Осталось рассказать про этот день совсем немного. Как одуревший от жары брел по шпалам: сойти в сторону нельзя — речушка Грязна постаралась — кругом болотистый лес. Стало заходиться в перебоях сердце. И в этот момент я дошел до полустанка 311-й километр, где добрая русская женщина Екатерина Михайловна Чукаева не только накормила, напоила, но и как-то незаметно рассказала о своей жизни здесь, посреди лесов; как дала мне на дорогу банку молока и яиц, пожелав доброго пути и прося написать ей, как только вернусь домой; как доплелся вечером до станции Киреевская, зашел в здание вокзала, достал спальный мешок и уснул на деревянной скамье. Входили и выходили люди, удивленно смотрели на чудака, кто помоложе и посмелее, даже подходили. Но мне было все равно. Я спал, и мне снилась девочка в белом платье. Мне было хорошо. И почему-то хотелось плакать.
20 июня. Солдатская Богоматерь
Удивительно. Поднявшись рано утром со своего деревянного ложа, я почувствовал, что отдохнул прекрасно. Ноги будто сами просились в дорогу. Единственное, что беспокоило, так это сама дорога. В своем пути я старался избегать больших асфальтированных дорог, напрямую соединявших города, предпочитая те, которые у нас скромно называют «дорогами районного значения». Вот почему в Белев я направился не прямым путем, на восток, а на юг, через козельские и белевские деревеньки. Пусть путь будет длиннее, но интереснее. Однако в данном случае не нужно было забывать, что Белев — это уже другая область, Тульская. А из опыта я уже знал, что в таких «приграничных» местах найти правильный путь и не заблудиться — дело не простое. Прошли те времена, когда люди вешали сумку через плечо и отправлялись в дорогу пешком, не смущаясь расстоянием. Пути-дорожки, тропинки-стежки между деревнями, особенно теми. Что обезлюдели или находились в разных территориальных объединениях, зарастали. Но все это мне было суждено испытать вечером.