Два громких щелчка и маска уже летит на пол, приземляясь с громким металлическим звоном. С тыльной её стороны показались отчетливые, насыщенно голубые символы, до боли мне знакомые, но почему то безумно пугающие. В голове, подобно слайдам, замелькали картинки из кратковременной памяти. Я видела что-то подобное в книгах, в библиотеке ковчега, но не акцентировала на этом своего внимания! Нет! Мне не стоило этого делать!
Адам: Зои!
Не поднимая головы, он кинул на меня свирепый, не человеческий взгляд, пронзая насквозь и заставляя вздрогнуть от страха. Что-то не так! Адам?
Адам: Беги!!!
Я услышала в голове крик Адама и ринулась в сторону выхода, но в этот момент пленник встал с колен и одним резким движением, вырвал цепи из пола. Массивные куски бетона и металла взлетели в воздух, поднимая пыль. Он, разорвав свои оковы на маленькие кусочки и оставив лишь браслеты на запястьях, бросился на меня, словно дикарь на долгожданное мясо. Кажется, я успела только сделать пару шагов назад, как в то же мгновение, почувствовала его сильные руки на своей шее. Так он протащил меня до конца комнаты, пока болезненный удар в затылок, не дал мне понять, что мы уже у противоположной стены. Те самые синие фонари теперь горят намного сильнее, чем раньше, ведь они находятся прямо возле моего уха. Но помимо всего происходящего меня пугало и постоянное молчание Адама. Я будто не чувствую его совсем, как если бы его не было внутри меня. Что здесь происходит?
В его глазах была животная злость, казалось, меня сейчас разорвут на части, но, не смотря на то, что он с силой прижимал меня к стене, а мои ноги болтались в полу метре от пола, я могла дышать.
Его широкая и горячая ладонь не сжимала мою шею, поэтому я совсем не чувствовала боли или удушения, будто он хотел больше напугать меня, а не убить. Я обхватила его руку, в надежде хоть как то ослабить хватку, но это не помогало. Страх накрывал волной, я чувствовала как дрожат мои руки, неужели Адам не может мне помочь, почему? Почему я не могу открыть портал? Почему я даже не слышу его голоса? Стоило послушать всех и не спускаться сюда. Мой альтруизм доведёт меня лишь до могилы. Поток мыслей перебил томный и грубый голос.
?: Не бойся. Я тебя не убью, пока что. Не получается уйти отсюда так, как ты сюда зашла? Все дело вот в этих стенах.
Он ударил ладонью по чёрной стене, к которой прижимал меня всем телом. И ехидно улыбнулся мне в лицо.
?: Эти стены уникальны. Материал создавался миллионы лет. Модификаторы гордятся своим творением, все потому что он поглощает всю вселенскую энергию, поэтому твой дружок тебе тут не поможет, как бы ему не хотелось. В этих стенах он бессилен, как и ты.
Его лицо все так же украшала ехидная и надменная улыбка, что заставляло меня бояться ещё сильнее. Всем своим видом он показывал свое полное превосходство надо мной, над Адамом и контроль над ситуацией. Не смотря на то, что моё тело висело над землёй, он все равно выглядел довольно высоким и склонялся надо мной. Прижимался ко мне все сильнее и пожирающим взглядом изучал моё лицо и тело. Я не могла выдавить из себя не слова, страх сковал мой язык. Если Адам не может открыть портал, значит теперь моя жизнь полностью в руках этого чудовища.
?: Открывать ворота во вселенной может только сама вселенная. Думаешь я не почувствовал как ты зашла сюда? От тебя пахнет им. Смердит вселенной. Ну как же приятно видеть его слабость, бессилие. Ты всего лишь марионетка, ты это понимаешь? Ты нужна ему как сосуд. Не думай, что сам космос будет болеть за тебя, искренне переживать и беспокоиться за твоё тленное тело.
Его ладонь слегка расслабилась и теперь он не сжимает мою шею, а всего лишь касается её. Ухватив за подбородок, он приподнял меня ещё на пару сантиметров выше так, чтобы наши глаза были на одном уровне. Мне с трудом удаётся скрыть свой страх и растерянность. Конечно, ведь он знает, что я беззащитна и беспомощна здесь и знал все время, с того момента, как я спустилась сюда.
Предплечьем второй руки он оперся о стену возле моей головы, приблизился ко мне вплотную. Я чувствовала его тёплое дыхание. Оно касалось моих щек. В этот момент выражение его лица изменилось. Агрессия сменилась на радушие, черты стали более приветливыми и спокойными. Он начал выстукивать пальцами по стене, словно о чем-то размышляя, но другая рука все ещё оставалась на моей шее.