– Да, – кивнула я. – Уроки заканчиваются в полчетвёртого.
– Отлично, – отец Мегами приподнял уголки губ. – Тогда как вы смотрите на то, чтобы пообедать у нас?
– С удовольствием, – ответила я. – Если это удобно…
– Конечно, – кивнул мужчина. – Я встречу вас тут.
Он поклонился и направился к машине, а я побрела вдоль аллеи. Мне несказанно повезло… Честно говоря, всё прошло так гладко исключительно благодаря маме: этот человек, судя по мечтательному взгляду, всё ещё был влюблен в неё.
Теперь всё зависело оттого, какое впечатление я произведу на него за обедом, но насчет этого я не волновалась: я уже успела натренироваться пускать другим пыль в глаза.
Пройдя через ворота, я замерла: наша школа за неполные сутки успела преобразиться до неузнаваемости: камеры умудрились вмонтировать повсюду, и они через равные промежутки времени вертелись на двадцать градусов, не оставляя слепых пятен.
У входа в само учебное заведение стояли охранники, сканируя бдительным взором каждого ученика, а в проходах были установлены рамки-металлоискатели.
Может, я перепутала дорогу и случайно попала на какую-нибудь сверхсекретную военную базу?
Честно говоря, это уже чересчур. У Мегами паранойя в её последней стадии.
Что ж, тем лучше.
Я переобулась и прошла во внутренний дворик. Ханако сидела на скамейке в окружении своих одноклассниц, и они рассматривали какой-то журнал с косметикой.
Хорошо, не буду её отвлекать.
Я направилась к лестнице. У меня не было никаких срочных дел: самое важное я запланировала на время после уроков, так что можно и просто побродить.
Кто знает, может, я случайно встречу на третьем этаже семпая, направляющегося к себе в класс…
Но судьба столкнула меня совсем с другим человеком: у клуба информации – частного кабинета Инфо-чан – стояла Сайко Мегами.
– Немедленно открой, кто бы ты ни была! – президент школьного совета забарабанила в дверь.
– Хочешь, спущу тебе из окна успокоительного, милая одинокая девочка, которую никто не любит? – сладко пропела моя соратница.
Я фыркнула, но, как оказалось, напрасно: Мегами заметила меня.
– А ты.., – она нахмурилась. – Чтобы тебя я не видела поблизости, ясно?
– Школа – это не ваша собственность, Сайко-сан, – спокойно ответствовала я. – Я имею право ходить везде, где мне вздумается, и мне не интересно ваше мнение по этому поводу.
И, передразнив её любимый жест – гордо вздернув подбородок, – я прошла мимо.
Дойдя до лестницы, я сбежала по ступеням вниз, не в силах сдержать хихиканье: пусть это и была мелкая стычка, всё же я победила!
Я прошла в свой класс и, сев за парту, начала готовиться к уроку.
Слова Инфо-чан меня заинтересовали… «Девочка, которую никто не любит»… Почему моя помощница так сказала?
Верно, у резкой и властной старшеклассницы не было подруг. Мальчики побаивались её, что неудивительно.
Но это было ещё не всё.
Я помню, когда я была маленькой, папа брал меня на руки, и мы втроём шли на ярмарку, которая проводилась каждое воскресенье через три квартала от нашего дома. Он кормил меня яблоками в карамели, дайфуку и клубникой, а потом мы шли на качели…
Когда папа или мама говорили со мной, у них в голосах никогда не звучал металл или лёд…
Но нечто похожее я слышала сегодня с утра.
Конечно, делать вывод о том, что Сайко Юкио не любит свою дочь, слишком рано, но тот факт, что у него до сих пор сохранились чувства к моей матери, немаловажен…
Он выходец из древнего и состоятельного дома, стало быть, у него есть свои обязанности, манкировать которыми нельзя. Видимо, ему пришлось жениться по расчету, и Мегами оказалась плодом этого брака…
Я достала телефон и ещё раз посмотрела на те данные, что мне ранее прислала Инфо-чан. Мать моей нынешней соперницы выходила из рода традиционных художников, и их союз принёс корпорации Сайко нехилый куш в денежном эквиваленте и землю за городом – ту самую, где сейчас высился очередной корпус промышленного гиганта.
К сожалению, Сайко Юмие умерла от почечной недостаточности десять лет назад.
«Бедная одинокая девочка, которую никто не любит…».
Я решила следовать своему плану и не высовываться лишний раз, спокойно отсидев уроки и пообедав вместе с Ханако в патио.
После окончания занятий я, собравшись, устремилась вниз: меня ждала весьма важная встреча.
Перед аллеей из вишнёвых деревьев стояло целых два автомобиля, и около одного из них, встав спиной к машине, меня ждал Сайко Юкио.
– Айши-сан, – вымолвил он, когда я подошла ближе. – Как прошел день?
– Прекрасно, Сайко-сан, – поклонилась я. – Как вы?
– Замечательно, – он открыл передо мной заднюю дверцу своего сверкающего роллс-ройса. – Садитесь, пожалуйста.
– Папа! – жуткий визг заставил меня вздрогнуть и обернуться. – Что ты делаешь?!
Мегами ринулась к нам, таща за собой беднягу семпая, который не понимал, что происходит.
– Почему она садится в нашу машину? – выпалила президент школьного совета, отпустив, наконец, локоть одноклассника и уперев кулаки в бока.
– Я пригласил Айши-сан к нам на обед, – ровно ответствовал её отец. – Пожалуйста, говори потише: на нас все смотрят.
– Ну и пусть! – старшеклассница топнула ногой. – Немедленно выброси эту тварь из автомобиля!
– Мегами! – Сайко-сан слегка повысил голос. – Следи за своим языком!
Моя противница ахнула и отступила на шаг.
– Вот и славно, – кивнул её родитель. – Юноша, вы можете идти домой; моей дочери нужно успеть на занятия французским, и у неё не получится с вами заниматься. Что же касается тебя, дорогая, ты можешь ехать, но дома мы непременно поговорим.
Издав короткое и гневное «Хм!», Мегами подошла к другой машине и, забравшись внутрь, резко хлопнула дверью, которую загодя раскрыл перед ней шофер в форме.
– Прошу извинить поведение моей дочери, – промолвил Сайко-сан, садясь рядом со мной и щелкая пальцами. – Я, видимо, слишком разбаловал её.
Роллс-ройс мягко тронулся с места. В салоне приятно пахло мятой, и всё было чёрным, дорогим, добротным…
Что ж, меньшего от самой влиятельной семьи в стране я и не ожидала.
– Ничего страшного, – вымолвила я, улыбаясь. – Увы, мы с Мегами-семпай вряд ли станем подругами…
– А жаль, – заметил мужчина, сложив ладони домиком. – Мне кажется, вы смогли бы хорошо на неё повлиять…
Мы ехали всего около пятнадцати минут, и я даже не заметила, как наше в высшей степени приятное путешествие подошло к концу, и тактичный шофер открыл для меня дверцу.
Семья Сайко жила за городом, в традиционном доме с угодьями, внутренним двором, большим прудом с зеркальными карпами и мостиком, несколькими корпусами. Как и положено, строения были деревянными, но утеплёнными.
Если снаружи главное строение представляло собой классический японский дворец с крутой крышей с загибавшимися краями, раздвижными дверьми и татами, то внутри это было не совсем так.
Тут традиции успешно соседствовали с современностью: над вышитой ширмой висел кондиционер; на низком лаковом столике стоял ноутбук марки «Сайко»; за раздвижными дверями из рисовой бумаги я умудрилась увидеть кабинет, оснащённый по последнему слову техники…
Хозяин дома был весьма любезен, проводив меня к ванной, где я могла помыть руки, а потом – показав столовую, где они обычно принимали пищу.
Обед был роскошен, как и всё в этом доме. Члены семьи Сайко отличались завидным патриотизмом, предпочитая японскую кухню, и я с удовольствием насладилась едой, не забывая, разумеется, и о скромности.
После приёма пищи мы отправились в гостиную, и там отец Мегами начал подробно расспрашивать меня о матери.
Я послушно рассказывала всё, что он хотел, и отрадно было видеть, как на его лице, обычно таком аскетичном и серьёзном, расцветала улыбка. И так моложавый, он будто сбросил ещё пару лет; вот она – сила настоящей любви!
Да, этот человек был тактичен и воспитан, неглуп и богат, но, конечно, не шел ни в какое сравнение с папой.