Сидя в тишине, Роберт проглотил завтрак. Затем почистил зубы и подхватил рюкзак, собираясь отправляться в школу. И тут он почувствовал знакомое копошение в сумке. Мальчик расстегнул молнию. Писк и Скрип радостно улыбнулись ему.
— Вы хотите пойти со мной? — удивился Роберт. — В школу?
Писк кивнул. Скрип застучал зубами.
Роберту эта идея не понравилась. Он не думал о Гленне Торкельсе все выходные — новые любимцы отвлекли его от горестных мыслей, — но знал, что мучитель захочет отомстить ему.
— Вы должны пообещать мне, что будете вести себя тихо, — сказал он. — Не пищите. Если кто-нибудь заметит что-то подозрительное, я не смогу вас защитить.
Писка и Скрипа такие условия, кажется, устроили. Роберт застегнул рюкзак и вышел за дверь.
Школа Лавкрафта находилась в восьми кварталах от его дома. Когда Роберт подошел к школьному двору, то сразу понял, что что-то не так. На парковке стояло пять полицейских машин и два фургона отдела новостей. Рядом со стойкой для велосипедов тележурналист с микрофоном в руках что-то говорил об «ужасной трагедии, всколыхнувшей этот тихий район». Оператор снимал его.
Роберт ускорил шаг, направляясь к входной двери. На цифровом щите у главного входа в школу светилось новое объявление:
Пропала ученица!
Ученица седьмого класса Сильвия Прайс объявлена в розыск.
Если у вас есть какие-то сведения о ее местонахождении,
пожалуйста, сообщите учителю или позвоните 911.
Рядом находилась фотография девочки с длинными рыжими волосами. Роберт узнал одну из близняшек, которых он видел на уроке профессора Гульи.
Весь оставшийся день Роберт не мог думать ни о чем другом. В коридорах только и делали, что сплетничали и распускали глупые слухи. Говорили, что Сильвия сбежала из дому и уехала в Нью-Йорк. Говорили, что ее похитил какой-то заезжий тип. Говорили, что ее видели в лесу за школой Лавкрафта. Но что произошло на самом деле, никто не знал.
Большинство учителей Роберта были очень огорчены из-за того, что случилось. А мистер Лумис — сегодня он был в желтовато-зеленом вязаном жилете — даже казался рассерженным.
— Вам, дети, нужно прислушиваться к голосу здравого смысла! — говорил он, расхаживая туда-сюда по аудитории. — Не разговаривайте с незнакомцами! Будьте внимательны, если вам приходится куда-то идти вечером! Будьте осторожны в незнакомых местах! Берегитесь новых людей!
Роберт и так все это знал. С тех самых пор, как ему исполнилось пять лет, воспитатели и учителя предупреждали его об опасности, которая может исходить от незнакомцев. Но все в классе внимательно слушали мистера Лумиса. Они понимали, что он просто расстроен и хочет предотвратить повторение трагедии.
В полдень Роберт вышел на стадион и разделил с Писком и Скрипом бутерброд с ветчиной. Его любимцы с удовольствием выбрались из рюкзака. Они резвились на трибунах, бегая вверх-вниз. Роберт охранял малышей, следя за тем, чтобы их не увидел кто-то из учителей или учеников.
— Вы сегодня очень хорошо вели себя, ребята, — сказал он Писку и Скрипу. — Сидите так же тихо, и все будет в порядке.
Когда Роберт пришел на естествознание, парты слева и справа от него были пусты. По словам одноклассников, Сара Прайс решила остаться дома с семьей и помочь полиции расследовать исчезновение Сильвии.
В классе воцарилась непривычная тишина. Даже животные в клетках не издавали ни звука.
Профессор Гулья вошел как ни в чем не бывало. Бросив кожаную сумку на стол, он повернулся к доске.
— Мы продолжим с того места, на котором остановились в пятницу, — заявил он, рисуя на доске человеческий череп. — В черепе восемь разных костей, и любой, кто хочет сдать этот предмет, должен выучить их названия.
И вдруг он повернулся к классу и сморщил нос.
— Что это за омерзительное зловоние?
Роберт и его одноклассники переглянулись. О чем он говорил? В классе пахло точно так же, как обычно.
Линн Скотт, одна из девочек, сидевших за первыми партами, подняла руку.
— Профессор Гулья, вы расскажете что-нибудь о Сильвии Прайс?
Профессор удивленно вскинул брови.
— О ком?
Линн указала на пустой стул.
— О девочке, которая пропала вчера ночью.
— Ах, да. Одна из монозиготных близнецов.
Гулья уселся на стол и сложил руки на коленях, будто собирался рассказать классу сказочку на ночь.