Прелести в моё жалкое существование добавили месячные, начавшиеся раньше времени.
А через неделю я позволила себе роскошь – после работы зашла в магазин нижнего белья. На коробочках с бельем были изображены длинноногие женщины, роскошные груди, тонкие талии, и я поймала себя на мысли:
«Я никогда не носила откровенного нижнего белья».
Мужу не нравилось.
В магазине я оставила половину зарплаты, а упаковки с трусиками, бюстгальтерами, чулками и поясами усыпали мою кровать. Телу захотелось ощутить наготу.
Я разделась.
Черные чулки скользнули по ногам.
Бюстгальтер сжал грудь.
Пояс обхватил талию.
Трусики.
Я скомкала их в кулаке.
Бросила на кровать.
Посмотрела на себя в зеркало.
Коснулась пальчиком внутренней стороны бедра. По коже пробежали мурашки.
У меня не было секса почти два месяца.
Я не мастурбировала с университетских времен.
Рука сама по себе скользнула под кружева бюстгальтера.
Я опустилась на кровать, до судороги сжала ноги и закрыла глаза.
Где-то в коридоре хлопнула дверь Я зыркнул на выход.
Никого. И полнейшая тишина.
С мыслью, что, наконец, могу покопаться в ее темном прошлом и тайных желаниях, сунул тетрадь в карман, аккуратно сложил всё в ящик и незамеченным удалился.
На следующий день, придя с работы, я заглянула в почтовый ящик. Там лежало письмо, адресованное моему бывшему мужу. Сдержав желание тут же отправить его в мусоропровод, я положила его на стол, а сама села напротив. Долго смотрела на него, сопротивляясь искушениям.
Утром я одевалась и красилась особенно тщательно – не хотела, чтобы он подумал, что без него я покрылась плесенью. Но почему-то сделала интимную прическу и одела самое сексуальное белье из недавно приобретенного.
И чулки.
Сами догадаетесь, почему?
На работе его не оказалось – уехал на какую-то важную встречу. Заместитель – молодой парень лет двадцати пяти – предложил подождать и пригласил на чашечку кофе в свой кабинет. Мы зашли. Он представился и задал самый дежурный вопрос о моей работе. Мы принялись болтать ни о чём. Стрелки часов незаметно подкрались к моменту приезда моего бывшего и мне вдруг ужасно захотелось ...
чтобы именно этот молодой заместитель поцеловал меня. Я запнулась на полуслове и облизнула губы. Подсела к нему, обняла и тихо, с какой-то странной хрипотцой проговорила:
- Поцелуй меня.
Он поцеловал.
Но не сразу.
Догадались, что я сделала с ним потом?
Мой авто свернул на стоянку, где я набил стрелку, чтобы набить морду. Остановился. Этот, мать его, компаньон, как обычно опаздывал. А когда приехал – не успел как обычно объясниться. Он всё время хотел что-то спросить, а я всё время перебивал его. Я перебил ему всё, что можно, облил его машину бензином и поджог.
Я гнал свою тачку куда-то за город, не в состоянии избавиться от назойливых строчек тетради.
Потом долго и беззвучно орал в темноту ночи.
Потом сидел у обочины.
Потом меня подобрал какой-то тракторист, и я понял, что уже утро, что моя машина в кювете, а рядом на снегу – куча окурков и заледеневшие пятна блевотины вперемешку с кровью.
Дома я первым делом легла в горячую ванную. Спонтанный секс.
Тем более в офисе
тем более на столе СВОЕГО БЫВШЕГО
тем более В ОЖИДАНИИ своего бывшего
тем более с его заместителем.
Как это модно сейчас говорить? – экстрим?
Я погрузилась в воду до подбородка. Чего я хотела? – отмыться. Мне было паршиво. Всё произошло так быстро. Я даже не успела. Успел он. Успел как кролик. А за тем пытался быстро застегнуть ширинку. Придумывал на ходу историю, что совсем засиделся со мной. Лишь одна мысль утешала: я всё ещё привлекательна.
Мой бывший всегда был внимателен к моему телу. Он знал когда быть жестким, податливым, дерзким, взрывным. Безцеремонным. Он всегда играл первую партию и никуда не торопился. Ночь с моим бывшим растекалась вечностью, терялась в безконечности.
Что? Экстрим? Чего искала то и получила. Скользкого кролика на скользкой столешнице.
Из ванной я вышла после полуночи. Включила телевизор. И как думаете, что я там увидела?
Правильно.
Постельная сцена эротического фильма тут же взвинтила меня. На пол упал халат. Тело скользнуло по нежному постельному белью. Я требовала, но мой взгляд не мог оторваться от экрана. Я заставляла, но рука не желала нажать кнопку пульта. Ей было приятнее царапаться ноготками. Я сопротивлялась, но ноги всё же раздвинулись. С первыми стонами героини я не могла уже себя контролировать. Я делала это снова и снова.