– Мне ваш номер дала тетуш… А-агата… – сбивчиво начал я, не зная, как объяснить от кого я, но он меня сразу перебил.
– Она меня уже предупредила. А так же сказала, что именно вам нужно, – добавил он с нажимом и некоторой неприязнью. Ему явно не нравилось то, как придется возвращать должок. Неужели откажет?
– Что-то не так? – мой голос стал обеспокоенным, что не укрылось от Тоши. Тот тут же подался вперед, как гончая, ожидающая команды. Сжал ладонями колени так, что костяшки побелели, а в глазах читалась паника.
– Да нет, – мой собеседник тихо выдохнул. – Просто Коленька не самый обычный пациент. Должен предупредить вас, он может быть буйным.
– Нас это не пугает, – слегка улыбнулся я. Отлично… Главное, встретиться с ним, а там посмотрим, насколько он опасен.
Моя реакция успокоила друга, и он расслабленно откинулся на спинку стула, ожидая конца разговора. Взял на руки котю, почесал за ушами.
– И на счет этого, – голос стал еще строже. – Не более троих. Все же это больница, а не музей. Экскурсий не водим. Толп не создаем.
– Я все понимаю, Игорь Алексеевич. Правила есть правила и не нам спорить, учитывая, что вы и так идете нам навстречу.
– Хорошо, – голос стал чуть мягче и доброжелательнее. – Тогда вам будет удобно завтра. В десять, полагаю, – не спрашивает, а утверждает.
– Конечно, – согласился я. Он ведь может и передумать, что совершенно нежелательно.
На этом мы и простились. Тоше придется ждать, чему он был не особо рад. Но все же так мы получим свое и притом в ближайшее время. Это гораздо лучше, чем ничего. Особенно учитывая план Антона. Лезть в лечебницу, как вор… Такое себе занятие.
– Жаль того снимка нет, – наконец вздохнул он после длительного молчания. – Так мы его ни остальным, ни Николаю не покажем.
– Сомневаюсь, что они знают хоть что-то о том человеке, – я отрицательно покачал головой.
– Всякое может быть. Ты же видел кого-то похожего.
А в этом была и доля истины. Никогда не знаешь, где найдешь нужное. Однако я именно видел, а не знал. До сих пор даже предположить не могу, кто он и что из себя представляет. Хотя реакция деда меня сильно озадачила.
Хм. Если этот мужчина со снимка нежить, то довольно сильная, я полагаю. Не каждое существо способно выглядеть, как человек и скрывать свою суть. Я не чувствовал от него ничего потустороннего. Единственное, что напрягало – глаза. Слишком умные, цепкие, не подходящие его облику. Точно душа и тело принадлежали разным созданиям. Глаза расчетливого зверя, а тело безумного старика.
– Попробуем описать, – решил я. Было ощущение, что в затылок чем-то кольнуло, точно кто-то прожег меня взглядом. Крайне неприятно. В какой-то степени даже болезненно.
Обернулся.
Никого.
Видимо становлюсь слишком мнительным. Другого объяснения у меня нет. Все же мой дом больше похож на крепость. К тому же Тень оберегает его. Ее рисунки еще никогда не подводили.
Руки, бьющиеся в стекло. Им не прорваться. Не пройти. Почему же тебе так страшно?
Тоша скептично хмыкнул. А что еще делать? Других предложений ведь нет? Тогда нечего и возмущаться.
Он же демонстративно, словно во всем был виноват только я один, вытащил дневник из середины стопки и углубился в чтение. На обложке была изображена ветвь гинкго, оплетённая драконом. Несгибаемое дерево, пережившее бомбардировку, соединенное с символом силы и удачи, дарующим влагу. Совсем не близко с тем, что мы ищем. Холодно, Антоша, холодно.
Он погрузился в атмосферу Китая, где дед пробыл довольно недолго. Он был там только гостем. Впрочем, как и в любой стране, где ему довелось побывать. Однако не везде у него были те, с кем он мог провести время и рассчитывать на помощь. В Китае такие люди были или даже есть. Те же его знакомые из Датуна, что водили его на Хэншань.
Там же он видел драконов.
Я усмехнулся, погладив котю, перешедшую ко мне. Она подставила мне голову и замурчала, устроившись на моих ногах. Интересно, когда она скинет свою кошачью шкуру, придет ли навестить меня? Или забудет после своих девяти жизней?
Но мне бы хотелось посмотреть, какой она станет. Моя котя. Безымянная и самая родная.
Существо без имени неполноценно. Так говорил дед. Но забыл сказать, что с ним оно беззащитно.
Если привязаться к кому-то, то потом будет очень больно.
Печально улыбнулся и взял ее на руки, как ребенка.
***
Вскоре Тоша ушел. Ему нужно было идти заниматься своим немецким, чтобы впечатлить Верочку. Хотя я сомневаюсь в успехе данного мероприятия. Лучше бы он просто попробовал с ней поговорить. Узнать ее, как человека, а не восхищаться образом.