- Гарри, – выдохнула Гермиона, смотря на юношу с выражением безграничной скорби на лице. Она, как и все, считала Дамблдора великим светлым магов, а потому и не представляла, что он может быть настолько жесток к людям.
- Сириус многое мне рассказал, – шумно выдохнув, чтобы успокоить гнев, продолжил юноша. – У меня на многое открылись глаза.
- Расскажи мне все, – попросила Грейнджер. – Умоляю, я хочу разделить это с тобой.
- Герми, – ласково произнес Гарри, и девушка почувствовала, как приятный табун мурашек прошелся по ее спине, настолько нежно и интимно прозвучало ее имя из уст теперь уже ее возлюбленного. Отпустив одну ее руку из своей ладони, он поднял свою руку и нежно заправил прядь волос за ее ушко. Шатенка залилась смущенным румянцем, ластясь о его пальцы. – Я тоже хочу все разделить с тобой. Свою жизнь с тобой. В моей жизни есть только два человека, которым я доверяю, как себе. Ты и Сириус. Я точно знаю, что чтобы не случилось, пока у меня есть вы, мне есть ради чего жить.
- Гарри, не говори так… - попыталась возразить Гермиона, но брюнет положил кончик указательного пальца на ее губы, призывая к молчанию.
- Это так, – произнес он. – Поэтому к черту всех. Больше я не буду делать, что говорят и ждут от меня другие. Я не буду фигурой на шахматной доске. Мы не будем, Герми.
- Не будем, – загипнотизированная его чарующими зелеными глазами, проговорила девушка.
Благодарно улыбнувшись, Гарри запустил пальцы одной руки в ее волосы и потянул ее голову к себе, другой рукой крепко обнимая ее за талию. Девушка подалась навстречу, позволяя их губам соединиться в новом, на этот раз страстном и жадном поцелуе. Она тесно прижалась грудью к его телу, обнимая за плечи и ласково перебирая кончиками пальцев его волосы. Терзая губы друг друга, они сплетались языками в бешенном танце любви, обещая друг другу, что никогда не расстанутся и больше не помыслят ни о ком другом. А омела, осыпая влюбленных волшебной пыльцой, принимала их безмолвную клятву любви и верности.
Потом, когда губы влюбленных уже нещадно болели от непрекращающихся поцелуев – молодые люди никак не могли насытиться друг другом, словно желая компенсировать все предыдущее время, когда они не понимали, что любят друг друга – Гарри с Гермионой расположились на диване, чтобы юноша, наконец, пересказал подробности своей встречи с крестным. Точнее на диване сидел только Поттер, а девушку он устроил на своих коленях, обнимая ее одной рукой за талию, а второй нежно поглаживая ладонью ее коленку. Грейнджер внимательно выслушала любимого, обняв его одной рукой за плечи, а пальцами другой руки рассеянно перебирая пряди его отросшей челки.
- Невероятно, – резюмировала она, когда Поттер закончил рассказ и ожидал ее комментарий. – В голове не укладывается, что они втроем были друзьями. Интересно, что же случилось, что профессор Снейп так обозлился на Сириуса и во всем обвинил его?
- Не удивлюсь, если и это произошло не без участия Дамблдора, – усмехнулся Гарри.
- Во-первых, профессора Дамблдора, – напустив на себя строгий вид, нахмурилась Гермиона. – А во-вторых, не стоит во всем винить директора. В любом случае, не стоит торопиться с выводами.
- Да, я хочу продолжить изучать дневник матери. И не терпится так же посмотреть, что же может показать мне Сириус. Герм… - произнес брюнет и замялся, будто не зная, как попросить девушку о важном одолжении.
- Да, Гарри? – переспросила девушка.
- Я бы хотел, чтобы ты была в эти моменты со мной.
- В смысле… с тобой изучать дневник и…
- Да, со мной просматривать воспоминания, – уверенно закивал головой Поттер, с надеждой смотря на девушку. – У меня нет от тебя секретов. И я бы все равно потом тебе все пересказал. Так можно ускорить процесс и ты все сама увидишь.
- Я бы тоже этого хотела, но… - замялась Грейнджер. – Я не уверена, что имею на это право. Это воспоминания твоей мамы, и она хотела показать их именно тебе. Да и Сириус, возможно, будет против моего участия. Ведь это очень личное, а я…
- А ты моя девушка, – улыбнулся Гарри. – Уверен, что мама бы не возражала. Она бы поняла, что у меня от тебя нет тайн. А Сириус вообще говорит, что ты ему мою маму напоминаешь. Точнее, мы с тобой напоминаем ему моих родителей. В общем, не будет он против, – поняв, что он начинает нести бред, а щеки снова горят от смущения и стыда, он под звонкий смех девушки быстро закончил речь.
- Ну, если ты думаешь, что твоя мама не была бы против, а Сириус сам об этом скажет, когда мы его спросим в следующий раз, то я буду рада разделить это с тобой.
- В следующий раз? – переспросил Поттер.
- Да, я тоже хочу увидеть дом Рода Блэк.
- Я буду только рад, но надо спросить Сириуса. Только он может дать допуск в свой дом.
- Вот и спросим, когда в следующий раз проведем ритуал. Он же сказал, чтобы мы связались с ним, когда закончим с изучением дневника твоей мамы. Вот и спросим.
- Договорились, – с радостью согласился Гарри, и пара уже излюбленным способом скрепила договоренность.
Выручай-комнату влюбленные покинули только когда их желудки единогласно напомнили, что одной любовью сыт не будешь. Весело смеясь и сцепив пальцы рук в замочек, молодые люди отправились на ужин в Главный зал. Спустившись на нужный этаж, Гермиона хотела мягко высвободить свою руку из ладони юноши, чтобы не шокировать студентов и учителей изменением статуса между лучшими друзьями, но Гарри не позволил, сжав ее руку еще сильнее. Уже приготовившись к выпученным глазам и отвисшим челюстям, девушка вместе со своим возлюбленным перешагнула через проем Главного зала. Все преподаватели уже были на месте, а студенты заполнили зал чуть больше половины. Едва Великий Избранный с лучшей студенткой Хогвартса двинулись по проходу, направляясь к столу своего факультета, как к ним стали оборачиваться волшебники. Разговоры постепенно стихали, пока в зале не образовалась звенящая тишина. И в этой тишине раздался звук падающего столового прибора, соприкоснувшегося с посудой. Это Рон, обернувшись к новоявленным влюбленным, увидел их сцепленные руки и счастливые улыбки. Он сразу все понял, и его глаза в гневе прищурились.
- Ах ты, гад, – выкрикнул Уизли и, вскочив со своего места, понесся на бывшего друга.
Гермиона не успела и вскрикнуть, когда рыжий юноша размахнулся и направил кулак в сторону лица бывшего друга. Но Гарри не зря был ловцом в своей команде. Ловким маневром он прогнулся, и кулак Рона не нашел своей цели. Воспользовавшись тем, что Уизли немного занесло в амплитуде, брюнет сделал подсечку, и рыжий грохнулся на пол, больно отбив коленную чашечку и содрав кожу на ладони, когда выставил руки перед собой, чтобы не разбить о каменный пол лицо.
- Поттер, Уизли, – вскочила со своего места МакГонагалл, гневно нахмурив брови. – По пятьдесят очков с каждого за драку.
- И отработка, – слащаво добавила Амбридж. – Завтра после уроков оба поступают в распоряжение мистера Филча.
- Отнятия очков достаточно, – возразила профессор Трансфигурации.
- Это давно устаревший и потому не действенный способ воспитания, – стояла на своем замминистра. – Так что, Поттер и Уизли, мистер Филч ждет вас завтра после уроков. А сейчас оба покиньте Главный зал. Вы лишены ужина.
- Что? – одновременно воскликнули Минерва и бывшее Золотое Трио, превратившееся в Золотой Дуэт и одного отверженного влюбленного. – Это переходит всякие границы, Долорес, – возмущению МакГоногалл не было предела. – Дети останутся и поужинают. А Вы, Долорес, слишком многое на себя берете. Вы здесь такой же преподаватель и не имеете право на вольности, которые имеет только действующее руководство школы.
Гарри при этих словах недвусмысленно фыркнул и мельком – помня предупреждения крестного о способностях легилемента – посмотрел на директора. Тот никак не участвовал в перебранке между своими преподавателями, чему-то улыбаясь в бороду. Неожиданно Гарри почувствовал легкую атаку на свой разум и мгновенно сориентировался, вспоминая о том, как писал кровью в кабинете в кабинете профессора ЗОТИ фразу: «Я не должен лгать». Поняв, что не прокатило узнать, где же был Великий Избранный, пока все ученики наслаждались прогулкой по Хогсмиду, Дамблдор прекратил атаку. Поттер довольно улыбнулся.