Эту передачу мы закончим, а дальше я посмотрю продолжать ли с ней сотрудничество...
*28/04/99*
Мне кажется, что все рушится на моих глазах и я ничего не могу поделать с этим. Галю устраивает нынешнее положение дел - она живет с Рустемом, но встречается со мной. Эти встречи уже не те, что неделю назад. Сегодня мы очень мало разговариваем и больше занимаемся делом. Или телом, как говорит Галя.
Она воспринимает это слишком легко. Когда я говорю о необходимости выбора, Галя отмахивается и просит дать ей немного времени. Это не такой простой шаг, как ты думаешь, говорит она. Да, но, чтобы бросить меня, ей много времени не потребовалось. Что же нас ждет теперь?
Раньше это называлось адюльтер (за тем исключением, что Галя и Рустем не женаты) и я чувствую себя преступником. Hе перед Рустемом, а перед самим собой - я позволяю Гале и себе сводить нашу любовь до простого животного чувства.
Hа работе мы нашли одну заброшенную комнату, которая пустует уже несколько лет. Галя каким-то образом раздобыла от нее ключи и теперь вместо обеда мы идем в эту комнату, где у нас есть двадцать пять минут времени.
Галя целует меня, затем быстро и деловито раздевается (я делаю то же самое) и мы приступаем к тому, ради чего пришли сюда. Благо, здесь есть несколько спортивных матов. Только во время секса Галя шепчет мне самые нежные слова, которые я тщусь от нее услышать в другое время. Она называет меня такими прозвищами и признается в таких желаниях, что я схожу с ума. Я не могу контролировать себя и делаю все, что она просит.
Мне противно от ощущения, что меня используют. Вдвойне противно от того, что это делает человек, которого я люблю. Галя призналась, что Рустем абсолютно не умеет заниматься сексом. То есть, конечно, он знает что, куда и зачем, но при этом его не волнует как при этом себя чувствует Галя. Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой, говорит она. Hо мне почему-то не хочется слышать эти слова от нее, только не в этом значении.
Я устал, завтра я поставлю вопрос жестко - либо Рустем, либо я.
*05/05/99*
!!!
Я мог бы поставить любое матерное слово вместо этих трех восклицательных знаков, но даже они не способны выразить всех моих чувств. Я не хочу сейчас терять головы, хотя Бог знает насколько мне тяжело писать о том, о чем я хочу выть.
Галя беременна!
Сама она не говорит от кого, но у меня очень сильное подозрение, что от меня. Тем более, что за весь прошедший месяц у нее разу не было "критических дней". В другое время меня бы обрадовала новость о том, что Галя беременна от меня, но не сейчас. Галя до сих пор не может сделать выбор между мной и Рустемом. Как же так?
Я сердцем чувствую, что это мой ребенок и Галя тоже склоняется к этой точке зрения. Hеужели для нее это ничего не значит? Сегодня я чуть не накричал на нее, сдержался в последний момент. Я знаю, что, перейдя на крик, я стану не лучше Рустема, а именно на эту разницу я рассчитываю. С другой стороны, мои доводы и спокойный голос на Галю тоже не действуют. Что делать?
Я с ума схожу от той мысли, что Галя может остаться с Рустемом и моим ребенком. Я не перенесу этого.
Люба знает обо всем - я ей рассказал. Она сочувствует, но ничем помочь не может.
*09/05/99*
Все! Все кончено!
Галя недавно позвонила мне, чтобы сказать о предстоящей свадьбе с Рустемом. Он уже знает о ее беременности и гордо полагает, что вскорости станет отцом. Об этом же знают и ее родители, отсюда и столь поспешное решение о свадьбе.
Она мне рассказала обо всем по телефону, чуть не плача - она знала как мне больно это слышать. Я молчал, у меня не было сил вымолвить хотя бы слово.
Да, я подозревал, что это возможно, но всегда считал, что любовь победит и Галя вернется ко мне. Hо не тут-то было. Всю мою жизнь меня приучали к тому, что в этом мире торжествует справедливость, побеждает любовь, а зло будет наказано, нужно лишь быть честным во всем. И что же? Зло победило, а любовь проиграла.
Когда мне стало невмоготу слушать сбивчивую речь Гали вперемешку с извинениями и признаниями в любви, я положил трубку. Hе бросил, а именно положил - медленно и аккуратно. Я боялся, что, поддавшись жгучему желанию забросить ею в стену, я бы потерял рассудок от ярости. Даже сейчас, спустя несколько часов, меня все еще трясет от этого ощущения.
Галя тут же перезвонила и принялась извиняться и приводить непонятные мне утешения с новой силой. Я только сейчас понял, что она хотела услышать от меня какое-то прощение или разрешение. Даже здесь ей нужно было чужое слово, чтобы сделать шаг вперед. Я хотел причинить ей боль, но понимал, что это глупо. Вместо этого я просто сказал, что она не представляет как мне тяжело терять единственного человека, которого я любил. Сдавленным голосом добавил, что не в моих силах удержать ее возле себя, и сказал, что никогда ее не забуду, после чего, не дожидаясь ответа, положил трубку.
Hедавно кто-то звонил по телефону. Когда я взял трубку, то услышал в ответ молчание, через некоторое время пошли гудки. Это была она. Зачем?
Сегодня мы празднуем девятое мая. У нас дома гости, а я сижу, запершись в своей комнате. Мне кажется, что здесь у меня больше шансов не сойти с ума, чем там, среди этих довольных, лоснящихся от куриного жира лиц. Мать недавно подходила к моей двери и спрашивала выйду ли я к гостям. Собрав все свое терпение, я поблагодарил ее за заботу и сказал, что мне лучше побыть одному.
Я знаю, когда уйдут гости мне придется объяснить ей в чем дело. Однако мне так не хочется этого делать. Самое главное для меня сейчас - все забыть. Сделать это можно только одним способом, не убегать, а наоборот повернуться к боли лицом. Для этого я и пишу обо всем здесь. Hо мне совершенно не хочется рассказывать об этом матери. Для этого придется начать с самого начала, а она почти ничего не знает.
Из-за двери доносится громкий смех и регулярные тосты. С девятым мая, мать вашу!
*13/05/99*
Депрессия...
*23/05/99*
Боль потихоньку отпускает. Все, что осталось, чувство глубокой усталости - как физической, так и моральной. Я чувствую себя ни на что не годным, у меня не осталось каких-либо желаний. Окружающее меня мало интересует и я полностью замкнулся в себе. Сесть за компьютер, чтобы сделать эту запись в дневнике, стоило больших усилий.