Сэм: Но появление Зои все изменило. И там где, как мне казалось, всё закончилось, всё только начиналось. Хотя я настороженно отнёсся к тебе. Прости кстати за нож. Надеюсь, ты не испугалась тогда.
Сэм мило улыбался, рассказывая все это. Сидя рядом с ним, я ощущала его переживания насчёт ребят, его страх потери, безысходности и провала, не смотря на показательную улыбку. Я положила руку ему на плечо, в надежде, что моё спокойствие каким-то образом, передастся ему, как это всегда удаётся делать Адаму.
– Не переживай за нож. Ты же знаешь, меня не так просто обидеть. Я тот ещё фрукт.
Волна смеха подхватила всех. Именно на такой позитивной ноте мы расходились по комнатам.
Каждый раз, возвращаясь к себе, после длинных разговоров с друзьями, меня ждал не менее интересный разговор с Адамом. Перед сном он так же делился со мной удивительными историями. В силу того, что вселенная живёт уже несчётное количество лет, я даже не знаю точный возраст Адама, но повидать он успел многое. Чтобы узнать всё, мне не хватит и сотни жизней. Он рассказывал о том, как создаются галактики и существа, населяющие их, как его встречали на разных планетах, как он жил ещё имея физическую оболочку. Рассказывал про удивительно красивые, отличающиеся своей уникальностью, планеты и постоянно обещал показать хотя бы одну из них, утверждая, что я запомню это на всю свою жизнь.
– Какого это, жить бесконечно? Быть бессмертным. Я не представляю, как можно наблюдать за тем, как погибают миры, планеты и целые расы, как умирают близкие люди.
Адам: Всё циклично. Планеты погибают, а на их месте рождаются новые. Отчасти каждый из нас, будь то тело, материя, планета или галактика, является неким подобием феникса. Только тот возрождается из пепла сам, а наш пепел даёт основу для новой жизни, но не своей. Я никогда не задерживался на планетах слишком надолго, чтобы не заводить лишних знакомств. Именно поэтому мне не нужны были обременяющие привязанности, чтобы не причинять боль другим. Вследствие чего мне не знакомо такое чувство, как страх потерять близких и любимых людей.
– У тебя не было семьи? Ты никогда никого не любил? А как же древние, ведь ты часто был у них и, наверняка, со многими из них знаком. Неужели даже там тебе не удалось познакомиться с таким замечательным чувством, как любовь?
Адам: Нет. Я не знал что такое любовь и семья. Как бы долго я не был у древних, нас объединяла лишь общая цель: прогресс, развитие, изучение способностей и вселенной. Я не преследовал цель полюбить или связать себя с кем-то.
– А сейчас что-то изменилось?
Адам: Сейчас многое изменилось. Тебе уже пора спать. Завтра я погружу вас в гибернацию, но даже перед таким длительным сном, нужно отдохнуть. Процесс глубокого сна является очень большим испытанием для организма.
– Спокойной ночи.
Адам: Зои.
– Ммм?
Адам: Я хотел сказать…. Если я буду тебе нужен, ну, когда буду вне твоего тела, просто позови меня и я приду к тебе, даже если между нами будет половина вселенной.
Эти слова заставили меня улыбнуться. Я почувствовала ту самую усиливающуюся привязанность к Адаму, которая с каждым днем, неделей и месяцем только набирала свои обороты. Что-то не объяснимое происходило внутри меня, но довольно знакомое, далёкое чувство лёгкости и щекотки в животе, как на первом юношеском свидании. Эти ощущения заставляли меня улыбаться, хотя безумно хотелось спать и, кажется, именно с улыбкой на лице я отключилась.
На следующий день нас всех ожидал длинный сон в комнате гибернации. Приняв душ и позавтракав, мы все собрались в помещении с большим количеством капсул для сна, которые одна над другой были расположены в стене и занимали всю её площадь, от пола до потолка. Корабль сам перемещает заполненные капсулы вверх, опуская пустые вниз. Поочерёдно, мы переоделись в костюмы, специально предназначенные для погружения в анабиоз. Белая майка и бриджи плотно облегали тело, не стесняли движения, а материал, из которого они изготовлены, легко пропускает гибернационную жидкость, не теряя при этом своей компрессии.
Я перечитала огромное количество литературы на тему анабиоза, его влияния на организм, процессов введения и выведения из состояния голубого сна, но оказавшись стоять напротив этой самой установки, все знания будто не имеют никакого значения.
Нас было всего 5 человек, поэтому мы разделили между собой весь нижний ярус, чтобы после пробуждения было легче прийти в себя. А судя по отзывам ребят, ощущения накрывают просто незабываемые.
Крис: Ооо. Зои. Тебе понравится отходняк после сна.
Вэл: Кстати, Адам сказал, насколько сильно будет отличаться твоё погружение от нашего? Мы все хоть и одной физической структуры, твой белковый обмен значительно отличается от нашего, а значит и гибернационные параметры должны быть другие.