Он ходил по комнате и запивал таблетки алкоголем, потом злился, что я не понимаю его, что я такая же пустышка, как и все его бывшие. Ну уж такой бред я не стала слушать. Нашла свою сумочку, которая валялась на полу и вырвала у него бутылку виски, чтоб… Да, я не знаю, зачем сделала это! Наверное, мне хотелось просто уйти оттуда и напиться. Я шла с гордо поднятой головой, когда мне сзади в уши летели его необоснованные обвинения. И уже захлопнув за собой дверь, я спустилась по ней спиной и заревела. Мне было так обидно, что я вновь ошиблась. Отхлебнула из горла, обжигающего старину Джонни раз, потом еще раз. Зачем-то вспомнила родителей, школу. Потом мне стало так хорошо и спокойно, кружилась голова и гул нарастал в голове. Я попыталась подняться на ноги, но у меня ничего не вышло. А затем я провалилась в темноту. Пришла в себя от того, что этот ублюдок сидел рядом со мной и нюхал кокс с моего оголенного тела. Голова понемногу работает, но твое тело категорически отказывается тебя слушать. Дилан увидел, что я пришла в себя и стал смеяться. Прилег рядом со мной и шептал, что в бутылке тоже были подарки. Большим пальцем руки, он разжал мне рот и принялся втирать наркоту мне в десна. Шептал, что любит меня, что пишет для меня песни и подарит мне весь мир. Целовал мои неподвижные губы, расчесывал пальцами волосы. А затем я услышала самую прекрасную мелодию на свете. Девочки, он играл для меня на гитаре и это последнее, что я помню. Ну, а дальше, когда я очнулась, не помню сколько раз это происходило, я нашла телефон и позвонила твоему Дэну. Вот такой вечерок у меня был.
Викки плачет, у Реджины ходят желваки на щеках.
— Да, я прикончу его! — кричит Ана. — Убью гада! Он заплатит за это! Может вызвать полицию? Господи, надо же что-то сделать.
— А что мы им скажем? Я сама пошла к нему — это раз, меня никто не изнасиловал — это два. Наркотики? Да, сейчас все балуются этим. Максимум, что ему светит, так это штраф, но с деньгами у него проблем нет, — отвечаю я.
— Самое главное, что ты не пострадала, — сквозь слезы говорит Ви.
— Физически нет, а вот морально… Он меня не убил, но ранил, задев какой-то жизненно важный орган. Мне так больно от обиды, что хочется выть. Но все пройдет, все будет хорошо.
Девочки обнимают меня, и мы плачем. Все вместе, как одно целое. И со слезами, потихоньку, отступает горечь, бессилие и приходит облегчение.
— Я заварю чай, — Ана встает с кровати.
— Было бы замечательно. А вы как провели вечер? Даю руку на отсечение, что не так весело, как я, — пытаюсь шутить я.
— Давай завтра, Джулз? Давай завтра, — тихим голосом говорит Реджина и гладит меня по голове, волосам, совсем, как и моя мать. И от ее нежных и успокаивающих движений, я закрываю глаза и меня уносит в царство Морфея.
Глава 15
Реджина
"Прости меня. Я знаю, что пишу тебе это в сотый раз, знаю, что виноват, но… Просто поговори со мной. Мне нужно слышать твой жизнерадостный и веселый голос, а не механическую фразу твоей голосовой почты. Перезвони, напиши, но не оставляй все так, без финала."
Перечитываю его сообщения, как любимую книгу. Не понимаю, что мне делать. Одной половиной мозга я желаю быть с ним. Я вспоминаю все те моменты, которые связаны с Дэном. Наш вечер встречи, первый поцелуй, пусть и на спор, поездку за город. Чувствую, как тепло обволакивает, цепляясь за каждый участок меня самой. А потом появляется огромная трещина, которая разбивает в дребезги этот кокон надежности. Я не знаю, как мне быть. Я не могу подвести подругу, хоть она уже который день умоляет меня поговорить с Дэном. Джулия говорит, что не стоит рушить отношения только лишь из-за ее разногласий с Диланом. Но, по-моему, слово "разногласий", не совсем точно отображает ту ситуацию, в которой оказались Джулия и Дилан. Подумать только, как можно было накачать девушку алкоголем и наркотиками? И все его друзья знали, что нечто такое могло произойти, но предпочли молчать. Ну, или как Дэн, рассказать мне все в последнюю минуту, как чувствовал же.
— Мисс Маккадамс, мы не мешаем Вам, нашим присутствием? — доносится голос профессора Арчибальда до меня, как из-под воды.
— Что Вы, мистер Арчибальд, конечно, нет. Прошу простить меня за то, что я привлекаю Ваше внимание, к тому, что не слушаю Вашу лекцию.
Вижу, как округляются, и без того, огромные глазища профессора, как шепчутся и хихикают другие студенты над моей дерзостью, но меня спасает одно — конец лекции. Пока остальные окружают мерзкого Арчибальда, я выскальзываю из кабинета и бегу на улицу, чтобы выдохнуть и вдохнуть свежего воздуха. Сколько же студентов у нас учиться? Пытаюсь увернуться от парня, у которого в руке открытая бутылка с газировкой и врезаюсь в стену. Точнее, как оказалось, это была не стена, а Алек.
— Реджина, куда ты спешишь? Неужели на распродажу нижнего белья? — пытается шутить парень.
И заливается смехом, а я жалею, что у нас нет смертной казни.
— Ты считаешь, что сказанное тобой, было жутко смешным? Так вот, возможно, я огорчу тебя, но не советую тебе шутить, лучше по старинке, мышцы покачай, это у тебя получается гораздо лучше, — выдавливаю ядовито я и пытаюсь обойти его, но он не дает мне этого сделать, выставив руку.
— Плохой день, Малыш? Ааа, я понял. Наверняка, у тебя эти… Ну, эти ваши женские дни, да?
Я закатываю глаза, а он продолжает нести какую-то чушь, но я улавливаю имя Викки и настраиваюсь на его противную речь.
— Повтори еще раз, что ты там спросил меня? Про Викторию.
— Повторяю еще раз. Я слышал, что ваша компания будет как-то особенно выглядеть на Осеннем балу. Я хочу спросить, а будут ли какие-то отличия в ваших платьях? Ну, чтобы я мог сразу узнать Терранс среди вас? Ой, прости, у меня тут звонок.
С этими словами он достает вибрирующий телефон и начинает разговаривать, жестом прося меня, подождать его минутку, но я, дождавшись, когда он отвернется, сбегаю.
Оказавшись на улице, вдыхаю запах октябрьского свежего воздуха и замечаю Ану и Ви.
— Реджи, где ты так задержалась? У тебя лекция закончилась десять минут назад, — возмущенно говорит Ана.
— Да, вот Алек меня задержал, — отвечаю я и многозначительно смотрю на Ви. — Не догадываетесь, о чем мог он меня спрашивать?
Ана успела лишь только открыть рот, как Викс опередила ее.
— Обо мне?
— Ну и о тебе тоже. Интересовался, как он сможет узнать тебя среди нас, если мы будем одеты одинаково.
Повисло небольшое молчание, но на лицах девочек читался вопрос, который я и озвучиваю.
— Откуда Алек знает о том, что мы будем в одинаковых нарядах?
— Ну, может, он догадался, — пытается найти объяснение Ви. — Нам не в первый раз приходиться одеваться так. Хотя, возможно, он видел нас, когда мы покупали платья.
Я возмущенно клацаю языком. Ну, как можно быть такой наивной?
— Ви? Ты действительно…
Но меня обрывает Ана и толкает локтем в бок. Я начинаю вертеть головой в разные стороны, пока не замечаю Джулию.
В огромных солнцезащитных очках, рваных джинсах, кроссовках и нелепой черной шапке, она выглядит, как подросток из неблагополучной семьи. С того злополучного вечера, когда Дилан накачал ее наркотиками, прошло уже около двух недель, но мне кажется, что она так и не оправилась после этого. Что с нами живет не Джулия, а ее образ. Манекен, который улыбается, но не смеется. Который слушает, но не слышит. А наша Джи-Джи осталась там в комнате, потерянная и одинокая. В ожидании, когда ее найдут и приведут обратно. Из-за того, что случилось, Ана отменила фотосессию, которую обещала своему тренеру, а я игнорирую Дэна.