Мне и правда стоит переделать это в дневник. Я все больше убеждаюсь, что множество ценных мыслей, которые приходят в мою голову, заслуживают публикации. Какое же количество женщин – да что там, и мужчин тоже! – может воспользоваться ими. Самой большой сложностью, как мне кажется, при написании такого дневника остаются фамилии. Естественно, я не могла бы выразить свое мнение о родных и Яцеке. А выдумывать фамилии – дело невыносимо сложное. Впрочем, как говорит Гомбрович, наиболее невероятная фамилия, изобретенная автором, всегда может найти своего настоящего носителя.
Автор дневника, а точнее Витольд Гомбрович, совершенно прав. Я сам отмечал множество подобных случаев. Истинный носитель какой-нибудь фамилии ничего не имеет против, коль фамилия эта украшает героя романа. Тогда он читает книгу с блаженным удовольствием. И только если герой совершает какое-то свинство, настоящий носитель резко протестует.
Например, был у меня такой случай: в одном из романов я одарил фамилией Икс (не хочу тут ее упоминать, чтобы не вызвать новых проблем) двух дам, которых – поскольку этого требовал сюжет – причислил к аристократии. К тому же фамилия звучала по-польски красиво и хорошо. Роман, как и все мои другие, перед книжным изданием публиковался с продолжением в одном из варшавских еженедельников. И вот пока о тех дамах говорилось лишь то, что они симпатичны, хорошо сложены и вращаются в высших кругах общества, никто не протестовал. Но с одной из них произошел досадный несчастный случай. А именно, она рассталась при довольно забавных обстоятельствах с тем, что наша традиция вопреки всему считает неотделимым атрибутом принадлежности к девицам. И каков же был результат?.. Долго ждать не пришлось. Через два дня я получил от некоего адвоката Фенстергласса суровый протест. Его клиентка носила именно эту фамилию.
Адвокат от лица клиентки угрожал мне какими-то статьями криминального кодекса в том случае, если на протяжении… – и т. д. – я не изменю фамилию Икс на некую другую, поскольку обстоятельства романа оскорбляют родовую честь Иксов – ведь там одна из Иксов творит странные вещи.
Пани Ганка Реновицкая права также в том, что подобрать фамилию для героев автору непросто. Тут речь не только о злодеях, но и о персонажах, скажем так, героических. Назови, например, кого-нибудь из благородных адонисов фамилией, казалось бы, настолько неправдоподобной, как Цыньян, и что в результате? Месяца не проходит, как вся пресса захлебывается от новости, что некий Цыньян продал селянину колонну Зигмунта, трамвай и главный вокзал за несколько сотен злотых[65]. Фамилия Цыньяна-мошенника становится синонимом воровской ловкости. И как же тогда выглядит мой Скшетуский[66], отягощенный таким-то именем?!
То же самое относится и к названиям мест. Однажды я получил самое настоящее опровержение от бургомистра одного из небольших городков. В его Пикуткове никогда не жил никакой такой пан Александр Поварицкий, а потому не мог он и внезапно перебегать по улицам того города или поджигать конюшни пожарных.
Тут я должен признать, что мы с пани Ганкой изрядно посушили себе головы, прежде чем придумали для нее фамилию «Реновицкая» – как и несколько других, используемых в этом дневнике. Если речь о пане Тото, то мы и вовсе решили фамилии ему не давать. Но чтобы избегнуть любых недоразумений, я со всей определенностью хотел бы подчеркнуть, что Тото из «Дневника пани Ганки» не имеет ничего общего с князем Тото Радзивиллом[67], хотя, вероятно, он и не меньше последнего известен в Варшаве и в некоторых районах Польши. (Примеч. Т. Д.-М.)
Я решила остановиться на день в Кракове. Там как раз находится тетя Баворовская, и мне стоит ее посетить. Я не видела ее со времен детства.
Забавно, что называю ее тетей, хотя она на два года младше меня. К счастью, я сама тетей никому не прихожусь. Это страшно старит. Но ведь подобного не избежать. Данка уже сегодня обещает, что у нее будет шестеро детей. Ужасно! Впрочем, от ее пана Станислава вполне можно ожидать такого. Представляю себе его отцом семейства, невыносимо серьезно и патриархально поглаживающего по головкам своих шестерых красотулек. Я убеждена, что и во время ласк они двое станут думать о необходимости естественного прироста в нашей державе, нежели о чем-то ином. Жизнь, по сути, невероятно смешна.
Однако на «четверг» я не попала. Мне чуточку хотелось, но по причине задержки в Кракове у тетки Баворовской имела прекрасное оправдание для себя и Тадеуша. Я выехала дневным поездом, а завтра вечером уже буду в Крынице.