- Постарайся думать о другом, – посоветовала Гермиона. В отличие от возлюбленного, она любила читать дополнительную литературу и познавать новые разделы магии. И пусть легилименции и окклюменции учат на шестом курсе обучения, девушка как-то наткнулась на эту тему, и желание познать то, что другие сверстники еще не знают, победило в ней. Поэтому Грейнджер знала, хотя бы в теории, как сопротивляться ментальным атакам. – Когда профессор Снейп вторгнется в твою голову, думай о чем угодно, но не о воспоминаниях матери. Представь, что они спрятаны за огромной прочной стеной. Возможно, не сразу, но у тебя может получиться. Если ты хочешь, мы могли бы тренироваться друг с другом.
- Это было бы прекрасно, Герм, – благодарно улыбнулся Гарри. Теперь он примерно представлял, как сможет хотя бы попытаться сопротивляться атакам преподавателя. Хотя и понимал, что для Снейпа вряд ли станет преградой его стена. Дамблдор говорил о нем, как о профессионале, а, значит, Поттеру, действительно, необходимо больше практики. И лучше пусть это будет его девушка, от которой у него нет секретов. – Правда, сегодня уже не успеем, но завтра непременно. Надеюсь, я смогу оказать ему сопротивление, и он не доберется до того, что ему знать нельзя.
Гермиона нежно улыбнулась юноше и, наклонившись, поцеловала его, давая ему уверенность, что он достаточно сильный, чтобы справится с нападками ненавистного профессора. Гарри с удовольствием ответил на ласку, сжимая ее пальчики двумя руками.
И, тем не менее, юноша отправлялся в кабинет мастера зелий с большой неохотой. Помня наставления любимой, он мысленно готовился к атакам, старательно практикуясь в возведении стены внутри головы. Подойдя к кабинету, Поттер постучался и, получив разрешение, воспользовался им. Мужчина сидел за своим столом и строчил пером в пергаменте. Подняв взгляд и увидев студента, он скривился, словно наружу неожиданно стал рваться потребленный ужин. После того, как Гарри ответил ему на «приветствие», Снейп поднялся из-за стола и, приказав следовать за собой, направился в смежную комнату. С видом приговоренного на казнь, брюнет поплелся следом.
- Присаживайтесь, мистер Поттер.
Юноша даже застыл посреди комнатки. Ему показалось, что он ослышался. Зельевар, стоя у стола с котлом и заваленный ингредиентами, ожидал, когда студент займет единственный стул и можно приступить к занятию.
«Надо же». Усмехнулся мысленно Поттер. «Видать, Дамблдор выполнил свое обещание и поговорил с ним. Что ж, и я не буду нарываться».
Сев на стул, он вопросительно посмотрел на преподавателя, мысленно пряча за своей стеной воспоминания, что он не хотел показывать профессору. Тот встал напротив и сложил руки на груди.
- Итак, легилименция, - начав с теории, принялся говорить Северус – вы правильно дали ей определение. Есть еще окклюменция. Прошу не путать эти два определения. Если первое – это способность одного волшебника проникать в разум другого, то второе – это способность волшебника умело сопротивляться этому проникновению. И, конечно, одно без другого невозможно. Это понятно?
- Да, сэр, – как примерный ученик, Гарри кивнул головой, хотя мысленно едва сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Вежливый Снейп. Кому расскажи, подумают, что он сбежал из клиники Святого Мунго.
- Чтобы освоить эти науки на достойном уровне, нужно обладать несколькими развитыми качествами. Самое главное – это усидчивость и постоянная практика оттачивания мастерства. Второе – это умение абстрагироваться от внешних факторов. И, наконец, третье: вы должны быть полностью сосредоточены. Если вы пытаетесь проникнуть в разум другого человека, то лучше использовать зрительный контакт. Продвинутому легилименту это не обязательно. Если человек, в разум которого вы пытаетесь проникнуть, находится на повышенном эмоциональном уровне, например, зол или напуган, то ваши шансы на успех увеличиваются. То же самое, если человек находится в сонном состоянии. Легилименция чем-то похожа на накладывание одного из Запрещенных заклятий – Империо. Опытный легилимент может добиться таких высот, что научится изменять воспоминания того человека, в разум которого он вторгается. Для того чтобы заклинание прошло успешно, нужно захотеть проникнуть в разум другого человека. Представить, что ваше сознание отделяется от тела и переселяется в чужое сознание, контролируя его. Чтобы успешно сопротивляться этому проникновению, то есть закрыть своё сознание, нужно сосредоточиться и очистить разум. Нельзя поддаваться эмоциям. Чем лучше вы контролируете свое сознание, тем сложнее кому-то на него воздействовать. Если вы способны успешно сопротивляться действию Империо и зелью Веритасерума, то способностями окклюмента овладеть проще. Если вы достаточно хорошо владеете окклюменцией, но не хотите, чтобы легилимент об этом узнал, вы можете не закрывать от него свое сознание, а просто подсунуть ему подложное воспоминание. Но если легилимент поймет, что вы его обманываете, то он может усилить напор и тогда, как говорится, у кого уровень выше. Вам все понятно, мистер Поттер?
- Да, сэр, – снова кивнул Гарри и поймал себя на мысли, что внимательно слушает Снейпа. Когда тот не язвил и не пытался вспомнить Джеймса Поттера оскорбительными эпитетами, то он умел интересно и понятно объяснять материал.
- Итак, теории достаточно, – подвел итог зельевар и одним взмахом руки вытащил свою волшебную палочку из рукава. Поттер тут же подобрался и, как было велено, сосредоточился. Конечно, было мало надежды, что юноша сможет оказать достойное сопротивление, но все же сейчас он уже знал, что ожидать и знал, как этого не допустить. – Отриньте эмоции, - давал наказы Снейп, направив кончик палочки на студента – я буду проникать в ваш разум, а вы должны мне сопротивляться. Соберитесь, мистер Поттер. Итак, Легилименс.
В этот раз атака была слабее, чем вчера, но все же юноша не расслаблялся. Стиснув зубы, он сосредоточился и попытался очистить разум. Но долго давлению он не смог сопротивляться и, как вчера, у него перед глазами пронесся недавний разговор с Гермионой. Поняв, что его ложь вскрылась, Поттер с опаской посмотрел на преподавателя, ожидая очередных высказываний, типа, «Поттер, вы как всегда не умеете держать язык за зубами». Заметив, что мужчина скривился и уже открыл рот, как Гарри выпалил:
- У меня нет секретов от Гермионы. Но больше никто не знает. К тому же вы сами говорили, что мне нужно больше практиковаться. Вот с ней и буду.
- Что ж, – поиграв желваками, процедил сквозь зубы мужчина – продолжим.
В этот раз атака была чуть сильнее. Снейп мстил, что его приказа ослушались. Гарри сопротивлялся всего несколько мгновений, но вот видит момент воссоединения Золотого Трио. С каждой неудачной попыткой зельевар все больше кривился, но прилагал все старания, чтобы не съязвить. Гарри же боролся с гневом и думал, что если так пойдет дальше, то он будет готов выхватить свою волшебную палочку, наплевав на то, что против преподавателя студенту ее запрещается использовать. Наконец, после еще одной неудачной попытки, когда Гарри тяжело дышал, как после пробежки, а лоб покрылся испариной, зельевар объявил об окончании занятия.
- Потренируйтесь с мисс Грейнджер пару раз, и в понедельник после ужина я жду вас здесь, – сказал Северус и кивнул на дверь.
- Хорошо, сэр, – с трудом поднявшись со стула, Гарри на подгибающихся ногах поплелся к двери. – До свидания.
Снейп не стал утруждать себя ответной вежливостью, со злостью буравя затылок студента. Поттер был рад, что прихватил с собой мантию отца. По одному из нелепых правил Амбридж, ученикам запрещалось покидать гостиные после ужина. Естественно, это не относилось к тем, кто отбывал наказания и отработки. И хоть сейчас юноша находился именно в такой ситуации, ему все равно не хотелось лишний раз выслушивать от Амбридж о «негодном мальчишке, для которого законы не писаны». К тому же сейчас брюнет находился на «вражеской» территории, в подземелье. Поэтому, достав из кармана артефакт, он расправил его и спрятался от посторонних глаз.
Было еще не достаточно поздно, чтобы гостиная «львов» опустела. Например, близнецы Уизли испытывали свое новое изобретение на каком-то второкурснике. Тот, испробовав какой-то леденец, принялся с поразительной скоростью менять цвет кожи и издавать звуки отрыжки. С видом знатоков Фред и Джордж отмечали все изменения, а так же выявляли побочные эффекты. Вокруг них столпились еще пара первокурсников и даже четверокурсники. Гермиона, первое время строго требуя близнецов не издеваться над маленькими, махнула со временем рукой, радуясь, что ничего опасного деятельные шутники на своих не проверяют. Когда проход открылся, впуская усталого Гарри, девушка подскочила на ноги, быстро отложив в сторону книгу. Юноша вымученно ей улыбнулся, но брови Грейнджер только гневно нахмурились, и брюнет был очень рад, что сейчас гнев подруги направлен не на него.