- Долан! - Со всей агрессией, со всей строгостью повторил он и пожилой мужчина испугавшись обернулся на крик.
- Сойер, мой мальчик ты чего так кри......
Слова застряли в горле лекаря, пока тот окидывал Сойера взглядом.
- Бог мой. - Дедок закрыл рот рукой и быстро показал рукой на достаточно широкую доску с обтянутой тканью. - Быстрее клади ее.
И только сейчас он невольно обратил внимание на ее грязную изорванную одежду. На мешок, что облепил бессознательное тело. На ней не было даже белья, от чего Сойер поморщился, выстраивая в голове гипотезы ее жизни. И одна была хуже другой.
У входа в шатер собрался весь отряд. Они смотрели на голый торс командира, на котором отпечаталась кровь с тела девочки, после переводили взгляд на лекаря и кушетку.
- Командир, - тихо позвал его один солдат.
Тихий голос парня слегка отрезвил мужчину, он сжал руки в кулак и угрожающе прорычал.
- Пошли вон...отсюда.
Спорить никто не стал. Все вернулись к своим делал, изредка поглядывая на палатку, вход в которую уже закрывала ткань.
- Сойер, - Метис положил руку на плечо друга, глядя на девочку, - что случилось.
Сойер смотрел, как ножницы в руках Долана дрогнули и тот приблизился вплотную к нему, помогая удерживать тело девчушки на боку. Мужчина аккуратно держал ее за талию, Метью за ноги, пока Долан разрезал и без того изуродованную ткань на спине, морща нос от ужасного запаха.
- От нее пахнет хуже чем от выгребной ямы. - Заметил блондин, болтая на указательном пальцем кусок серой одежды.
- Так сожги ее. - Рявкнул Сойер продолжая удерживать девчушку на боку, касаясь горячими пальцами ее ледяную кожу. - И найди какую-нибудь одежду.
- Ты прав, она же не может ходить голая по лагерю, когда очнется.
"Если очнется" - вспыхнуло у него в голове, и Сойер презрительно сощурился. "Она очнется" - уже тверже добавил он. «Она обязана очнуться»
Струйка крови скатилась вдоль спины к тазу, а после упала на доску, мигом впитавшись в чистую ткань.
- Держи ее в таком положении, пока я буду зашивать рану.
Сойер позволил себе внимательнее осмотреть ее. Помимо пореза на спине были мелкие ссадины и синяки. Много свежих, но алели и те, которым по меркам мужчины было несколько лет. Кожа девочки была бледной, местами даже сине-зеленая, а само тело неестественно худым - тощим. Кости выпирали с ужасающей мощью, а белые - больше похоже на седые - волосы, ели доходили до плеч. От девочки пахло не лучше чем от ткани, что только что унес Метис, но Сойер не обращал на это внимание.
Он не желал видеть ее спереди, ему хватило картины, что открывалось со спины.
"Как же ты жила?"
Лекарь, смазав мазью все ссадины и порез вокруг, приступил к швам. Изогнутая игла вонзалась в кожу, стягивая ее до первоначального состояния. В памяти Сойера свяжи ощущения от накладывания швов. Кажется, это случилось в день состязаний рыцарей. Он совершил самую главную ошибку на поле сражений - обрадовался потенциальной победе и его внимательность снизалась. Только он повернулся к лежащему на земле сопернику спиной, как бок пронзила адская боль, а из рассечённой раны потекла кровь. Для шестнадцати летнего мальчишки удар от деревянного меча по боли не уступал настоящему. Мечи точили остро, не так идеально что бы убить, но достаточно хорошо - чтобы нанести серьезный удар. Сойер рукояткой своего меча вырубил соперника - тем самым выиграв бой.
- Я наблюдал за тобой. - Заговорил лекарь, стараясь отвлечь паренька. Обезболивающих мазей при себе не было, от того целитель положился на рыцарскую выдержку мальчика, ведь на службе нет места страху. - Меня зовут Долан. А тебя, мальчик?
- Сойер. - Чуть погодя ответил паренек. - А этоо..больно? - Он взглядом кивнул на руки лекаря, не сводя глаз с раскалённой иглы.
- Терпимо. - Ответил тот, подмечая, как Сойер нервно сглотнул.
Шрам на боку напоминал Сойеру о моменте слабости, которая больше никогда не повторялась.
Эстер – кажется, так звали мальчика.
Руки Долана, уже давно испещрены морщинами, но он является лучшим лекарем во всем Нейрисе, не смотря на его преклонный возраст. Запах трав и настоев забивали ноздри, противным послевкусием оседали на языке.
- С ней все будет хорошо. - Своим тихим голосом успокаивал Долан, словно насквозь видя Сойера, пусть на его лице и не дернул ни один мускул. - Переверни ее на живот. - Командир подчинился. Лекарь накрыл оголению спину тёплым пледом, не доходя до краев швов. - А теперь ты.
- Я? - Удивился брюнет, и проследил за ладонью Долана, что указывал на кровавые отпечатки ног по всему шатру.
- Садись, я обработаю.
- Не нужно! - Вскрикнул Сойер выпрямляясь. У меня много дел.