Когда пришло заманчивое предложение приурочить свой визит в Париж к открытию выставки Эдуарда Мане, Пикуль не устоял и был очень рад будущему путешествию.
Но, как поётся в песне: «Были сборы недолги».
После длительных искусных и изобретательных чиновничьих отписок и выкрутасов вокруг и около конкретного вопроса была обнажена истина:
Пикуль — «невыездной»!
Что же случилось?
Автора множества ярких исторических романов о внешней политике России, о наших выдающихся полководцах и государственных деятелях из-за бюрократических проволочек и каверз не пустили во Францию по приглашению солидного человека, имеющего вес в общественной жизни Франции, пожилого переводчика книги Пикуля. Друга Советского Союза».
Чего боялись? В чем подозревали? А не пустили и все!
Валентин Саввич очень хотел поехать в это путешествие, впервые побродить по Парижу, посетить знаменитые музеи, увидеть арену событий, которые описывал в книгах.
В то время как масса советских партийных деятелей гоняла по заграницам в поисках магнитофонов, фотоаппаратов, миксеров, «памперсов», сумочек и нарядов.
Так и хочется Захару Прилепину этот случай напомнить в комментариях к его постам о счастливой жизни в Советском Союзе. О свободе творчества и самовыражения, дружбе народов. Хочется, а не буду - он человек занятой, ему некогда комментарии читать.
Итак:
1974 г. февраль - А. И. Солженицын был арестован, обвинен в измене Родине, лишен советского гражданства и покинул СССР на самолете, летящем во Франфурт-на Майне. Хотя Солженицын до последнего момента не верил, что его отправят куда-то дальше Сибири, например, Магадана.
1983 г. - французы В. С. Пикуля пригласили - советские чиновники не пустили
Выводов делать не буду - получится пространно и длинно. Просто мысли вслух и про запас.
Олдос Хаксли - 2
ОЛДОС ХАКСЛИ (1894 - 1963) - английский писатель и философ был признан одним из выдающихся интеллектуалов своего времени.
В книге "Слепец в Газе" Олдоса Хаксли я нашла несколько любопытных высказываний.
Напомню, что книга написана в 1936 году, за три года до начала Второй мировой войны (нападения Германии на Польшу).
Итак, цитаты:
— Цивилизация и сексуальность, - говорил Энтони, - есть между ними определенная связь. Чем выше первое, тем интенсивнее второе.
— Вот и я говорю, - воскликнул Беппо, шипя от восторга, - что мы должны быть цивилизованными!
— Цивилизация означает отсутствие голода и расцвет культуры повсеместно. Бифштексы и художественные журналы для всех. Первосортные белки для тела, третьесортные любовные романы для души. И все это в безопасном урбанистическом мире, где нет никакого риска и физической утомленности... Но люди могут ощутить переизбыток удобств: им нужны острые ощущения, опасности и приключения. К чему они прибегают, чтобы найти их при таком положении вещей? К деланию денег, к политике, к случайным войнам, спорту и, наконец, половой любви.
Большинство людей не могут быть финансистами или активными политиками, а война, когда она длится долго, - это уж чересчур. Самые изысканные виды спорта существуют только для самых богатых.
Следовательно, секс - единственное, что остается. При повышении уровня выработки материальных благ многообразие и значимость сексуальности повышается.
* * *
- Революция прекрасна на начальных стадиях. Тогда, когда главной задачей является нейтрализация тех, кто наверху. Но, впоследствии, когда это увенчалось успехом, что дальше?
Больше беспроволочной связи, шоколада, роскошных будуаров и девочек с более надежными презервативами... В тот момент, когда мы даем людям возможность превратиться в свиней, они становятся ими и благодарят нас. Свобода на самом верху общественной лестницы есть всего лишь право на свиноподобие или становление самодовольным фарисеем. Свинья и сноб одновременно.
В России людям не дают шанса превращаться в свиней. Обстоятельства вынудили их быть аскетами. Но представь, что со временем они придут к процветанию - что спасет их от сытости и мещанства?
Вот такие отрывки из Хаксли... Есть над чем подумать и в наше время.
Вот такой английские интеллектуалы видели нашу страну в начале двадцатого века (заботились), пытались давать прогнозы, беспокоились о будущем человечества. А потом началась Вторая Мировая. Там уж не до жиру, быть бы живу, как говорится.