Я хихикаю, когда Грэмми замедляет шаг.
— Ты собираешься остепениться? — Фостер бросает на меня взгляд, и я закатываю глаза. — Да ладно, кого ты обманываешь? Я знаю, что между тобой и Уитни что-то происходит.
Он сужает глаза и тоже притормаживает свою лошадь.
— Потише, — шепчет он, его глаза метнулись к Саттон, которая увлеченно беседует с Джошем.
Еб*ный Джош.
— Она не слышит, но даже если бы и слышала, ей двадцать четыре года. Уверен, что она хотела бы видеть тебя с кем-то, чтобы ты не был одинок до конца жизни.
Он нахлобучивает шляпу и говорит так тихо, что я едва его слышу.
— Я бы с удовольствием остепенился, женился на Уитни, но меня многое останавливает. Во-первых, она на шесть лет моложе меня.
Я скрываю свое раздражение.
— Разница в возрасте в наши дни ничего не значит.
— Она также работает со мной.
Боже.
— Знаешь, служебные романы сейчас в моде.
— Что насчет Саттон?
Я отмахнулся от него.
— Возможно, у нее есть дела, с которыми она разбирается. После того, как я узнал ее поближе, благодаря этому лагерному проекту, могу сказать, что она не будет против.
— Ну не знаю.
Я пожимаю плечами.
— Ладно, будь одиноким ублюдком, мне все равно. Просто появляйся на работе, чтобы мне платили.
Он хихикает, а затем становится серьезным.
— Что насчет тебя?
— А что насчет меня? — спрашиваю я, прекрасно понимая, о чем он говорит, но желая затянуть разговор.
— Когда ты собираешься успокоиться?
Я заметил, что он не говорит «остепениться», но опять же, я хочу проигнорировать эту колкость. Он не жесток.
Солнце начинает спускаться за горизонт, окрашивая небо в оранжевый цвет, а облака — в фиолетовый. Я понимаю, почему Фостер любит это место. Спокойствие и мир, вдали от всего. Это немного напоминает Килларни (прим. пер.: Килларни — город в Ирландии, находится в графстве Керри), но не так красочно. Возможно, однажды я смогу представить себя отдыхающим в таком месте, за вычетом всего лошадиного дерьма.
— Остепениться — это не для меня. Быстротечная жизнь — это про меня.
— Это не так, и я не говорил «остепениться». Я сказал «успокоиться». — Он останавливает свою лошадь, и я тяну за поводья Грэмми, и, к счастью, она повинуется. — Чтобы успокоиться, тебе нужно найти то, что приносит спокойствие. Оно в тебе, и в течение недели или около того я видел это. А теперь все пропало. Тебе нравится думать, что стремительная жизнь — это то, что тебе нужно, но ты прикрываешься этим.
— Да? — я хихикаю. — И какую жизнь я на самом деле хочу?
— Ту, которой у тебя не было в детстве.
Черт, надо отдать должное Фостеру, он точно знает, как определить чье-то слабое место. Он должен быть моим психотерапевтом, потому что в одном предложении он практически обрисовал всю мою жизнь.
— Да, ну, не у всех может быть белый забор.
— Ты можешь все это иметь, просто ты решил не делать этого.
Я бросаю взгляд на Саттон, которая спешивается со своей лошади, на этот раз без помощи Джоша. Черт возьми.
— Так проще.
— Не позволять себе чувствовать? — напирает Фостер.
— Именно так. Как только ты позволяешь себе чувствовать, сразу же получаешь удар в лицо.
Я предпочитаю быть оцепеневшим, что было чертовски трудно сделать с тех пор, как я попал сюда. Спасибо за это.
Он не сразу отвечает, смотрит на закат, царственно восседая на своем коне.
— Я работал со многими молодыми парнями с подобным отношением. И видел, как некоторые из них превращаются в мужчин, которые находят свой путь в этом мире, и также видел, как некоторые не справляются. — Фостер поворачивается ко мне. — Ты уже не мальчик, но еще и не мужчина, Роарк. Ты где-то посередине. Мужчина берет жизнь в свои руки и выжимает из нее максимум. Ты чертовски хороший агент, и я благодарен за это, но ты на грани потери всего, ради чего работал. Не будь неудачником, будь мужчиной. — Глядя мне в глаза, он говорит: — В жизни человека наступает момент, когда он должен решить, будет он действовать и добиваться чего-то или будет сидеть сложа руки и никогда не раскроет свой потенциал. — Он сжимает мое плечо. У меня пересохло во рту, а внутри все сворачивается узлом. — Тебе есть что дать, позволь себе это. Ты удивишься, как счастье может изменить твой взгляд на жизнь.
Криво улыбнувшись, он еще раз похлопал меня по плечу, прежде чем направился в сторону конюшни. Мне должно быть неприятно то, что он сказал, но вместо этого меня зацепили его слова.
...ты на грани потери всего, ради чего работал. Не будь неудачником, будь мужчиной.