– Во-первых, Вера, твоё согласие для меня мало, что значит. Думал, ты это уже поняла, – меланхолично отвечает де Анджелис. – А во-вторых, этот молодой человек обратился ко мне через Альвино. Я не могу ему отказать.
– Молодой человек? – переспрашиваю скептически. Обычно моими услугами пользуются клиенты за сорок.
– Да. Он не местный. Прилетает сегодня вечером из Швейцарии, кажется. Плохо знает Милан. Если у него будут какие-то особые пожелания, напишешь мне. Я удвою твой тариф. Идёт?
– Роберто, я не хочу попасть в замес, как это было с арабами. Я от них еле живая ушла. Неделю потом отлёживалась.
– Зато они тебе щедро заплатили. Ту сумму, что ты получила от шейха, среднестатистический итальянец зарабатывает за несколько месяцев.
– Но при этом в него не пихают по два члена сразу, не пичкают какой-то дрянью…
– Ну, прекрати! Будешь выделываться, сдам на оставшийся срок нашего договора в бордель к калабрийцам. Вот там тебе придётся, действительно, не сладко. Будешь пропускать через себя по десять-двенадцать мужиков в день. Каждый день, Вера. Усекла?
Я молчу. Чем дольше работаю на де Анджелиса, тем жёстче он относится ко мне. Если поначалу Роберто проявлял некую заботу, всегда интересовался, как вёл себя клиент, не обижал ли меня, то теперь адвокату откровенно пофиг, что вытворяют его знакомые. Поэтому угроза про бордель кажется очень реальной.
– Вот и умница, – хлопает меня по щеке Роберто. – Давай-ка, вставай на колени и возьми в рот. А то в ближайшую неделю я не смогу им воспользоваться.
***
Ксавье Элмер оказывается на удивление приятным мужчиной. Худощавый высокий брюнет с пронзительно-синими глазами и утончёнными чертами лица выглядит лет на тридцать пять – тридцать семь. Бизнесмен не разговорчив и очень сдержан в эмоциях. В первый же вечер он по-деловому очертил мой круг обязанностей. Собственно, ничего особенного: выглядеть дорого и прилично. Днём я обязана носить строгие блузки с брюками или юбками, на встречах с партнёрами улыбаться и молчать. Вечерний дресс-код предполагает платья, но никаких откровенных нарядов, никакого вульгарного макияжа и… никакого нижнего белья. В дневное время тоже.
– А прочие пожелания? – решаю уточнить сразу, с чем мне придётся столкнуться за закрытыми дверями номера Ксавье.
– Больше никаких пожеланий, – сухо отвечает он.
– Я про интимную сторону наших… Эммм… Отношений.
– Не переживай, – иронично улыбается Элмер. – Я наслышан от Марио о твоих талантах. Поэтому и заказал именно тебя. Я не потребую ничего сверх того, что ты умеешь делать.
Слова швейцарца немного успокаивают. Альвино любил стандартный набор в постели. Фетишей за ним замечено не было.
В первую ночь Ксавье отказался от секса, сославшись на усталость. Зато утром, когда мы ехали на автомобильный завод, где были назначены переговоры, Элмер, не стесняясь водителя, расстегнул ремень брюк и кивком головы показал, чтобы я приступала к минету.
Швейцарца абсолютно не смущало, что в машине находится посторонний человек за рулём. Мне же понадобилось собрать всю свою волю и заткнуть стыд куда подальше. К выступлениям на публике я не привыкла.
После встречи на предприятии, пока мы стояли в пробке по дороге в ресторан, Элмер снова захотел орального секса. Полируя ртом член Ксавье, я не могла перестать думать о водителе. Бедный мужик! Он, наверное, в шоке от происходящего.
Дальше стало ещё интереснее. Вечером мы отправились на мероприятие к одному из знакомых швейцарца. Я была уверена, что клиент опять захочет разрядиться в машине. Однако нет. Поправляя золотые запонки на белоснежных манжетах рубашки и галстук-бабочку, Элмер ни словом, ни жестом не намекнул на мои обязанности.
Вечеринка проходила в одной из частных художественных галерей и посвящалась персональной выставке картин жены некоего Барье. Судя по фамилии, он был то ли французом, то ли тоже швейцарцем.
И вот там, в огромном зале, переполненном элегантно одетой публикой, которая обсуждала современное искусство, пила шампанское и демонстрировала друг перед другом ювелирные украшения, Ксавье положил ладонь на мою ягодицу, по-хозяйски сжал её и хрипло прошептал на ухо:
– Хочу трахнуть тебя прямо здесь.
– Эээ… – я много чего слышала в своей жизни, но такое со мной происходило впервые. – Это же невозможно! Нас увидят!
– Ну и что? – Элмер отвёл меня в слабоосвещённую нишу. Она располагалась между коридором и входом в зал.
– В Италии за секс в общественных местах предусмотрен штраф. Это административное нарушение. Здесь даже на пляжах нельзя загорать топлесс.