Глава 9. Правильные пчёлы.
Пара недель ушло на зачистку территории от неправильных пчёл и мишке пришлось пройти в портал. Снова лес, медведь насторожился, ожидая нападения, но всё было спокойно никто не нападал. Косолапый занервничал, ему нужен мёд. Принюхавшись он ощутил еле уловимый аромат прелестной субстанции, с предельной осторожностью последовал на встречу аромату. Три дня пути привели его к скале, на которой было много гнёзд диких пчёл, которые свисали гроздьями на камнях. Насекомые завидев пришельца, напали на топтыгина больно жаля, с лёгкостью пробивая толстую шкуру. Косолапому пришлось отступить, пчёлы потеряли интерес к жертве, когда он отбежал на сотню метров. Места укусов чесались и всё тело распухло. Михайло Потапыч качался по земле ревя на пчёл, в его голове рождался план мести, но сначала нужно добыть немного мёда. Лесной барин пошёл в обход найдя место, где можно взобраться на скалу. Скалолаз из него был аховый, однако упёртость косматого была запредельной. Семь дней спустя он осилил скалу и развалившись на её вершине отдыхал, впереди виднелась долина, окружённая скалами. Однако красота не волновала берложника, он целенаправленно двигался в сторону жилищ пчёл. Во время бегства он не смог уничтожить ни одной. Скорее всего постарался хозяин этого места, сделав их неуязвимыми. Но нас это не остановит. Лавируя на острых скалах, мишутка добрался до места проживания правильных пчёл. Тихонечко выглядывая сверху осматривал жилища полосатиков. Для его плана нужно выбрать большое скопление домиков. Выбрав место, мишка, прижавшись животом к скале заскользил вниз, когтями пытаясь затормозить движение. Вот его упитанная попа сбила первый домик, и вокруг него образовался рой пчёл, что, не жалея своих жизней жалили довольно улыбающегося косолапого. По дороге вниз было сбито ещё три домика и подрезано ещё два. Один из которых упал вниз, а второй завис на скале, больно ударив в самое сердце Потапыча. Приземление не пошло на пользу здоровью, мишка ковыляя бросился в лес. Он уже не видел куда двигает своё громоздкое тело. Всё его лицо заплыло от укусов пчёл, которые умирали после каждого укуса. На его опухшем лице была довольная улыбка, больше напоминая оскал. И эту улыбку не убрали даже столкновения с деревьями, что ставали на пути беглеца. Наконец пчёлы отстали и косматый упал на землю, начав рычать и реветь он катался по земле, пытаясь унять зуд во всём теле. Но даже это не испортило настроение, ведь он предвкушал как будет слизывать вкусный мёд со своих лап, и это ожидание наслаждения придавало сил. Спустя день, веки хищника немного приоткрылись и в мелкие щёлки медведь мог увидеть, что творится вокруг. Он не стал осматриваться или ждать полного выздоровления. Хищник крался в сторону жилищ пчёл. Дорогу найти было легко, убегая он проложил неплохую просеку по которой было удобно ориентироваться. В сотне метров от жилищ пчёл косолапый прижался к земле, с его пасти уже капала слюна, но он не спешил. Его взор был направлен на бугорки упавших жилищ, которые выдержали падение. Пчёл рядом с упавшими домами не было и он выбирал самый большой, хотя все они были примерно одного размера. Медведь смотрел и ответственно пытался выяснить какой бугорок больше, наконец выбрав цель, он сорвался с места побежав в сторону желанного мёда. Прибыв на место не рассчитав сил откусил кусок домика, по его пасти растёкся прекрасный мёд. Он придавал сил, но жалящие пчёлы нагоняли уныние. Выбора не было, нужно терпеть. Медведь покатил домик по земле, нежно подбивая его лапами. Полосатые жалили в незажившее тело, мишка ревел, но не сдавался, целенаправленно катил вкусный правильный мёд от правильных, злых пчёл. Сто метров дались нелегко, но он сделал это. Пчёлы отступили, оставив ревущего медведя с его добычей. С опухшим рылом, зудом по всему телу медвежьи челюсти впивались в домик, добывая мёд. Этот вкус был самым лучшим на земле и на некоторое время, даже боль и чешушчееся тело не могли прервать удовольствие от поглощения живительного эликсира. Мёд был не простым, раны на теле заживали быстро, делая его и так мощную кожу ещё более крепкой. Поглотив весь мёд, развалился на земле вспоминая это прекрасное чувство, что разливалось по его телу. Глаза сами устремлялись в сторону, где его ждали домики с этим нектаром. Пососпротивляшись минуты две, он встал и побежал в сторону, где его ждала вкусняшка. Живительная вкуснотища разливалась по пасти медведя, приводя его в восторг, искусанное тело всё меньше беспокоило топтыгина. Целый месяц медведь тиранил пчёл, и в конце они оставили скалу и свои дома, улетев в сторону долины. Я могла сказать ему, что так делать не следует, но не могла. Этот мир являлся наследием и всё что здесь есть нужно взять с собой, хотя голос, что кричал на мишку и не был согласен с моими мыслями, но это не суть. За это время шкура медведя стала толще, сам мишка сильнее. Его скалолазные способности развились до невероятных высот, теперь не каждая кошка сможет сделать то, что он умудрялся вытворять на скалах. Ловкость, сила и другие показатели выросли. Теперь этот зверь мог и не получать наследие, став сильнее и умнее прежнего себя. Но было и один минус, это – мёд. Такого прекрасного мёда он не сможет попробовать никогда, и теперь мишку ждёт неприглядная жизнь без вкусняшки. Этот минус был настолько серьёзным, что расстроил даже меня. Но приняв реалии жизни медведь побрёл в долину, что раскинулась меж скал, преследуя пчёл, улетевших в том направлении.