Кира: Ни к чему теперь вспоминать причины, когда перед нами уже очевидные последствия. Теперь нам остаётся только надеяться на то, что её дух будет сильнее тела. Если тело всегда спасало дух, пришло время духу спасать тело.
***
Аид: Если он такой крутой, всемогущий, великий, как все о нем говорят, почему бы ему просто не спасти эту красавицу! Взять и исцелить, как он делал это всегда? Или больное тело ему теперь не нужно? Не его уровень?
Вэл: Почему ты всегда так категоричен к нему? Он знает, что хочет Зои и не станет, ценой её оздоровления, подвергать смертельной опасности всех пассажиров. В том числе и нас с тобой.
Аид: Значит, пока мы тут с тобой дышим и радуемся жизни, она умирает? И как тебе живётся с этим?
Вэл: Адам обессилен не по своей воле и даже сейчас он выжимает из себя всё, что может, чтобы давать нам возможность дышать. И не знаю уж, кто тут радуется жизни, но я не сплю ночами, пока она вот так лежит в этой капсуле гибернации и борется за свою жизнь.
***
Крис: Я даже подумать не мог, что наша кровь настолько разная и не совместимая. Неужели и в самом деле, остаётся только один вариант, ждать, когда она сама к нам вернётся?
Сэм: Похоже именно так. Ковчег сказал, если она все ещё жива, значит, есть шанс. Тем более мы перепробовали всё, что можно, а с ограниченным количеством энергии на корабле, можно не так уж и много.
***
Сэм: Сколько уже прошло?
Кира: Около месяца.
Сэм: Мне иногда кажется, что монитор сломан. Каждый раз, когда я захожу в комнату гибернации и подхожу к её капсуле, то вижу одни и те же, стабильно плохие показатели.
Кира: Ты видел Адама?
Сэм: Да. Он постоянно либо наверху, либо здесь. Непривычно видеть его сгустком бесформенной субстанции.
Кира: Не знаю, как ты, но я ощущаю его боль и страдания, когда вижу или нахожусь рядом с ним. Мне безумно жаль его! Иногда я чувствую, будто он плачет или стонет. Похоже, они довольно сблизились с Зои, за то время, пока были рядом.
Сэм: Разве такое возможно?
Кира: Почему нет? Он же когда-то тоже был человеком! Именно так говорила о нём Зои. Думаю вполне возможно.
***
Аид: Как жаль, что нам так и не удалось вместе поужинать. Ты такая… Красивая. Смелая.
**
Ковчег: Ты уверен, что твоих сил достаточно?
…
Ковчег: В этом ты прав! На борту энергии хватит, даже если ты отдаёшь ей всё без остатка. Удачи! И. Я рад за тебя, как никогда.
«Мои ноги погружены в тёплый и мягкий белый песок. Я снова стою на там самом пляже, в том же самом месте, а небо все так же украшает уставшее солнце, опускающееся за горизонт. Вода выглядит почти неподвижно. Присутствует лишь лёгкое колыхание водной глади, прозрачной, как только что отполированное стекло. Невольно, голову начинают посещать воспоминания о том самом сне, руки, касающиеся меня, тёплые губы. Все так же чётко и явно, будто это произошло только что. Тайна его личности манила меня, заводила, отчасти возбуждала и может именно она вновь вернула меня сюда, в это замечательное место. Вдруг меня посетило странное и в то же время необычное чувство – острой необходимости. Мне не хватает этих рук. Взглянув на пылающий закат, я повернулась спиной к берегу, рассмотреть, откуда начинается песчаный пляж и увидела его. Он стоял прямо за мной, на расстоянии едва вытянутой руки и словно ждал, когда я обернусь, насладившись красотой моря. Высокий брюнет с короткой стрижкой, почти на голову выше меня, его фактурное тело, рельефный торс, всё разжигало огонь наслаждения внутри. Овальное лицо, слегка выраженные и подвижные скулы и эти большие и широкие глаза. Глаза удивительной красоты, будто турмалин, обрамленный чёрной окантовкой, с тонкими вкраплениями насыщенного изумруда. Эти глаза смотрели на меня, прожигая насквозь, обжигая губы и волосы. Кто же ты?
Слегка наклонившись, одной рукой он нежно взял меня за талию, а вторая легко коснулась моего подбородка. Он приподнял мою голову, не спуская увлечённого и чувственного взгляда с моих глаз. Тёплые руки обжигали каждый кусочек тела, которого он касался и почему-то мне это безумно нравится – все, что происходило на этом пляже и к чему все идёт, не смотря на то, что его личность мне совсем не знакома. К счастью это всего лишь сон, а значит, я могу оставить совесть за его пределами. А конце концов я может и вовсе уже погибла, а все происходящее всего лишь пост смертные иллюзии моего, в прямом смысле, больного мозга. Я просто хочу насладиться им, не задумываясь о принципах, последствиях, причине и следствии.