Невысокая, стройная, точно тростинка, говорит то, что рыбак не может понять, но заставляя все тело дрожать в немом восхищении. Еще немного и она заплачет, но рыбак не намерен ее отпускать. Он наконец-то почувствовал себя живым, а без сокровища это чувство пройдет.
А потому он повел лодку к дальнему берегу, чтобы никто его не увидел и не отобрал девушку. Каждый, будь то нищий крестьянин или сам правитель земель, захочет забрать ее себе.
Рыбак пытался коснуться девушки рукой, но кожа ее была столь холодна, что он обжегся. Что за напасть. Как же тогда ее достать из лодки? Скоро взойдет солнце – ему нужно спешить.
Девушка плачет, он гребет. Песнь становится печальнее и отчаяннее. Теперь поют для него?
Вот уже встало солнце, оборвав мелодию и распугав тени своими первыми ласками. Лучи проскользили по воде и заглянули в лодку, девушка тут же вскрикнула.
Ей больно? Рыбак обернулся, чтобы проверить свое сокровище, но обнаружил лишь лужицу кристальной воды, в которой плавал лотос.
Его чудесная рыбка испарилась, точно была соткана из тумана. Погибла под первым солнечным лучом и забрала с собой сердце рыбака, навеки упокоив его душу и разрушив жизнь. Её привычная серость стала ему ненавистна.
Так он позабыл обо всем, отдавшись лишь поискам. Каждую ночь он устремлялся к озеру и ждал, когда же запоет тот чарующий голос, но певец все никак не являлся.
В итоге рыбак потерял и покой, и семью, а пруд покрылся илом. Больше некому в этих местах просить луну вернуться и ждать того, кто ищет для нее цветы. Может, и не было смысла ждать?
***
– Так что там? Вы видели? – Тоша сгорал от любопытства, изображая из себя плюшевого мишку Кайсы. Девчонка явно любит обниматься, а он ничего не имеет против. Конечно, он был бы больше рад, если бы так к нему прижималась Верочка, но это уже совсем другая история.
Я же примостился на подлокотнике кресла, Кристал вновь уселась на своё место, а Соха стоит в центре, точно соляной столб. Каждый чего-то ждет, делая вид, что просто пьет чай со сладостями. Почти не чувствую вкуса. Хлебаю его, как воду, заедая печеным.
Тут могла бы повиснуть долгая пауза, точнее обязательно бы повисла, будь мы втроем, но сестренка нашего невозмутимого Ларса – его полная противоположность, даже более шумная, чем Тоша. Если Ларс скала или величественный хозяин леса, то она горная речушка, не ведающая покоя, или бельчонок, носящийся с ветки на ветку. Туда-сюда. Как рыжая молния.
– Братик нам ничего без вас не показал! – возмущение и обида.
– Я вообще…
Да и правда, чего это ему показывать существо малолетней сестренке и непонятной девице? Тем более…
Смотрю. Думаю. Что-то не сходится.
– Я одно понять не могу…
Что? Я говорю вслух? Обычно я гораздо сдержаннее.
Кристал зыркнула на меня, она знает, что я спрошу. Все же умная девушка. Качает головой и даже просит взглядом.
Мне-то какое дело? Правильно…
– Почему падчерица твоего отца приехала к твоей матери?
Кайса сжалась, Кристал поджала губы. Она сердится и не может понять мои мотивы. Но все намного проще – их просто нет. Меня интересует правда, да и только, хотя я сам всего лишь лжец.
– Саш, ты чего? – Тоша недоуменно погладил девчушку по волосам. – Мало ли что случилось?
– И правда, с чего это, Белка, – Ларс нахмурился. Серьезно, он сам об этом не подумал? Только что он опустился в моих глазах. А это что? Выходит я не зря подметил ее схожесть с этой зверушкой. Как забавно.
– Ты не читал сообщений?! – Кристал возмущенно всплеснула руками, чуть не пролив чай. Кажется, она разозлилась. Стала похожей на фурию из древних легенд. – Он… Он больше не с нами… В завещание же передал нас под опеку твоей матери.
Что-то все же не сходится. Что-то не дает мне покоя.
Внутренне усмехаюсь. Загвоздка в самой Кристал. Она старше Кайсы и по закону является уже самостоятельным человеком. Ее нельзя передать. Кто же она на самом деле? Почему назвала себя падчерицей Сохиного отца? И самое главное – ни Кайса, ни Ларс, ни даже Тоша не сомневаются в ее словах и верят всему, что она скажет.
Что-то не так с ними или со мной? Я ищу заговор там, где его нет?
– Вот оно как…