Я готов был уже пренебречь всеми условностями, но тут она взяла себя в руки и проговорила: – Я только что получила письмо от Джейн с ужасной новостью. Моя младшая сестра покинула друзей – сбежала, оказалась во власти мистера… мистера Уикхема. Они вместе уехали из Брайтона. Вы достаточно знаете этого человека, чтобы понимать, что это означает. У нее нет ни денег, ни связей,– ровно ничего, чем она могла бы его удержать,– она погибла.
Я не мог поверить своим ушам. Какое вероломство! Увезти молодую девушку от родных и друзей! И все это он уже проделывал раньше, по крайней мере, пытался сделать и добился бы своего, если бы я вовремя не остановил его.
– А ведь мне это было так просто предупредить. Я так хорошо знала, что он собой представляет! – продолжала она.
Мне хотелось сказать ей, что её вины в этом нет. Это я должен был раскрыть всем его подлый характер. Но она не останавливалась в укорах себе, слова лились из неё, и мне оставалось только дать ей выговориться. Наконец, она немного успокоилась.
– Но уверены ли вы, что все произошло так, как вы рассказываете? Достоверно ли это известие? – на всякий случай уточнил я.
Новости, особенно плохие, распространяются быстро, но часто в пути приобретают иной смысл. Я не мог вообразить, что Уикхем сбежит с Лидией Беннет. У неё не было никаких средств, ничего, что могло бы прельстить его, а у него не было никаких причин так навредить Беннетам. Он не мог не понимать, что этот поступок сделает его изгоем. Слишком высокая цена за удовольствие жениться на глупой девице без имени и состояния. И потом, как бы он мог жениться на ней? Она же несовершеннолетняя. Да, он мог бы поехать в Гретна–Грин, но такое путешествие стоит недешево, а он никогда не потратит и половины необходимой суммы, если не будет уверен в наличии приличного приданого.
– Они выехали вдвоем из Брайтона в ночь под воскресенье. Их путь удалось проследить до самого Лондона, но дальше он затерялся. То, что они не поехали в Шотландию,– очевидно.
Я, кажется, начал понимать, что и как произошло.
Уикхем хорошо знает Лондон. Он знает, где они смогут укрыться, не опасаясь быть обнаруженными. А когда он полностью насладится приключением, он без всякого риска для себя бросит мисс Лидию Беннет.
Все это случилось из–за моей проклятой гордыни. Если бы все узнали от меня о характере Уикхема, ничего бы не произошло. Но гордость остановила меня, и в результате я причинил боль любимой женщине.
– Но что же предпринято? Пытались ли ее хоть как–то вернуть? – спросил я.
Мне нужно было узнать всё, что бы понять, когда и что могу предпринять я сам. Я не мог быть спокоен, пока сестра Элизабет не вернется.
– Отец выехал в Лондон. Джейн просит в письме, чтобы дядя поспешил ему на помощь. Через полчаса мы, наверно, будем в пути.
Полчаса! После всех моих надежд и мечтаний расстаться с Элизабет так скоро. Но это необходимо сделать.
– Разве на такого человека можно воздействовать? Каким образом удастся их хотя бы найти? Я ни на что не надеюсь. Все просто ужасно!
Мне нечего было сказать, я ничего не мог сделать, оставалось только молча выразить ей мою привязанность и верность и надеяться, что это её поддержит. Мне хотелось обнять её, но в любую минуту мог вернуться мистер Гардинер, и все стало бы только хуже.
– А ведь вы мне открыли на него глаза! Если бы я тогда знала, что я была обязана что–нибудь предпринять! Но я не понимала – боялась зайти слишком далеко. Страшная, непоправимая ошибка!
Я понимал, что ей может быть хотелось, чтобы я ушел. Ведь это именно я просил её сохранить в тайне правду об Уикхеме, я потребовал от неё хранить молчание. И вот результат. Репутация сестры уничтожена, семья в беде... Она и не взглянет после всего этого на меня. И удивляться будет нечему. Я выговорил несколько бессвязных фраз, оправдывая своё продолжающееся присутствие лишь искренним, хоть и бесплодным, сочувствием.
– Боюсь, это печальное событие лишит мою сестру удовольствия видеть вас сегодня в Пемберли?
Произнося эти формы вежливости, я видел, насколько нелепы были мои слова. Не стоило бы говорить их. Однако она, похоже, так не думала и ответила без всякого раздражения.
– О да! Будьте добры извиниться за нас перед мисс Дарси. Скрывайте от нее ужасную правду, пока будет возможно. Я понимаю, это продлится недолго.
– Вы можете положиться на мое слово. Мне искренне жаль, что дошло до такого. И надеюсь, все разрешится более счастливо, чем сейчас кажется возможным.
После чего я оставил её одну, а сам вернулся в Пемберли.
– Вы выходили так рано, – удивилась Кэролайн, когда я появился в салоне. – Наверное, навещали мисс Элизабет Беннет.