— МОЕ! — она заголосила громко и пронзительно, так, что казалось, стены задрожали от ее истеричного вопля.
Резким движением девочка вцепилась в дверцу шкафа рядом с собой.
— МОЕ! МОЕ! — С каждым повторением она начала захлопывать дверцу, создавая как можно больше шума.
Звуки ее хрипящих криков и грохот шкафа слились в ужасную, проникающую под кожу какофонию. Кирилл не в силах пошевелиться, как парализованный, продолжал просто стоять.
“МОЕ!!!” — в последний раз с надрывом выкрикнула девочка, с силой захлопнув дверцу шкафа.
Кирилл резко распахнул глаза, разрываясь между реальностью и жуткими образами кошмара. Через покрытое инеем оконное стекло кухню заливал яркий утренний свет, заставляющий Кирилла зажмуриться от резкого контраста.
Голова, прилипнув щекой, лежала на холодной поверхности стола. Под пальцами ощущалась шероховатость старой бумаги. Кирилл выдохнул и принял сидячее положение. Мир вокруг возвращался на место, но отголоски сна продолжали звучать в его сознании, словно кто-то все еще кричал где-то вдалеке: «Мое... Мое...» И продолжал стучать дверцей шкафа.
Вдруг Кирилл понял, что слышит стук по-настоящему. Он поморщился, пытаясь понять его источник. Затем моргнул несколько раз, с трудом фокусируя взгляд на окружении. Короткая стрелка настенных часов указывала на цифру 9. Стук повторился. Кирилл вздохнул и поднялся из-за стола.
Все еще окончательно не проснувшись, он распахнул входную дверь и наткнулся взглядом на высокого худощавого мужчину. Его фигура слегка сутулилась, руки нервно сжимали старую шапку. Лицо показалось знакомым, но воспоминания никак не желали всплывать в памяти.
— Доброе утро, — взволнованным и растерянным голосом начал гость, слегка запинаясь. — Я ищу свою дочь… она, случайно, не у вас?
Кирилл нахмурился, мозг пытался осознать услышанное и понять, что от него хотят.
— Простите, что?
Мужчина сделал шаг вперед, не дожидаясь приглашения, и быстро продолжил:
— Извините, видимо, вы только что проснулись… Я отец Варвары. Мы виделись в гостях у Григория Валентиновича. Моя дочь вчера вечером ушла гулять и… до сих пор не вернулась домой.
Образ рыжеволосой девушки с веснушками и настойчивым взглядом тут же вспыхнул в памяти Кирилла. Он почувствовал неприятное покалывание в области затылка.
— А почему она должна быть здесь?
— Я только что был у ваших соседей. Они сказали, что вчера вечером видели Варвару здесь, у вашего дома. — Мужчина пристально уставился на Кирилла.
— Э-э-э… — протянул Кирилл и закашлялся. — Я действительно видел ее вчера. Она, кажется, караулила меня. Говорила что-то о школьном сочинении… попросила помочь. Я сказал, что не против, но сперва ей нужно получить ваше разрешение. После этого… я решил, что она отправилась домой.
Дослушав, мужчина огляделся, бегая взглядом по интерьеру дома. Затем снова посмотрел на растерянного помятого Кирилла. Его темные глаза стали узкими щелями, словно он пытался прочесть что-то между строк.
— Школьное сочинение? — переспросил он, и в его голосе прозвучала нотка удивления. Или сомнения.
— Ну да… — Вдоль спины Кирилла пробежал холодок. — Так, может быть, она в школе?
— Она не ходит в школу, — сказал мужчина с такой интонацией, что у Кирилла пересохло в горле.
— В смысле?
Мужчина застыл на миг, погрузившись в раздумья, а затем его голос дрогнул, вновь наполнившись волнением.
— Если вдруг увидите ее…
— Конечно… — не дожидаясь, когда мужчина договорит, перебил Кирилл и собирался сказать что-то еще, но собеседник уже развернулся к нему спиной.
— Спасибо, — коротко бросил мужчина и стремительно зашагал прочь.
Кирилл остался стоять в дверях, чувствуя, как тело охватывает противоречивое чувство — смесь облегчения и нарастающего беспокойства. Он уже было потянулся к двери, чтобы закрыть ее, но вдруг услышал звуки громкой музыки.