— Она немецкая шпионка, приехала в нашу страну и убивала наших людей. А для тебя лично — спала с твоим любовником, по которому ты до сих пор сохнешь!
— Это не важно! — Зине хотелось кричать.
— Хорошо. Пусть так, — Бершадов порылся в кармане и вытащил оттуда ампулу без надписи и шприц, — тогда вот это. Сыворотка правды. Колешь своей рукой. Она говорит, что знает, и больше никто ее до расстрела и пальцем не тронет. Это я тебе обещаю.
— До расстрела? — отшатнулась Зина.
— А ты думала, ее в санаторий, на усиленное питание? Она сама прекрасно знала, что ее ждет. Надеюсь, ты не собираешься ее спасать?
Дрожащими руками Зина взяла ампулу, раздавила кончик в пальцах, наполнила шприц.
— Прости меня, — подошла совсем близко.
— Будь ты проклята, сука, — раздалось в ответ.
Зина оттянула кожу предплечья и решительно всадила иглу. Ровно через минуту после укола на губах женщины выступила пена, глаза закатились, и она упала на пол в жутких судорогах… Тело извивалось, из горла вырывался хриплый рык.
— Что это? — закричала Зина, роняя шприц на пол.
— Состав недоработан, вначале всегда испытывают жуткие муки, — ухмыльнулся Бершадов. — Но ничего, скоро пройдет.
— Где книга? — он подошел вплотную к извивающемуся на бетонном полу телу. — У кого? Говори!
— Я не знаю. Ее потеряли. Я не знаю… — Женщина вдруг затихла.
Зина бросилась к ней. Глаза Дины закатились, тело выгнулось в дугу и вдруг застыло. Она была мертва. На бетонном полу лежал труп.
— Это убило ее! — закричала Зина, отшатываясь к стене. — Ты знал…
— Ну разумеется, знал, — последовал холодный ответ. — Разве ты не помнишь, что я говорил тебе про расстрел? Тело было ослаблено пытками, а дозу специально подобрали большую. Потому я и хотел, чтобы укол сделала ты.
Зина вжалась в стену, ей не хватало воздуха. Так и сползла вниз, погружаясь в спасительную темноту.
Очнулась она в своей комнате, лежа в кровати. Рядом с ней на стуле сидел Бершадов.
— Такая мягкотелость — позор! — сурово сказал он. — Когда ты приучишься к главному правилу чекиста — никакой жалости к врагам! Просто позорище.
— Не трогай его… — из глаз Зины хлынули слезы, — со мной делай все, что угодно… Но только не трогай его… Меня убей…
— Как мерзко, — лицо Бершадова было бесстрастным, — я и не думал даже. Этот твой Барг еще нам пригодится, такое он слабохарактерное, инфантильное ничтожество. А вот ты…
— Меня убей, — из глаз Зины все катились и катились слезы, она понимала, что это истерика, но ничего не могла с собой сделать, — убей…
— Я подумаю, — серьезно отозвался Бершадов и пошел к двери. В дверях обернулся: — Ты хоть понимаешь, что это тупик?
Зина приходила в себя два дня, и все это время ее мучило страшное слово, сказанное Бершадовым. Тупик — для кого? Для истории, лично для нее?
И только к концу второго дня озарение пришло, как посыл свыше. Как могла исчезнуть книга из библиотеки, пока в кабинете Марички сидела она, Зина? Ответ пришел яркой вспышкой! Женщина из общества по защите слепых!
Единственный человек, который заходил в кабинет. Она хамила, но это могло быть игрой. И Маричка собиралась отдать ей книги! Мгновение — и Зина уже мчалась в библиотеку за адресом.
Общество по защите слепых находилось на Пересыпи и представляло собой нечто вроде приюта, дома инвалидов. В нем жили слепые люди, там же они делали скромные поделки.
Зину встретила приятная женщина лет тридцати.
— Простите, — растерялась Крестовская, — но я видела другую заведующую.
— Да, я временно исполняю обязанности, — печально сказала женщина. — Прежняя заведующая умерла, и меня назначили только неделю назад.
— Умерла? — отшатнулась Зина.
— Да. Нас пытались ограбить. Вломились в ее кабинет ночью и ударили тяжелым предметом по голове.
— И что забрали?
— В том-то и дело, что ничего! Не смогли взломать сейф.
— Как это — вломились ограбить и не смогли открыть сейф? — не поняла Зина.
— В милиции подозревают, что это сделал один из наших постояльцев, бывший монах.
— Бывший монах? — переспросила Крестовская.
— Да. Свято-Успенского патриаршего мужского монастыря, здесь, в Одессе. Он был на 16 станции Большого Фонтана. Сейчас монастырь закрыт. Монах инвалид, и его отправили к нам. А вы, собственно, по какому вопросу?
— Да так, ради книг из библиотеки, хотела уточнить. Я еще к вам зайду, — Зина наплела еще какую-то чушь и сбежала. Женщина подозрительно смотрела ей вслед.