– Ну же, не бойся, – Эмир берёт меня за руку. Его прикосновение приятно. – Восточные блюда часто бывают острыми и сдобрены специями, к которым западные люди не привыкли. Ты же не хочешь промучиться несварением желудка всю ночь?
Вопреки сомнениям, кладу таблетку в рот. Запиваю её водой.
– Из напитков могу предложить тебе гранатовый, апельсиновый или манговый сок. Не люблю, когда от женщин пахнет алкоголем, – поясняет аль-Рабах отсутствие вина.
Ничего не имею против, так как с клиентами предпочитаю сохранять трезвый рассудок.
Нам подают невообразимое количество яств. Можно подумать, что ужинать собираются человек десять. Хумус мне не особенно нравится, а вот фалафель с соусом приходится по вкусу. Жареная баранина тоже как-то не заходит. Специфический запах мяса кажется неприятным. В основном налегаю на маленькие пирожки с разными начинками и овощи, приготовленные несколькими способами.
Минут через двадцать чувствую странный прилив жара. Кожа словно пылает. Неужели я заболела? Только этого не хватало. Прикладываю руки к раскрасневшимся щекам.
– Тебе нехорошо? – интересуется Эмир.
– Нет. Всё в порядке, – натянуто улыбаюсь.
Он бросает на меня подозрительный взгляд, затем возвращается к еде. Я же не могу больше проглотить ни кусочка, потому что с моим телом происходят непонятные метаморфозы. Грудь наливается, а соски твердеют. По низу живота разливается томное желание. Такое со мной случается впервые за всё время работы на де Анджелиса. Обычно я вообще ничего не чувствую, просто оказываю услуги. Ни один клиент не вызывал настолько сильного возбуждения. И это при том, что шейх ещё ничего не сделал.
– Кажется, пришло время десерта, – коварная улыбка играет на губах Эмира. Он замечает, что я неловко ёрзаю на стуле. – Пойдём наверх, принцесса.
Со мной явно что-то не то. Пока мы поднимаемся на второй этаж, ощущаю, как сильно намокли мои трусики.
Окна в просторной спальне плотно зашторены. Занавески цвета аметиста с золотистыми вензелями придают комнате восточный колорит. От двух ночников исходит фиолетовое свечение. В воздухе смешались запахи сандала, розы и ещё каких-то благовоний. Атмосфера до дрожи эротичная. Тут и фригидная женщина захочет секса.
– Покажи мне себя, – произносит шейх, усаживаясь на кровать с балдахином. Хотя, если выражаться точнее, это – не кровать, а огромный трахадром. На таком лежбище может уместиться целый гарем.
Раздеваюсь до нижнего белья. Стою перед Эмиром, облизывая губы. Я готова трахнуть его прямо сейчас. Безо всяких прелюдий. Сердце учащённо бьётся, а во рту становится сухо.
– Сними с себя всё, – спокойным тоном приказывает аль-Рабах.
Когда я выполняю команду, раздаётся следующая:
– Подойди.
Эмир встаёт и обводит пальцами соски. Его прикосновение лёгкое, едва уловимое, но я не могу подавить стон удовольствия. Мне хочется большего. Араб сжимает мои груди ладонями, словно проверяет их на упругость. После чего говорит:
– Повернись спиной. Нагнись.
Он проводит пальцами по моей мокрющей промежности. Несильно шлёпает по ягодице.
– Хорошо. Очень хорошо. Был бы у меня гарем, ты бы стала его украшением, – севшим голосом мурлычет он. – Ложись на постель.
Эмир снимает с себя одежду и остаётся в одних боксерах. Я протягиваю к мужчине руки, потому что нет никаких сил терпеть. Мышцы живота скручиваются в тугие узлы. Мне срочно нужна разрядка, иначе сойду с ума. В голове звенит единственная мысль: «Трахни меня!»
– Принцесса, давай сразу определим правила, – неожиданно строго произносит шейх. – Ты делаешь только то, что говорю я. Самодеятельность в моей спальне не поощряется.
Согласно киваю, но всё же не выдерживаю и признаюсь:
– Я очень хочу тебя.
– Знаю, – безразлично реагирует Эмир. – Но ещё не время.
А потом он достаёт наручники из прикроватной тумбочки, и это совсем не нравится мне. Мы так не договаривались. Де Анджелис не предупреждал о специфических вкусах шейха. Приподнимаюсь на кровати, чтобы выразить протест, но аль-Рабах жёстко пресекает мою попытку.
– Лежать! – рыкает он, припечатывая ладонью к матрасу.
– Эмир, должна тебе сказать, что я не по этой части, – показываю глазами на наручники.
– Принцесса, ты будешь по той части, по которой я тебе прикажу, – уверенно заявляет шейх.
– Но…
– Молчать! – аль-Рабах хватает меня за запястья, по очереди пристёгивает руки к спинке кровати.
Затем он берёт распорку и фиксирует ноги. Следующий предмет, который я вижу – это стек. Длинная тонкая палочка, заканчивающаяся небольшой хлопушкой.