— Это розовое?
— Великолепный выбор! — продавец плеснул немного вина в стаканчик и протянул Наташе, — чувствуете, как на языке пощипывает? Не глотайте, дайте букету раскрыться полностью.
Дегустатор уже покачивался, но не уходил. Держался рукой за стол и продолжал выбирать. Наташа присмотрелась к его сутулой долговязой фигуре и усмехнулась: так и хотелось назвать его Зигогой. Она притихла, в надежде услышать имя. А вдруг он и есть Витёк? Тогда будет ясно, сколько сейчас Рыжику. Этому Зигоге на вид лет сорок, но, может, он просто давно заспиртовался, вот и выглядит таким безвозрастным. Тут, наверное, плюс-минус лет десять. Можно сильно промахнуться.
Она осторожно позвала:
— Витя?
Мужчина не шелохнулся и не отреагировал. Наташа разочарованно вздохнула: эх, такая шикарная версия провалилась. Мужчина дошёл до кондиции и побрел в сторону беседки, где проходила дегустация сыров. Продавец досадливо покачал головой и переключился на других покупателей.
Наташа допила вино и с удивлением поняла, что вкус ей понравился. Названия она не запомнила, но бутылку купила. Пусть будет. Может, и повод когда-нибудь найдётся. В здание винодельни она не пошла. Воспоминания о сне ещё не стерлись, слишком узнаваемыми казались места и люди. Получается, ночью она видела вещий сон? Видимо, на это и намекал бесплотный голос.
Наташа ещё немного побродила по территории комплекса, на небольшой ярмарке купила овощей и покатила велосипед к выходу. К сожалению, не подумала заранее о том, как будет нести покупки. Повесила пакет на руль, но через пару метров сняла. Целлофан тёрся о колесо и едва не порвался. А бумажный пакет с выпечкой и хлебом вообще не имел ручек, пришлось прижимать его к груди.
Наташа выровняла падающий велосипед и переложила пакет в другую руку. Сзади послышались торопливые шаги, и руке внезапно стала легко. Пакет перехватил незнакомый мужчина.
— Нехорошо хрупкой девушке так утруждаться, — он взял бумажный пакет и жестом предложил продолжить движение. — Максим Евгеньевич.
Наташа хотела представиться, но мужчина перебил ее.
— А вы Натали с Солнечной. Знаю. Я глава этого райского места. Давайте проведу вас. Вы в центр?
Наташа кивнула, рассеянно отмечая, что мужчина ниже её и такой пузато-импозантный, как чайник из дорого сервиза. Почему её здесь все знают? Деревенька, конечно, маленькая, но она же не знаменитость какая-то, с чего всем проявлять такое участие и любопытство?
Максим Евгеньевич ласково улыбнулся, сверкая слишком белыми и ровными для своего возраста зубами.
— Не удивляйтесь, Натали. Мы всего лишь простые деревенские жители, нет у нас других развлечений, окромя сплетен. А вы повстречали их главную разносчицу.
— Вику? — неуверенно предположила Наташа.
— О нет, что вы. Вика-душечка недавно у нас в деревне. Поликарповну.
Наташа смутно припомнила, что этим именем в магазине назвали тучную женщину, которая рассматривала её турмалиновые серьги. Максим Евгеньевич тоже рассматривал, но делал это не так явно, вроде как мельком и при этом все время смущённо улыбался.
— А как вам винодельня? Уж простите старика за личный интерес. Это же моё детище.
Наташа бросила взгляд на горлышко бутылки, выглядывающей из пакета.
— Красиво, вино вкусное. Но я не сомелье, плохо в нём разбираюсь.
— Ох, Натали, какой бальзам на моё сердечко. Спасибо, спасибо, — он снова подобострастно улыбнулся, — транспорт у вас, конечно, скрипучий.
Наташа хмыкнула, выровняла велосипед.
— Жаль, корзины на нём нет.
Максим Евгеньевич приостановился, заглянул в глаза.
— А знаете что? Идите прямиком в мегасупермаркет. Скажите Мишане, что от меня. Он вам корзинку повесит. Бесплатно.
Наташа переспросила:
— Бесплатно? Не стоит. Я могу заплатить.
— Ну что вы! Это же такая мелочь, позвольте сделать вам приятное. Вам же будет приятно?
Наташа растерялась. Лебезящая напористость её немного пугала. Она подозревала, что её новый знакомый только изображает доброго простачка, но не могла понять, что ему вообще надо? Либо он местный донжуан, который не может пропустить ни одной юбки, либо ему выгодно с ней подружиться. Только опять же: зачем? Она для него никто, видит его впервые и не планирует задерживаться в Старолисовской.