22-е. Сегодня “В последний час” — удар по немцам под Сталинградом. Это еще “скачок”. Говорят, что они уже перебросили оттуда авиацию и ряд дивизий в Италию, что они готовят оккупацию Турции и пр. Таким образом, Африка уже себя оправдала. Под Сталинградом образуется мешок, из которого немцам надо выбираться. Вообще положение немцев ухудшается с каждым днем. Говорят, что у нас уже шьют новую военную форму с погонами и открыты фрачные мастерские. Очевидно, мы ориентируемся на Европу… Молоко 35 рублей кружка, кубометр дров с доставкой 800 рублей. Мы купили килограмм русского масла за литр водки, кусок мыла за 250 рублей. В Уфе масло стоит 250 рублей фунт. Был Кашкин из Ташкента. Там по рабочим карточкам ничего не выдают и в этом месяце по рабочей карточке Зине, не прикрепленной к распределителю, не выдали почти ничего.
25-е. Под Сталинградом события большого масштаба. Очевидно, мы надеемся на удачный ход событий, так как каждый вечер дают “В последний час”. Правда, сегодняшнее сообщение смущает некоторыми стилистическими оттенками, но уже то, что мы взяли 51 тысячу пленных и что в целом потери немцев дают больше 100 тысяч человек, вполне достаточно, а если наступление большого масштаба, то, подходя к Ростову, мы окружили всю кавказскую группу немцев. При всей скромности уже то, что немцы не сумели избежать этого удара по своему престижу и что мы реваншировались за лето, крайне важно. Говорят упорно, что удар готовится и под Ржевом, и под Воронежем. Моральный надлом немцев вполне возможен: Африка и Сталинград говорят о невозможности для них победить, и отсюда вытекает то, что у них может произойти крах, как в 1918 году. Если наш военный успех разовьется в большую победу и действительно вызовет развал Германии, то снова все карты будут спутаны и призрак коммунизма появится опять. Все-таки, если бы я мог, я бы уже начал копать себе пещеру и шить костюм из медвежьей шкуры… Управление делами СНК СССР выдало мне лимит на 30 литров бензина в месяц. Теперь надо искать шофера и пр. Если наладится с этим, то можно привезти дрова с дачи и угроза холода отпадет.
28-е. Вчера не было “Последнего часа”. Возможно, наше наступление и замрет, но оно оказалось очень эффектным, даже и в этих размерах. Впрочем, говорят, что немцы сидят в четырех мешках и что надо ждать первых успехов. Говорят, уже три дня нет наступления на Калининском фронте. Турки увели свои войска с нашей границы на четвертый день после удара под Сталинградом. Я не удивлюсь, однако, если наше наступление под Сталинградом явится началом большого наступления. Это ведь единственный наш выигрыш. Если наш фронт останется в более или менее прежнем положении, то развязка придет на Западе. Нам продиктуют условия мира, мало приятные для нас, а ворвавшись в Германию, мы такой мировой пожар раздуем, что спутаем все расчеты, а поднять на войну с нами английского солдата будет трудно, поэтому есть смысл сейчас играть очень крупно. Немцы, вероятно, слабее, чем они кажутся, и могут рухнуть. Если это не произойдет, победы наши — будут пирровыми, а Черчилль одержит сразу две победы — над Гитлером и над Сталиным. Уже много снега, но сильных холодов нет. Получил номер своего телефона, очевидно, его все-таки сделают. Немцы занялись организацией Белоруссии: устроили белорусскую Академию наук, во главе которой какой-то из старых академиков. Ввели в школах белорусский язык. Польские войска, говорят, выведены из СССР на восток, в Иран и далее. Это разумно. Недавно в одной нашей передаче за границу Львов был назван украинским городом. Все польские партии объединились и подали нам протест. Это намек на послевоенное будущее. Вообще этого будущего не видно. Вероятно, до конца жизни придется, метафизически выражаясь, сидеть в щели. Олю и Лютика через какое-то время втянет государственная машина, а оба очень не приспособлены к ней, и мы будем спускаться под уклон. “О, если б знали, дети, вы холод и мрак грядущих дней!” Если же говорить о них не метафизически, то они уже у многих имеются: у Белкиных нет света, нет отопления. Они приходят домой ощупью, ложатся под все одеяла, а утром кое-как одеваются. Женская бригада создается по решению высоких инстанций, и за ней очень следят. Но вряд ли эта странная идея к чему-либо приведет, не говоря, конечно, о приросте населения, что понятно. Немцев не убавится, но русских прибавится. Карточку Зина наконец, как теперь говорят, отоварила, но вместо крупы дали картошку, вместо мяса двусмысленную колбасу, вместо масла яйца, вместо сахара конфеты. Наш дом не имеет до сих пор дров совершенно, но это редкий случай, у многих все же топят.