…Особенно старается возвысить Троцкого генерал-полковник Волкогонов. Метаморфозы доктора философских наук просто удивительны и непредсказуемы, я бы даже сказал — фантасмагоричны.
Мне довелось встречаться с Дмитрием Антоновичем, правда, не так часто, как адмиралу Зимину, написавшему философу-генералу открытое письмо. Но и тех коротких встреч, которые имел с Волкогоновым Ваш Соотечественник, достаточно, чтобы с изумлением воскликнуть:
— Вы ли это, Дмитрий Антонович?! На вас просто лица нет…
Да, удивительные перевертыши какие-то вокруг, оборотни, вервольфы… Черт те что! «Советская культура» называет Сталина Сатаной, и это понятно, иначе назвать его эта газета, редактируемая бывшим сталинистом, не может. А вот Бухарина она зовет Иисусом Христом. Тогда по сходной, так сказать, пропорциональной раскладке Лев Троцкий тянет никак не меньше, чем на самого Саваофа. Или бога Яхве, кому как поглянется. Мне лично и моим соотечественникам все равно, уж мы-то хорошо знаем истинную цену демону, а также злодею революции.
Хотел было на этом и закончить, да вспомнил о том, как недавно газета «Московский литератор» перепечатала интервью, которое Александр Зиновьев, соотечественник, живущий за рубежом, автор книги «Горбачевизм», дал французскому журналу «Expresse». Это случилось пять лет назад, когда перестройка едва начиналась.
Француз Жорж Нива спрашивает Зиновьева о Троцком.
— Роль Троцкого преувеличена, — отвечает наш соотечественник, имя которого, к сожалению, замалчивается средствами массовой информации — не дует Зиновьев в ихнюю дуду. — Кто реально делал революцию? Троцкий только устраивал диспуты, и западные журналисты слушали только его. Ленин — другое дело. Но Троцкий — да кто он такой? Человек, который воспользовался результатами революции.
Жорж Нива возражает: «Но Троцкий руководил Красной Армией!»
— «Руководил»! Что бы это значило? Черненко «руководил» СССР. Это было время, когда никто никому не подчинялся. Сталин тоже руководил, и Сталин плевал на Троцкого… Десятки людей играли такую же роль.
Подкожный вопрос Нивы: «Хотите ли вы сказать этим, что невозможность работать над трудами Троцкого совсем не мешает историкам?»
Как мы только что видели, историкам волобуевского типа абсолютно ничего не мешает восхвалять демона революции.
Но вот ответ Александра Зиновьева — Совершенно не мешает. Почему необходимо изучать Троцкого, если это абсолютно неинтересное явление? Изучают другое. Советская наука… Я думаю, что это говно, но зачем изучать Троцкого? Если бы я был историком, я уничтожил бы память обо всех этих руководителях, которые являлись только фикцией.
Жорж из «Экспресс» снова подковыривает: «О Сталине вы тоже уничтожили бы память?»
Александр Зиновьев — Сталин не был фикцией. Сталин — это эпоха. Вы не можете объяснить победу Сталина, утверждая, что Троцкий был гением, а Сталин — ничтожеством… Но террор ввели Зиновьев, Троцкий и другие. Культ Сталина зародился после культа Бухарина и других. Сколько городов было названо именами Троцкого, Зиновьева и так далее!.. Почему никто не говорит об этом?
Такие вот вопросы и ответы. Последняя фраза, произнесенная свыше пяти лет назад, звучит сейчас риторически, наивно. Правда, мы надеемся, что из-за рубежа Зиновьев не хуже нас разобрался: почему никто не говорит об этом…
И вот еще что. Тех, кто пытается разобраться в обвинениях, скопом вываленных на Сталина, железно обзывают сталинистами. Не вправе ли мы, соотечественники, апологетов Льва Давидовича именовать полузабытым, но таким емким словом троцкист?
III
Так кто же мы, так бездумно бросающиеся из одной крайности в другую? Едва отринув догматизм сталинского типа, пренебрегаем элементарными законами диалектики и будто в омут смертельно опасно погружаемся в бездонную метафизику надуманных доморощенными мудрецами схем и моделей, не прошедших испытаний на полигонах здравого смысла?
Почему мы так доверчивы и бестолковы, верим краснобаям, которые с парламентской трибуны обещают нам златые горы и западный шмутошный рай, по дюжине джинсовых варенок каждому, французские духи любой гражданке и мотоцикл «Хонда» любому лоботрясу плюс набор порнографических открыток и двухкассетник с записями модных певцов-педерастов? Стоит ли за такие изобилия продавать Россию? Стоит ли расформировывать победоносную русскую армию и заменять ее народным ополчением, как предлагает в депутатской программе великий реформатор всех времен и народов, неутомимый борец с привилегиями Борис Николаевич Ельцин, который, едва став председателем, немедленно определил себе новую дотоле несуществовавшую привилегию — личную суперохрану…