Рабочую тетрадь темного ученого мага я при Учителе читать не стал, просто попросил, чтобы он меня не дергал, пока я не разберусь. Странно, но Салазар не настаивал на скорейшем возобновлении учебы, так поворчал для виду и удивительно быстро согласился. Просвещался я в спальне своего факультета. Когда я закончил, то немного впал в ступор. Дня на два. Все пытался осмыслить прочитанное. Хотя никаких трактовок, кроме очевидной не было. Совершенно невозможно говорить, — я не так все понял, — когда читаешь следующее:
«14 травня н.п. (интересно, что это за летоисчисление?)
Лабораторный образец №12 ведет себя неадекватно. Связь с луной происходит в штатном режиме. Трансформация произошла полная. Степень отличия от волка — незначительная. Однако зверь полностью завладевает разумом данной особи, 15 тактов назад особь пыталась напасть на поводыря. Фолты обещали решить проблему контроля над разумом образцов; зелье, названное антиликантропным, находится в разработке и будет готово в ближайшее время».
«28 травня н.п.
Лаборатория Фолтов, как всегда, на высоте. Образец №12 пройдя полную трансформацию сохраняет разум и даже демонстрирует интеллект, доступный особи в ипостаси человека».
А дальше был приведен подробнейший рецепт приготовления этого зелья.
Понятно теперь, почему темных никто и никогда не любил. Я все понимаю, мы злопамятные, мстительные и очень сильные, но вот то, что мои предки занимались экспериментами над людьми, стало для меня открытием.
А ведь кроме оборотней из древних лабораторий вышли и домовые эльфы и даже кентавры.
Развлекались так мои предки. Скучно им было. Еще они развлекались созданием артефактов. Например Браслет Жизни появился на свет в лаборатории Фолтов. Этот неизвестный мне ученый целый раздел ему посвятил. А также из лаборатории моих гениальных предков вышел Малый Комплект Некроманта. Когда я про него прочитал, чуть с койки не свалился. Бузинная палочка, обозванная темным ученым — накопителем некроэманаций, Воскрешающий камень — концентратор направления волновой энергии, и Мантия невидимка — универсальная защитная мантия. Дары Смерти! Вот так–то. То-то за этими предметами такая нехорошая слава ползет, попали в руки светлых, а пользоваться они ими не умеют, очень уж у них узкая направленность, особенно у камня. Еще меня поразило то, что все записи были мне понятны, такое чувство, что написаны они были на современном языке. Но присмотревшись я понял, что ошибаюсь. Тетрадь была исписана рунами. Вот только, раз я являюсь Фолтом, то наверное обладаю неким разрешением на изучение. Руны просто подстраивались под мое восприятие. Перевод был синхронным, я даже не сразу понял, что читаю не на английском. А вот те слова и фразы, аналогов которым этот переводчик не находил, шли без перевода, как например даты и обозначение времени.
А еще я приготовил зелье, как там его... антиликантропное. Очень трудоемкий процесс, кстати. Я его запарывал четыре раза, только на пятый получилось совпадение по всем описанным в тетради характеристикам.
Да, в лаборатории Фолтов не искали легких путей, это факт: как–то его упростить, что я проделывал регулярно с остальными зельями, я не смог бы при всем своем желании — мне элементарно не хватает знаний.
Около месяца я мучился, не зная, как поступить с этой тетрадью. Изучил ее вдоль и поперек, а вот что делать дальше просто не знал. Сегодня же я принял наконец решение. Тетрадь должна быть уничтожена. Для сего действа я выбрал одну из полян Запретного Леса. Горела тетрадь неохотно, очень плохо горела, если быть откровенным. Пришлось магией помогать. В последних отблесках догорающего костра, я вытащил из кармана флакон с зельем, посмотрел сквозь него на исчезающее наследие предков. Мне нужно его испытать. И я даже знаю на ком. Люпин, Люпин, в том, что ты — оборотень, я практически уверен. В следующее полнолуние необходимо это проверить, заодно и действие зелья опробую. Хоть в чем-то ты будешь полезен! Ничего личного Люпин. Хотя… ты никогда мне не нравился».
— Эйлин, твой сын просто вандал! Как он мог вот так запросто уничтожить столь уникальную вещь?! — от лица Дамблдора можно было прикуривать, так оно горело от праведного гнева.
— Альбус, а тебя что сейчас больше возмущает: то, что уничтожена тетрадь, или то, что ты всю жизнь верил в существование Даров Смерти, а тут такие подробности...
— М-да, — глубокомысленно произнесла сидевшая рядом с Гарри Поттером, Гермиона Грейнджер, — подозреваю, что когда мы лихорадочно искали Дары Смерти по всей стране, профессор очень веселился за наш счет.