Джинни вздохнула, провожая взглядом спину Великого Избранного, пока тот не скрылся за поворотом лестничного пролета. И ей казалось, что сейчас она провожает уходящие от нее надежды и грезы о счастливом будущем с Мальчиком-Который-Выжил. Да, это герой не ее романа. Но, скорее всего, это она не подходит на роль боевой подруги, готовой подставить свое плечо, чтобы Гарри Поттер был готов бросить вызов Темному Лорду и снова подтвердить свое прозвище. Пора ей идти дальше, своей дорогой. Дорогой, что почти наверняка не пересечется с жизненным путем Избранного. Глянув на оставшуюся на диванчике Гермиону, она пожелала ей удачи и сил, чтобы не согнуться под ношей незавидной славы спутницы Гарри Поттера и, развернувшись, направилась в противоположную сторону в спальню для девочек.
14 апреля 1980
Гарри и Гермиона оказались в небольшой светлой комнатке. Помимо Лили Поттер, что расположилась в одном из кресел, рядом с ней на подлокотнике сидел ее супруг, а у шкафа, привалившись плечом к его створкам, стоял Сириус Блэк. Супруги, а особенно Лили, сложив руки на груди, крайне раздражительно смотрели на шатена. Все недовольство Джеймса выражалось в его сжатых губах. Присмотревшись к фигуре матери, Гарри убедился, что Лили уже скоро готовилась произвести на свет единственного сына.
- Сириус, - позвала она, обвинительно смотря на друга.
- Да сказал же: мой ответ «нет», - жестко оборвал ее Блэк, отталкиваясь от шкафа и начиная раздраженно мерить шагами пределы комнаты.
- Да как ты не понимаешь?
- Лили, умоляю, тебе нельзя волноваться, - попытался успокоить жену Джеймс, обнимая ее за плечи двумя руками.
- Я перестану волноваться, когда этот упрямый осел согласится, - выпалила та, обвинительно кивая в сторону друга.
- Бродяга, она права, - поддержал возлюбленную Сохатый. – Ну, кому нам еще доверить тайну о нашем местонахождении?
- Да это вы оба не правы, - выкрикнул Сириус. – Именно на меня тут же подумают. Я скроюсь, Темный Лорд кинется вместе со своими Пожирателями за мной. Я смогу держать тайну об истинном Хранителе вашего Фиделиуса и вы будете в безопасности. Как и он будет об этом знать и не бояться за свою жизнь.
- Истинный Хранитель? – переспросила Лили, поморщившись. – И кого же, позволь полюбопытствовать, ты видишь на его месте?
- Пита.
- Что? – проявили чудеса единодушия супруги Поттер, распахнув в шоке глаза.
- Он идеален, - принялся пояснять свое решение Блэк. – Как бы я ни относился к Хвостику, он никогда не предаст тебя, Джеймс. Ты для него кумир, благодетель и вообще живое воплощение Мерлина, так он тебя боготворит. Да он сдохнет, но будет молчать.
- Я не уверена в этом, - замотала головой миссис Поттер.
- Я тоже, - согласился ее супруг.
- А вот Темный Лорд поверит, - усмехнулся Сириус. – Поверит, что Пит последний, кому вы захотите доверить свои жизни и жизнь моего крестника. Именно потому, что он никто. Ничтожество. На него никто никогда не подумает. Мы всех убедим, что именно я стал Хранителем. Знать о том, кто истинный, будут лишь мы трое, сам Пит да Дамблдор, что наложит Фиделиус. Пит скоро придет, мы все ему расскажем.
- Тогда ты поклянешься мне, что если ты ошибешься, то ты заберешь Гарри к себе, - выкрикнула Лили, вскакивая на ноги, но при этом она нежно обхватила свой живот руками. – У него должна быть семья. Он должен расти в любви и безопасности. Поклянись, Сириус Блэк, что если мы с Джеймсом все же не сможем вырастить его, ты станешь Гарри отцом.
- Ты могла не просить об этом, Лилз, - улыбнулся шатен.
- Я жду, Сириус.
- Хорошо, я клянусь, - закивал головой Блэк. – Если я сам буду жив, я заберу его. Я дам ему все, что могу и даже больше. Даже если для того мне необходимо будет принять магию своего Рода, - добавил он, погрустнев лицом.
- Ты все равно не можешь и дальше бегать от этого, - смягчилась миссис Поттер, с сожалением смотря на лучшего друга. – Сейчас, когда ты остался единственным наследником по мужской линии. Я понимаю, ты все еще ждешь, что где-то появится упоминание о твоем брате, но ты и сам знаешь, что просто уйти из Пожирателей нельзя. Тебе нужно перестать ждать Регулуса. Прости, мои слова, конечно, жестоки, но ты не можешь бегать от своего наследия дальше. Ты и сам знаешь, что это произойдет. И в твоих интересах, чтобы это осознание прошло безболезненно. Ты должен думать о том, что все обернется так, и тебе придется исполнить свою клятву.
- Да ты как будто уже знаешь, что так будет, - снова вспыхнул Сириус. – Сохатый, ну, хоть ты скажи ей, - взмолился он, с надеждой смотря на школьного друга.
- Знаешь, братишка, - усмехнулся Джеймс – женская интуиция это вообще отдельная ветвь в магии. Ее нельзя объяснить, понять и изучить, но она редко когда дает сбой. Конечно, мы не можем тебя заставить и, конечно, ты прав: на Пита все подумают в последнюю очередь. Даже Рем уверен, что Хранителем будешь ты. Но у меня нет твоей уверенности, что Пит, действительно, будет молчать, даже под угрозой смерти.
- Тайну можно выдать только добровольно. Мы убедим Пита, что ему ничего не будет угрожать, что мы всем скажем, что я Хранитель, а он будет спокойно жить и радоваться, что бегают за мной. Ой, будто ты не знаешь, Сохатый, что эта мысль будет греть его душу. Для меня не секрет, что он меня терпит только из-за тебя. Собственно, это чувство у нас с ним взаимно. Так что стоит ему сказать, что он будет спокойно наслаждаться жизнью, пока на меня будет объявлена охота всех Пожирателей во главе с Темным Лордом, то он будет счастлив, словно получил орден Мерлина Первой Степени. Да ваша тайна будет в большей сохранности, чем сокровищница в банке Гринготтс.
- Но ты дал клятву, Сириус, - грозно добавила Лили, и Блэк согласно закивал головой.
Супруги Поттер с сомнением переглянулись, но они оба понимали, что если друг решил, он не откажется от своих слов. Гарри с грустью смотрел на молодого крестного. Конечно, если бы тот знал, что Дамблдор, тоже понимая, что юный Избранный в случае потери родителей, будет воспитываться Сириусом, избавится от мужчины, закрыв его в Азкабане, он бы не был сейчас так уверен, что поступает правильно. Гермиона, как всегда понимая возлюбленного без слов, просто взяла его за руку и, потершись щекой о его плечо, прижалась к его телу.
Появился домовик и, склонившись перед супругами Поттер, объявил, что пришел мистер Петтигрю. Лили передала тому разрешение подняться в комнату и, опустившись обратно в кресло, нежно погладила ладонями рук свой живот. Джеймс снова занял место на подлокотнике ее кресла и тоже положил одну ладонь рядом с ее руками. Смотря сейчас на молодых родителей, Гарри сожалел, что именно этого трогательного фото не хватает в альбоме, что он получил в конце первого курса и где находятся колдографии, что запечатлели некоторые моменты из жизни молодой семьи Поттеров, пока их счастье не оборвало появление Волан-де-Морта в их доме.
Дверь в комнату открылась, и внутрь вошел молодой Петтигрю. Увидев Джеймса и его супругу, юноша расплылся в счастливой улыбке, но, стоило ему перевести взгляд на Сириуса, что снова принял прежнюю позу у шкафа, как по его лицу пробежала тень. Впрочем, он довольно быстро справился с недовольством и так же поприветствовал школьного товарища.
- Как поживает маленький? – подскочил он к миссис Поттер, с каким-то особым благоговением смотря на ее живот. – О, я просто не могу дождаться, когда же он родится. Я принес ему игрушку. – Он запустил руку в карман мантии и достал оттуда маленькую мягкую игрушку в виде оленя.