— Звучит неплохо, — говорю я.
— Это будет круто, — соглашается Лали.
— Я спрошу его сегодня днем.
Я собираю волосы и убираю их под резиновую шапочку.
— Не переживай, — говорит Лали, как будто все так и должно быть. — Я сама спрошу его, когда увижу. — И она выходит из раздевалки. А я вспоминаю, как Лали танцевала с Себастьяном на вечеринке у нее дома.
Я занимаю свое место на соседней с Лали дорожке.
— Себастьян встречает меня после тренировки в четыре, и я смогу с ним все обсудить, так что не волнуйся.
Она смотрит на меня и пожимает плечами:
— Как знаешь.
Когда мои ноги отрываются от земли, я вспоминаю, что у меня в четыре редколлегия. Мое тело становится деревянным, и я плюхаюсь в воду, как бревно. На какой-то момент у меня шок от удара, но затем руки и ноги автоматически начинают грести, и вот я уже плыву.
Вот черт, я забыла сказать Себастьяну о редакционной встрече. Что, если я уйду, не дождавшись, когда он приедет? Тогда Лали наверняка не упустит случая пообщаться с ним. Я настолько расстроена, что проваливаю самый простой прыжок в моей программе — прыжок ласточкой.
— Что с тобой не так, Брэдшоу? — спрашивает тренер Нипси. — Ты бы лучше собралась к пятнице.
— Обещаю, — говорю я, вытирая лицо полотенцем.
— Ты слишком много времени проводишь со своим бойфрендом, — ехидничает он, — и поэтому не можешь сконцентрироваться.
Я смотрю на Лали, которая наблюдает за нашей беседой. В какой-то момент я замечаю легкую улыбку на ее лице, но она быстро исчезает.
— Я думал, мы сходим в торговый центр, — говорит Себастьян и раздраженно смотрит в сторону.
— Прости меня.
Я хочу взять его за руку, но он делает шаг назад.
— Не надо — ты мокрая.
— Я только что из бассейна.
— Вижу, — хмуро говорит он.
— Я задержусь всего на часик.
— Почему ты вообще хочешь работать над этой вшивой газетенкой?
Как я могу ему объяснить? Сказать, что я пытаюсь позаботиться о своем будущем? Себастьян не поймет. Он делает все, чтобы у него его не было.
— Да ладно, — умоляюще говорю я.
— Я не хочу ходить по магазинам один.
Лали стоит рядом и выжимает полотенце.
— Я могу составить тебе компанию, — вызывается она.
— Супер, — говорит он и улыбается мне: — Тогда мы увидимся позже, хорошо?
— Конечно.
Все это выглядит вполне невинно. Почему же слово «мы» заставляет меня вздрогнуть? Я решаю плюнуть на редакционное собрание и пойти за ним. Я даже поднимаюсь, чтобы догнать его, но останавливаюсь. Неужели я буду вести себя подобным образом всю жизнь: сначала решать заняться чем-то важным, а потом бросать все это ради парня? «Слабачка, Брэдли, ты самая настоящая слабачка». — Я слышу свой внутренний голос, который почему-то очень похож на голос Мыши.
Я все-таки иду на редколлегию. Из-за моего замешательства я немного опаздываю. Все уже сидят вокруг большого стола, за исключением мисс Смидженс, которая стоит около окна и украдкой курит сигарету. Так как она не принимает участия в обсуждениях, она первая замечает, что я пришла.
— Кэрри Брэдшоу, — говорит она. — Вы все-таки решили почтить нас своим присутствием.
Питер поднимает глаза, и мы смотрим друг на друга. Подонок, думаю я, вспоминая, что Лали мне только что рассказала о нем и Донне ЛаДонне. Если Питер попробует строить мне козни в «Мускатном орехе», я напомню ему, что он говорил Себастьяну.
— Все присутствующие знакомы с Кэрри? Кэрри Брэдшоу? — спрашивает она. — Она из выпускного класса. И я думаю, она… ээ… решила присоединиться к нашему коллективу.
Все смотрят на меня безучастно. Кроме Питера я узнаю еще троих выпускников. Еще четыре человека, похоже, на год или на два младше, плюс одна девочка, которая выглядит совсем юной, очевидно первокурсница. Все не так ужасно, решаю я.
— Давайте вернемся к обсуждению, — говорит Питер, когда я сажусь за стол. — Какие предложения на ближайший номер?
Юная девушка, у которой черные волосы и плохая кожа, одна из тех, кто собирается-преуспеть-даже-если-это-убьет-их, поднимает руку:
— Я думаю, что нам стоит написать о еде в кафетерии: где ее берут и почему она такая плохая.
— Мы уже осветили эту проблему, — устало говорит Питер. — Мы пишем об этом практически в каждом номере. И ничего не меняется.