— Ладно, — разговор наш тоже порядком плутал, удаляясь от темы. — Зачем вам понадобился палач?
— Так сбежала же она! Прямо со свадебного камня и сбежала.
— Это я знаю. Желаете, чтобы я привязал ее снова.
— Зачем ее. Да и поздно уже. Мы Хозяину другую невесту выбрали — Гарту — Пухорову дочку. И принял он ее — на утро на камне никого не было.
— А Марта?
— В том-то вся и штука, — староста даже придвинулся ко мне и зашептал в самое лицо. — Отродясь такого не было, чтобы невеста Хозяину предназначенная, с камня свадебного сбегала. Вот я и подумал — а как там, на цивилизованных планетах? Может, закон какой есть на этот случай. Мы ж-то живем здесь по-простому, по старинке. Насколько я разумею — убить ее следует, и никак иначе, поскольку совершила она немыслимое дело, — и снова он был само человеколюбие и искренность. То, что излучал этот человек, настолько разнилось с его же словами, что я на мгновение засомневался в своих телепатических способностях. — Только сами убить ее мы не можем, поскольку обычаи наши от дедов переданные строго-настрого запрещают смертоубийство себе подобных. Тогда я и вспомнил о вас — палачах, значит. Ты ее и убей. Только уж, мил человек, не знаю, как там принято у вас, но здесь делай это побыстрее, чтоб не мучилась девка-то. Издевательств всяких я не потерплю!
Палачей трудно удивить чем-либо. Часто мы имеем дело с самым отребьем, и преступления бывают такие, что даже брату-палачу пересказывать противно. Но здесь… наверное, впервые за свою практику, я не знал, что ответить.
Однако ответа от меня ждали. Искренне и дружелюбно.
— По законам цивилизации, за данное преступление, я не могу лишить ее жизни. Ни быстро, ни медленно.
— Вот оно как… староста почесал макушку. — Так что ж с ней делать-то?
— Пусть живет, выходит замуж, рожает детей и мучается, оттого, что упустила свой счастливый шанс.
— Жестокие вы, — и это говорит человек, который минуту назад призывал меня убить другого человека! — Тяжко ей придется. Марте-то. Как жить дальше с этим… ума не приложу… Ну да свет не без добрых людей. Поможем, поддержим. А, может, лучше сразу, того…
— Нет, таков закон, пусть мучается!
— Жестоко! Другого я ожидал от тебя, мил человек. Но, закон на то и закон, чтобы следовать ему. Значит, на том и порешим — пусть живет.
— Пусть живет, — эхом повторил я. Слова, которые не часто выпадает говорить палачу.
Дом. Милый дом.
«Путников, выезжающих из-за поворота, встречали ощетинившиеся зубцами башни, выступающие далеко за пределы стен. Узкие черные бойницы, казалось, вот-вот разродятся роем пуль, и сраженный ими, ты начнешь бесконечное падение в пропасть, посередине которой, подобно скальному острову, возвышается Каэр Морхен». Так, или примерно так описывал Каэр Морхен один из «путешественников», тех самых, что не отрывают задов от диванов у визора.
Что ж, пусть будет замок, бойницы, пропасть. Писаку можно понять — каким еще может быть убежище, дом и школа палачей. Пусть думают, пусть верят — нам это только на руку.
Конечно, Каэр Морхен далеко не Элизиум — общепризнанный лидер среди курортов Содружества, но и не адская планета. Во всяком случае — жить можно. Мы же живем.
Растительности нет. Атмосферы нет. Каменная пустыня, подсвеченная красноватым солнцем.
Посередине пустыни — купола — островки цивилизации. Под куполами мы — палачи. Живем. Как можем.
А какой у нас выбор?
По зрелому размышлению, среди ново, да и старооткрытых планет, можно было бы отыскать одну более-менее пригодную для жизни.
На худой конец, выделить нам какой-нибудь островок посреди океана в необитаемом мире.
Я читал документы. Выбор Каэр Морхена (в переводе с языка расы эльвов, открывших этот мир: «Крепость старого моря», что обнаруживает у эльвов зачатки юмора, поскольку никаких морей на Каэр Морхене не существовало), так вот, выбор именно этой планеты аргументировали безопасностью самих палачей. Мол — вдали от оживленных трасс, трудно добраться, любой чужак — на виду.
Интересно, сами говорившие, верили своим словам. Или выступали такими же игрушками политиканов, как все мы.
Собственная безопасность, житье под куполом — рай на земле. Очень удобно. А главное — если палачи станут неугодны, или выйдут из-под контроля, одна ракета со спутника, которые размещены на орбите для нашей же безопасности — для чьей же еще! — и о палачах можно не беспокоиться. А для общественности, как и для рассеянных по планетам телепатах, потом можно состряпать более-менее приемлемую сказочку. Мол, террорист-смертник втаранился на звездолете, ай, ай, ай, как же он прошел…