– Только то, что, по–твоему, сказал бы любой здравомыслящий человек? – изумленно переспросил он. – Дарси, это совершенно не похоже на тебя. Ты не мог сделать такую глупость. Оскорбить леди, а потом ожидать, что она выйдет за тебя замуж?
Меня его реакция озадачила.
– Но все, что я сказал, было правдой.
– Если бы все и всегда говорили правду, мир был бы полон несчастными людьми, особенно в наше время. О некоторых вещах лучше промолчать.
– Я ненавижу обман, – выпалил я.
– А я ненавижу болванов! – отреагировал он, отчасти отшучиваясь, отчасти раздражаясь. Но сразу стал серьезным. – Сделать предложение мисс Беннет… Признаюсь, никак не ожидал от тебя такого. Не мог себе представить, что ты так увлечен ею.
– Я постарался, чтобы ты не заподозрил. Я не хотел, чтобы хоть кто–нибудь об этом догадался. Я надеялся победить эту страсть.
– Но она оказалась сильнее тебя?
Я лишь кивнул в ответ. Но никому, кроме себя, я не признался бы, что ничего не изменилось. Пусть пока я отвергнут, но я должен победить. У меня нет выбора.
– Ты не откажешься засвидетельствовать? Не откажешься встретиться с ней, если она пожелает? – задал я прямые вопросы.
– Ты уверен, что дальше неё это не уйдет?
– Уверен.
– Хорошо. В таком случае я подтвержу все твои слова.
– Спасибо. Теперь я должен покинуть тебя. Надеюсь передать это письмо ей в руки сегодня утром. Обычно она гуляет в парке после завтрака. Надеюсь встретить её там.
Я позволил слуге продолжить его работу, а сам направился в парк. Мне не пришлось долго ждать. Я увидел Элизабет и сразу пошел к ней.
Было видно, что она колеблется и, пожалуй, сдалала бы вид, что не видит меня. Но возможности не было, ибо я решительно приблизился к ней.
– Я давно брожу по парку в надежде встретиться с вами. Не окажете ли вы мне честь прочитать это письмо?
Я передал ей письмо, а потом, прежде чем она смогла вернуть его мне, слегка поклонился и быстро удалился.
Не могу ничего сказать о том, что я чуствовал, возвращаясь в Розингс. Да и чувствовал ли что–нибудь вообще. Я представлял её, читающей моё письмо. Поверит ли она всему, что я написал? Станет ли думать обо мне лучше? Или отбросит все мои рассказы, как выдумку?
Я не мог ответить ни на один из этих вопросов.
Мой визит к тетушке подошел к концу. Завтра вместе с кузеном мы вернемся в Лондон. Я не мог уехать, не попращавшись с обитателями пасторского дома, но побаивался идти туда. Как на меня посмотрит Элизабет? Что скажет мне? Что я смогу ей ответить?
На мою удачу, Элизабет дома не оказалось. Я сказал всё, что положено говорить в таких случаях, мистеру и миссис Коллинз и удалился.
Полковник Фицуильям зашел к ним позже, пробыл там час в надежде увидеть Элизабет и дать ей возможность задать ему вопросы, если она пожелает, но она так и не вернулась с прогулки. Я мог только надеяться, что она поверила моим словам и что её чувства ко мне были теперь не столь враждебными. Но любые другие чувства … надежд не осталось.
24 апреля, четверг
Я снова в Лондоне. После непредсказуемых и бурных событий в Розингсе размеренно текущая здешняя жизнь действовала успокаивающе. Джорджиана закончила разучивать сонату, вышила кошелек, и, кроме этого, ей удалось написать прекрасный портрет миссис Эннесли. Но несмотря на то, что Лондон не изменился, я обнаружил, что изменился сам. Дом мой казался мне безлюдным. Никогда раньше я не находил его таким большим и пустым.
Если бы всё повернулось иначе… но этого не произошло.
К счастью, меня ждет много дел, я буду занят, и мне некогда будет вспоминать недавнее прошлое. Днем меня ждет множество встреч, а по вечерам я намерен посещать все собрания и балы, на которые меня пригласят. Я не допущу, чтобы события последних недель выбили меня из колеи.
Я наделал глупостей, но более не намерен вести себя неразумно. Я полон решимости стереть из моей памяти всё, что касается Элизабет.
25 апреля, пятница
– Мистер Дарси! Как хорошо, что вы нашли возможность посетить наше небольшое собрание! – приветствовала меня леди Сьюзен Вигам, когда я появился в её доме нынешним вечером.
Было приятно вернуться в мир элегантности и высокого вкуса, где некому было оскорблять своей вульгарностью мои чувства.
– Позвольте представить вам мою племянницу Корделию, которая приехала навестить меня из провинции. Она не только очаровательная девушка, но и прекрасно танцует.
И леди Вигам представила мне мисс Фарнхем, ослепительную красавицу–блондинку лет девятнадцати или двадцати.