- Гарри, дружище, привет, – тут же, как смерч, накинулся на него Рон, сияя широкой улыбкой. Рядом стоял мистер Уизли, который также крепко пожал руку мальчику, и какой-то пока незнакомый человек. – Твои маглы совсем озверели, – пожаловался лучший друг. – Сказал, что не пустит в дом, а если мы попытаемся войти, то он позовет каких-то полицаев.
- Полицейских, – поправил его Гарри, закрывая за собой входную дверь дома четыре по Тисовой улице.
- Ага, их, – выкрикнул юноша и рассмеялся.
Брюнет неосознанно нахмурился. И как он раньше не замечал, что его друг такой шумный? А, может, все дело в том, что он плохо спал и голова и без того раскалывалась от боли? В любом случае, сейчас Поттер очень хотел, чтобы друг немного помолчал, но, видимо, шум - это синоним фамилии Уизли. Артур тоже принялся громко разглагольствовать о «некультурных маглах», направляясь с сыном к своему старому фордику. Поняв, что незнакомца ему никто представлять не собирается, Гарри вопросительно посмотрел на мужчину.
- Стерджис Подмор, – протянул тот руку, и брюнет, приветливо улыбнувшись, пожал ее. – Для меня большая честь, мистер Поттер. Я был знаком с вашими родителями. Великие люди.
- Спасибо, сэр.
- Поехали! – крикнул мистер Уизли, стоя у открытой двери со стороны водителя. Его сын уже забрался на заднее сидение и оттуда махал рукой Гарри, приглашая его занять место рядом.
Поттер подхватил свой чемодан и, с помощью мистера Подмора загрузив его в багажник, занял место рядом с другом. Сам Подмор сел на переднее пассажирское сидение, и Артур тронул фордик с места. Рон снова громко принялся рассказывать о том, как он умаялся помогать матери по дому и одновременно с этим сокрушался о «ненавистных» родственниках, с которыми его лучшему другу приходится проводить каждое лето. Мистер Подмор изредка поглядывал в зеркало заднего вида на Гарри, который старался не сильно кривиться от громкого голоса товарища. Артур лишь один раз спросил, как у брюнета прошли два месяца лета и сообщил, что Молли приготовила сюрприз: настоящий праздник по случаю дня рождения Поттера. Брюнет поблагодарил их за хлопоты, окончательно прощаясь со своими надеждами о тихом времяпровождении сегодняшнего дня. А еще он с грустью понял, что в следующий раз сможет ознакомиться с воспоминаниями матери очень нескоро.
У Гарри всегда были лишь теплые воспоминания о семье Уизли. Это были первые волшебники, за исключением Хагрида, что отнеслись к нему с теплотой, сразу приняв в свою семью. Рон стал лучшим другом, да что там, первым другом, ибо до поступления в Хогвартс брюнет ни с кем не сумел подружиться. Одноклассники его сторонились из-за его «странностей», а соседи обходили десятой дорогой, как и дядя Вернон, считая его «ненормальным». Мистер Дурсль и оправдание его отсутствию почти на весь год нашел – для всех он учится в пансионате для умственно отсталых подростков. И первое время такое отношение к себе задевало, но после получения письма, в котором говорилось, что он волшебник, Гарри был согласен на любые наговоры. Его это просто перестало задевать. Главное, что он каждый год возвращался туда, где его ждут и любят. И пусть клеймо “избранного” его тяготило, но здесь были друзья и верные соратники. Даже ежегодные испытания и опасности не страшили его.
Но именно сегодня Гарри хотел попросить у кого-нибудь Маховик Времени, чтобы отмотать свою жизнь на 4 года назад и не ответить на желание Рона подружиться с ним. И без того шумная семейка рыжих волшебников, чьи стандарты качества праздника определялись шумом, завелась как переполненный пчелиный улей. И каждый считал своим долгом вовлечь именинника в свой разговор или просто уделить ему внимание, а близнецы Фред и Джордж, конечно, не удержались от розыгрышей. Через всего пару часов празднества у Поттера уже промелькнула мысль залезть под мантию-невидимку отца, дабы избежать лишнего внимания. Почему-то никто из Уизли даже не предположил, что брюнет может захотеть просто отдохнуть в свой же праздник. Сейчас Гарри, как никогда, понимал Малфоя, что испытывает искреннюю неприязнь ко всем представителям рыжеволосой семейки чистокровных волшебников.
К вечеру, наконец, запал Уизли стал постепенно иссякать, и Гарри смог выскользнуть на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и побыть в тишине. Сев прямо на траву, он с блаженством вдохнул вечернюю прохладу полной грудью и поднял голову к небу. Вечер был довольно теплый, а легкий ветерок развевал волосы юноши и приятно обдувал лицо. Поттер закрыл глаза и стал наслаждаться спокойствием. Правда, сейчас он бы больше предпочел побыть наедине с дневником матери, чтобы узнать еще какой-то момент из ее жизни, что она запечатлела на этих старых страницах. Но он понимал, что в «Норе» ему не дадут свободы для этого. И впервые Гарри почему-то не хотел посвящать своего лучшего друга в факт существования такого артефакта, как дневник Лили Поттер. Он был уверен, что Рон не проникнется всей важностью такого подарка. А вот Гермиона…
- Вот ты где, – раздался сзади голос Джинни, и в следующее мгновение девушка опустилась рядом. Брюнет едва сдержал разочарованного вздоха, что его уединение было опять нарушено. Он перевел взгляд на младшую Уизли. – Тебе понравилось мое угощение?
- Да, Джинни, – выдавил из себя улыбку Гарри, вспомнив, как оставил в своей комнате и пирог, и печенье, предположив, что Дадли, скорее всего, уже съел и то, и другое. – Ты прекрасно готовишь.
- Спасибо, – смущенно вспыхнули щеки девушки, делая ее веснушки еще более яркими. – Я могу испечь еще. Рон говорит, что Дурсли морят тебя голодом. Они ужасны.
- Да, ужасны, – согласился Поттер, уже не приравнивая ко всем Дурслям тетю Петунию. – Но они мои единственные родственники. Да и Дамблдор говорит, что там мне безопасно находиться, и там до меня не доберется Волан… прости, Тот-Кого-Нельзя-Называть, – исправился он, заметив, как вздрогнула Джинни.
Сам Гарри не понимал, почему все так боятся имени Темного Лорда. А сейчас это начало, как никогда раздражать. Этот страх и не дает признать Министру очевидное: Темный Лорд воскрес и уже собирает под свои знамена Пожирателей Смерти.
- Да, Дамблдору виднее, – закивала головой девушка. – И хоть ты и вынужден к ним возвращаться, но я рада, что какое-то время ты проводишь у нас.
- Да, я тоже, – без особого энтузиазма подтвердил Гарри и поднялся на ноги. – Извини, Джинни, у меня что-то голова разболелась. Я пойду, полежу немного.
- Шрам? – обеспокоенно воскликнула Джинни, по-своему поняв определение «головной боли».
- Да, – не стал разубеждать ее Поттер. Если Уизли, наконец, оставят его в покое, то он был готов и приврать немного на счет своего состояния.
- Тогда конечно. Правда, мама там к чаю зовет, но…
- Извинись перед миссис Уизли, пожалуйста. Я очень благодарен ей и всей твоей семье за то, что вы устроили мне такой замечательный праздник, но… - для верности Гарри состроил гримасу боли и потер свой знаменитый шрам на лбу кончиками пальцев.
- Я все объясню, – заверила его девушка, и молодые люди вернулись в дом.
Джинни, как и обещала, отправилась на кухню, чтобы рассказать, что Поттер не присоединится к чаепитию, а сам виновник торжества поспешил наверх в комнату, что делил с Роном. Не раздеваясь, Гарри завалился на кровать и, сняв очки, положил их на прикроватную тумбочку и прикрыл глаза. Снизу доносились приглушенные голоса членов семьи, наслаждающихся пирогами миссис Уизли. Проваливаясь в спасительную темноту сна, брюнет почему-то вспоминал слова тети Петунии, что просила племянника разобраться-таки, кто по-настоящему ему друг, а кому выгодно им быть. И что за отчет просила Лили Поттер стребовать с Сириуса? Усталость за суматошный день вместе с неспокойной ночью дали свои плоды, и вскоре Гарри уснул, пообещав себе, что обязательно ответит на оба вопроса.
========== Приезд Гермионы ==========
Комментарий к Приезд Гермионы
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь - неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!