А где тот, одутловатый?
Опять привиделось?
Мне и правда, пора отдохнуть.
Резко ускорил шаг и безвольно опустился рядом с Тошей. Обмяк.
– Дружище, ты сегодня какой-то странный, дерганный весь, – заметил он. – Точно призрака увидел.
Как же он прав.
– Знаю.
– Похоже, ты все же заболел…
– Не отдам, даже не надейся, – вот же лисья натура! Своего сладкого что ли мало? Я фыркнул и демонстративно куснул эскимо.
– Ну, вот, – а, он уже все схомячил. – Простынешь, сам виноват.
– Кто бы говорил!
– Ладно, так и быть. Будем лежать в одной палате.
– Только если в психушке.
– Это уж точно.
Мы рассмеялись. Мы просто знаем больше, чем стоит говорить. Мы просто видели то, для чего нет, да и не будет объяснения.
Но может оно и к лучшему?
Кошусь на мороженщика. Обычный. Но вот за его спиной… Там стоит другой. Плачет и смеется, стараясь обнять парня.
***
После мороженного мы еще зашли в продуктовый и купили сладостей к чаю. Не с пустыми же руками являться. Соха, конечно, примет нас любыми, но все же совесть-то должна быть. Не радушно это, да и не по-дружески.
А так мы вместе попьем чай. Он у него хороший, северный и согревающий. Бодрит и настраивает на беседу. А что еще нужно? Люблю я наши посиделки втроем.
Нажал на потертый, висящий на проводах звонок. Звука не слышно, значит, Ларс опять его сломал.
Тоша саркастически поднял бровь, мол, гляди, ничего-то сам он не может, наш великий охотник. Как будто самого Тошку заботила бы такая мелочь, как звонок. Особенно когда в принципе и не ждешь гостей.
Я его проигнорировал и застучал в дверь. Где он ее только нашел? Она явно старше самого дома. Ржавая вся, погнутая, в потеках, сверху и вовсе гарь, а в центре в нее словно головой долбились. Вон и кровь засохшая есть.
Два спокойных удара, три быстрых, один спокойный. Раз, раз, три, раз. Так он сразу поймет, что это мы.
– Приперлись? – дверь резко распахнулась, заставив меня отскочить. Он что, караулил?
– Изображал из себя сторожевого пса? – я иронично усмехнулся. Но Соха вновь никак не среагировал.
– Спасался, – отрезал тот. Божечки, научите его говорить подробнее и нормальнее, а не этими рублеными фразами. Я даже готов заплатить тому, у кого это получится.
– От чего? – Тоша опять навалился на меня, словно собирался залезть ко мне на спину.
– От бедствия, – Ларс дернул меня за руку и затащил нас в квартиру, тут же захлопнув дверь, будто опасался, что мы сбежим.
В его узком коридорчике прибавилось обуви. Пара женских кроссовок. Позвал кого-то еще? Может, мы в следующий раз зайдем? Не будем мешать его свиданию. Вот так бывает, думаешь, что человек сухарь, а он уже личную жизнь устроил, пока ты там что-то предполагаешь. Покосился на дверь. Тоша синхронно повторил этот жест.
– Может, мы это… заколебался он между любопытством и подозрениями.
– У тебя гости, Ларси? – тут же раздалось из комнаты. Точно, женский голос. Я бы даже сказал девчоночий. Звонкий и несколько обиженный. – А мне сказать? Я же твоя…
Твоя? Я не ошибся? У Ларса теперь есть девушка? А она знает о том, кто он? Чем занимается?
– Заткнись, я тебя вообще не ждал, – рявкнул наш вечно спокойный Соха. Ого, он и так умеет. Неожиданно. Я думал, что ничто не способно выбить его из колеи. Он же просто олицетворение душевного равновесия. Да и почему он так с ней?
Нахмурился. Непонятно.
В комнате какой-то шум, писк, тихий смех. Я с любопытством заглянул внутрь, Тоша же не стал ждать и опять пихнул меня, заставив сделать еще пару шагов и оказаться в комнате, чуть ли не в самом центре. Соха вошел последним, сел на стул с одеждой и сжал виски, точно готовился произнести речь перед казнью.
Я же тем временем осмотрелся. Привычная берлога друга, только диван теперь расстелен, в правом углу чемоданы, а на полу одеяло. Ах, да. Самое главное. На диване и в кресле. Целых две представительницы прекрасного пола.
На диване, на животе лежит девчонка, подложив под грудь подушку. Перед ней раскрыта книга, типа небольшого дневника с картинками. Иллюстрация мне довольно знакома, точнее существо, изображенное на ней. Мара – скандинавский злой дух или демон, о его, точнее ее принадлежности большего сказать не могу. Садится на грудь и вызывает кошмары, иногда душит. Порой ее описывают бесплотной или чудовищной, но дед рисовал ее, как довольно красивую женщину, с очень светлой кожей и удлиненными конечностями и пальцами. Так же она выглядит и на этой картинке. Автор явно хорош и знает толк в своем деле.
Я одобрительно кивнул.