Пока он волочил ее в ту сторону, она снова попыталась закричать и вырваться из его объятий, и поэтому всего в двух шагах от проезда он резко вонзил иглу снова, а потом еще раз.
Она обмякла, но от этого ее тело потяжелело, и последние ярды тащить ее стало совсем трудно.
Несомненно, их парочка смотрелась неуклюже, и пожилой мужчина, похоже, наконец обратил внимание на происходящее, заметив, что там что-то не так. Он присмотрелся сквозь туман, пытаясь разглядеть, что с ними происходит.
Последние два ярда напавший на девушку отчаянно волочил свою жертву, не заботясь о том, как нелепо он смотрится. Чтобы прикончить эту несчастную, надо было утащить ее подальше в глубину проезда, а потом скорее сбежать, чтобы старик его не заметил.
Через несколько ярдов он пронзил ее еще два раза и с трудом протащил еще на десять ярдов.
Потом, задыхаясь, остановился, чтобы оценить обстановку.
Ярдах в двадцати послышались шаги – торопливые, переходящие почти на бег. И вот истошный крик!
– На помощь!.. Сюда…
Пожилой мужчина мог появиться в проезде через секунду, и возможно, за ним прибегут другие. На темно-сером костюме убийцы красовалось огромное темно-красное пятно, но, убегая, он мог прикрыть его накидкой.
После двух последних ударов он почувствовал, как девушка почти испустила дух, но заметил, что изо рта у нее, пузырясь, продолжала сочиться кровь.
Теперь шаги ускорились, и кто-то снова закричал. Он должен был действовать наверняка.
Еще два сильных удара – один в сердце, другой в сонную артерию. А потом он развернулся и умчался – как раз в тот момент, когда пожилой мужчина вбежал в проезд.
– Я не согласна, – произнесла Бет Джекобс. – Думаю, что они идут рука об руку.
– Да. Принимаю такой вариант. Но одно дело предлагать этим несчастным женщинам достойное убежище, и совсем другое – уговаривать их прийти в приют.
– Я бы не стала рассматривать информирование их о приюте как уговаривание. Прямо сейчас большинство женщин Нью-Йорка ничего не знают ни о нас, ни о том, что мы делаем. Это относится и к уличным проституткам.
Сидя в конце длинного стола, Элли Каллен и Джеймсон наблюдали за перепалкой между начальницей приюта Бет Джекобс и председателем одобрительного комитета Джереми Форситом. Бет открыла заседание, представив Элли, а также лично выступив ее адвокатом, и привела веские основания ее признания комитетом, состоявшим из девяти сидевших за столом мужчин. Затем Финли Джеймсон выступил от имени Каллен, и все приступили к обсуждениям. Джеймсона заранее предупредили, что главные возражения предполагались со стороны двух членов, Исаака Кроули и Фредерика Исона, которые были сторонниками зарождающегося движения трезвенников.
– Я преклоняюсь перед вашей исчерпывающей экспертной оценкой, – произнес Форсит. – И покуда ведется кампания информирования тех, кто действительно нуждается, уличных ли проституток, или еще кого-то, я это принимаю.
Элли прекрасно понимала важность совещания, одобрившего ее как официальную сотрудницу, а не неофициальную, случайную помощницу. Но в результате пришлось поднять щекотливый вопрос признания уличной проституции в целом. По мере развития разговора Исаак Кроули чувствовал себя все более неловко.
– С признанием я бы сильно не спешил, – произнес он. – Боюсь, что признание уличной проституции уже запятнало репутацию приюта. По этой причине я буду против одобрения мисс Каллен сегодня.
– Возможно, среди наших подопечных есть и несколько воров, – вступилась Бет Джекобс. – Может быть, они от голода украли не больше батона хлеба, как описано в романе Виктора Гюго. Неужели, стараясь не запятнать нашу репутацию, мы откажем им в помощи? – Не услышав ответа Кроули, она добавила: – Если им действительно пришлось признаться в воровстве.
– Или уличным проституткам, – вздохнул Форсит. – Да. Рискну предположить, что все это приведет к недостаточной откровенности. Кроме того, общая идея приюта состоит в том, чтобы протянуть руку помощи всем нуждающимся, а не избранным.
Кроули на мгновение опустил глаза, но когда он поднял их снова, челюсти его были крепко стиснуты.
– Несмотря ни на что, я не могу поддержать эту кандидатуру. И не смею также рекомендовать ее кому бы то ни было из моих коллег. – Исаак посмотрел вдоль стола на человека с окладистой седой бородой. Это был Фредерик Исон, который кивнул ему в ответ. – Боюсь, в результате в приют будут приходить все больше проституток, а это противоречит его основным принципам.
Во время дискуссии терпение Джеймсона заметно истощалось. Он пристально посмотрел на Кроули.