Неделя у Оленьки выдалась сложной, поэтому она как никогда радовалась, что наступила долгожданная пятница. Явившись сегодня на работу без приключений, она облачилась в свою униформу и отправилась в кухню, откуда уже тянулся аромат фирменных блинчиков шефа.
— Доброе утро, Никита Андреевич, — промямлила Оля, заглядывая в обитель лучшего повара города, где он уже с утра разрабатывал новые шедевры для обещанного Максу летнего меню.
— Непруха? Тебя что, ещё не уволили? Я-то уж подумал, что мы, наконец, нормально работать начнём, — буркнул он в ответ и схватился за ручку сковороды. Блинчик ловко подлетел в воздух, изящно перевернулся и угодил ровненько на то место, где был ещё секунду назад.
— Ух ты! — с восторгом произнесла Оля, но улыбка с её лица быстро спала. Оно и понятно, раз даже блин оказался грациозней и удачливей Непрухи.
— Чего уставилась? За работу! — не оценил Олино восхищение Никита Андреевич, погнав её в зал, где между столиками лавировала Виктория, подавая гостям завтрак.
— Тебя, кстати, уже Громов искал, — сообщила коллега, подойдя к Ольге. На лице Виктории появилась ехидная улыбка, которую нельзя было не заметить. — Надеюсь, что сегодня наши мучения закончатся вместе с твоим увольнением.
— Не дождётесь, — буркнула Ольга. Ведь она надеялась, что желание непременно сбудется и в этот раз.
Поднявшись на второй этаж, Непруха неуверенно постучала в дверь. Но, засомневавшись, всё же отступила на шаг назад. А если уволит?
— Войдите, — раздался серьёзный голос Максима Дмитриевича.
Олю затрясло от страха, ведь он вчера выгнал её. Но, обдумав тот далеко не дружественный разговор, Непруха всё же пришла к выводу, что они оба погорячились на эмоциях. Может, он хочет извиниться?
Ступив в кабинет начальника, Оля заметила, что сломанный вчера ею стул был уже заменён на более добротный, с железными ножками. Ну уж этот она точно не сломает!
— Что ж, вчерашний разговор у нас не задался, — спокойно начал Громов после того, как Оля уселась на стул и даже не упала с него. — Давай попробуем поговорить снова.
Громов же решил, что пойдёт на всё, чтобы многоуважаемая тётушка отказалась от своей затеи женить его. И ничего лучше так и не пришло ему в голову, как представить Олю в роли своей невесты. Ведь от такой чудной девушки и без того седая голова тёти и вовсе побелеет, как одуванчик. И будет достаточно одного дуновения, чтобы все её нелепые мысли полетели по ветру. А если и этот план пойдёт наперекосяк, он готов даже жениться на этой неудачнице Непрухе, тем самым выполнив прихоть сварливой родственницы. Так что в любом случае он останется в шоколаде.
— У меня есть к тебе предложение. Я ведь настроен очень серьёзно, если ты вдруг сомневаешься. И раз сразу замуж ты идти отказываешься, давай попробуем встречаться, — улыбнулся Громов. И кто бы знал, что стоит за его хитрой улыбкой!
— Вы это серьёзно? — с надеждой отозвалась Оля. В её сердце что-то ёкнуло.
Неужели начальник не так холоден, как ей казалось? Может, он и раньше питал к ней чувства, просто не понимал этого? А ее желание стать госпожой Громовой просто подтолкнуло его к этому осознанию?
— Ну, хорошо, — ответила Непруха, даже не подозревая, во что вляпалась.
— Вот и отлично! А после работы я представлю тебя тётушке. Она очень обрадуется, что у меня, наконец, появилась девушка, — с довольной, как у кота в Масленицу, улыбкой ответил Громов.
Ошарашенная таким поворотом Оленька, спустилась вниз и открыла ящик, где она припрятала заветный дневник. Раз благодаря ему всё идёт довольно неплохо, Оля решилась на новое желание. Открыла чистую страничку и вывела на ней аккуратным почерком: "Хочу понравиться госпоже Копыловой". Ведь именно это теперь было необходимо, чтобы не испортить новые отношения Ольги. Особенно после того, как тётя Максима её уже невзлюбила.
Припрятав дневник, она принялась за работу. Время от времени Непруха замечала, что Никита Андреевич частенько торчал внизу, наблюдая за её работой. И почему-то на его лице в этот раз проступила улыбка, когда с неловкой подачи Оли на пол полетела очередная порция паэльи.
Уже к вечеру, изрядно измотавшись, она снова заглянула в царство, где создавались наивкуснейшие шедевры. В животе громко заурчало.
— Кушать-то как хочется, — вслух произнесла Непруха, наблюдая за тем, как на гриле подрумянивался сочный стейк из мраморной говядины.
— Так иди поешь чего-нибудь, — раздался голос Громова за спиной.
От неожиданности Оля подпрыгнула на месте и чудом не отдавила ноги своему начальнику, который с загадочным видом снова скрылся за углом. Непруха пожала плечами и обратилась к шефу: