышно зачитывать текст ритуала, как проделал это однажды со своим лучшим другом. Малфои с радостью и облегчением наблюдали, как Метка постепенно бледнела, теряя связь между Волан-де-Мортом и своим носителем. Теперь можно было забыть о болезненном призыве Повелителя. И, когда матери не будет ничего угрожать, и они с отцом будут выведены из этой войны, Драко решил бросить все силы на противостояние, потому что за прошлые годы унижения, когда он был вынужден преклоняться перед змееподобным монстром, у него накопилось достаточно ненависти. И, считая себя обязанным за то, что его приняли на светлой стороне, поверив в его раскаяние, он хотел всеми силами помочь им в этой войне.